Анатомия соблазна (СИ)
— Да, сломала, — отвечаю жалостливым тоном. — У вас двери дурацкие.
— Не расстраивайтесь, я могу помочь. У моей сестры собственный салон красоты, и я часто там бываю. Видел, как заклеивают. Пойдемте ко мне в купе?
— Хорошо.
Самое приятное в этом вот что: дверь так и осталась не закрытой. Я стояла прямо напротив выхода, и это значит, Артур всё прекрасно слышал. Пусть теперь подёргается, издеватель!
— Я с удовольствием пойду в ваше купе, — говорю нарочито томным голосом, хотя чувствую себя при этом девицей из квартала красных фонарей, приглашающей клиента в свой будуар. Пошло звучит, согласна. Но зато пусть мой спутник подумает над своим поведением. А я-то знаю, что он запал на меня. Иначе не посмел бы за задницу хватать.
Ухожу в купе проводника. Знакомимся, его зовут Саша, и он, оказывается, самый настоящий гей. Как я это узнала? Очень просто. У него на столе лежал смартфон с включенным экраном. Бросила туда любопытный взгляд, а там… елочки зелёные! Его любовник ему такое пишет! И фоточки шлет. То попку раздвинет, то головку члена крупным планом, то себя с высунутым языком, с которого слюна капает. «Хочу, люблю, сосу, глотаю…» — это самые частые там слова.
Я смутилась ужасно, отвела глаза. Но ещё больше смутился проводник. Поспешно выключил телефон и, весь красный, пробормотал:
— Простите, я не хотел.
— Всё в порядке, — улыбнулась ему. — Я никого не осуждаю. Любовь — она бывает разной.
Саша, чтобы поскорее сменить тему, стал возиться с моим пальцем. Причем делал это грамотно: взял пакетик с чаем, отрезал от него немного бумаги, наложил на пластину, аккуратно намазал суперклеем, после обточил лишнее пилочкой, и все. Я была в полнейшем восторге: так тонко всё сделал! На радостях даже чмокнула проводника в щечку, и тот зарделся, словно красна девица.
Но уходить, то есть возвращаться в своё купе, мне не хотелось. Пусть Артур подумает, что я с проводником замутила. «Жаль, что он голубой, — подумала, глядя на симпатичную мордашку, когда Саша ещё возился с моим маникюром. — Можно было бы прямо тут устроить маленькое секс-пати». Место этого попросила налить мне чаю.
Проводник очень обрадовался возможности поболтать:
— Лика, — сразу перешли мы на дружеский тон. — Ты себе не представляешь, как тут иногда скучно! Народу много, а поговорить не с кем.
— У тебя от дамочек, наверное, полно интимных предложений, — улыбаюсь в ответ.
— Ты себе не представляешь! — качает Саша головой. — Которым далеко ехать, они вообще с ума сходят. Так, будто их из монастыря выпустили, и они там без мужчин были много лет. Готовы наброситься! Некоторые даже деньги предлагают за секс. Жуть какая! Будто я проститутка! Фу!
Слушаю его и представляю, как разновозрастные тётки лезут к этому милому мальчику в трусы. И мне становится смешно: не для их похотливых пилоток вырос его нижний дружок.
— Ты чего смеешься? — интересуется Саша.
— Представила, скольких женщин ты смог бы осчастливить.
— Это что, — манерно машет проводник ладошкой. — Ты бы знала, какие бывают мужики! Кошмар просто!
— Неужели тоже хотят тебе присунуть? — фыркаю в ладонь.
— Ах, если бы, — делает Саша томные глазки, потом хихикает. — Может, я бы и не отказался. Знаешь, — он переходит на секретный шепот. — Тут бывают такие самцы… М-м-м-м… закачаешься. Помню, ехал один канадский буровик. Огромный, красивый, на одного голливудского актера похож. Боже ты мой! И ходил, представляешь, в майке и шортах. Я как увидел его, чуть слюной не захлебнулся. Думал, до конца поездки не выдержу: стану приставать. Не знаю, как удержался.
— А как же твой… — я кивнула на телефон с горячей перепиской и жаркими фоточками.
— Это ещё до него было, — ответил Саша.
Мне приятно его слушать. Он такой забавный, добрый мальчик. Трещит, как сорока. Знаю эту свою маленькую хитрую особенность: умею выводить людей на искренние разговоры. В работе очень помогает. Порой клиент сам не знает, чего хочет. Измучает, прежде чем поймет. Когда начинаешь с ним общаться по-дружески, постепенно угадываешь желания.
— И что, у тебя тут ни разу ни с кем? — подмигиваю Саше игриво.
— Ой, ну что ты, нам же нельзя, — говорит он, а по глазам вижу — врушку включил. А сам смотрит мечтательно вверх и право. На психологии в университете нам говорили: это значит, человек вспоминает картинку реальных событий или образов, которые видел сам.
— Я никому не расскажу, честное слово, — наклоняюсь и шепчу, перестав улыбаться.
— Правда?
— Абсолютно.
— Ну, Лика! — качает проводник тонким пальчиком. — Умеешь ты разговорить! Хитренькая такая. Ладно, слушай. — Саша кладет ногу на ногу, и я знаю, что так очень любят сидеть пассивы. Яички себе сжимают и промежность — так приятнее. Брутальные самцы и активы обычно раскидывают ноги в разные стороны. Вон, Артур так любит делать. Я бы и не знала об этих повадках, если бы не работали в моей фирме несколько мальчиков «в теме», как о себе говорят.
— Был у меня один пассажир. Настоящий майор, представляешь? Да не простой, — Саша говорит тихо, словно государственную тайну выдать собирается. — А спецназовец, потому ехал без формы. Звали его Илья, а отчество и фамилию не скажу, не спрашивал.
— Как же ты его звание узнал, и что из спецназа?
— Так мы с ним вот на этом самом месте… Ой, прости, — прикрыл проводник рот ладошкой и опять стал пунцовым от стеснения.
— Всё хорошо, рассказывай.
— Ему ехать надо было почти пятеро суток, он добирался в столицу из какого-то дальнего гарнизона. Мог на самолете полететь, но решил поездом, — «надоело, говорит, летать по всему миру». Он сначала мне не очень понравился: очень крупный, мощный, а лицом похож… помнишь картину «Три богатыря»? На Добрыню, вот. Но вечером пришел ко мне, попросил чаю. А у меня как раз вода в титане кончилась, но была в чайнике, кипяток. Я предложил налить, думал принести ему в купе, а он вернулся с кружкой алюминиевой. «Моя походная», — сказал. Налил, да и сел рядом.
— Что же ты его не попросил уйти? Сам же сказал — не понравился.
— Знаешь, у нас, геев то есть, есть такая штука… Чутьё. Вроде как «голубой радар». Мы ощущаем, если мужчина в теме.
— Ой заливаешь! — сказала я. — Майор спецназа — гей?
— Как выяснилось, да, — улыбнулся Саша. — И ещё какой! Ты себе не представляешь! Соблазнил меня той же ночью. Мы тут все пять дней такое вытворяли… Вспомнить — аж голова кругом. Ну, а потом расстались.
— И не встречались больше?
— Нет, конечно. Это было так… дорожное развлечение. А знаешь, я потом его видел.
— Где?
— По телевизору. Он стоял рядом с губернатором какого-то региона. Как же его… Сергей Алексеевич, а фамилию не помню. Да, у него прозвище ещё такое — Босс. Заслужил, наверное (речь идет о главных персонажах моего цикла романов «Босс и его люди» — прим. автора).
Мы проговорили с Сашей несколько часов. Он периодически выходил по своим служебным делам, я оставалась в его купе. Мы даже пообедали вместе — оказалось, проводник сам себе готовит, причем очень даже вкусно. Я всё поглядывала на дверь. Ждала, что Артур появится. Так и не пришел. Мне даже обидно стало немного: между прочим, это он за мою задницу хватался, да потом ещё сделал вид, что я всё придумала.
Вечером, когда за окном стало темнеть, я пошла к себе. Хорошо в гостях, но надо и честь знать. Перед дверью решила устроить маленький спектакль. Взъерошила волосы, натерла щеки и уши, чтобы краснели, а потом начала часто дышать, словно запыхалась от любовных утех в купе проводника, раскрыла дверь и… обмерла. Задом ко мне, приспустив штаны, сверкая ягодицами стоял Артур и кого-то усердно вспахивал. Её ноги были широко расставлены и болтались в воздухе вместе с туфлями, руками она опиралась об стол. В купе густо пахло сексом.
Глава 11
Я стою, от шока оправиться не могу, но это лишь первые пару секунд. Потом во мне просыпается задорная детдомовская девчонка, которая порой в таких приключениях участвовала, такие штуки-дрюки вытворяла, сейчас вспомнить стыдно и смешно. Ну, а главное — я не забыла, как Артур меня за попу полапал и потом сделал вид, что мне показалось.