Дюна. В коллекции. Книга 1 (СИ)

— Что это означает?
— В смысле? — тихо спросила я и тут же поняла, что произнесла эти строки вовсе не про себя.
— Твой французский спич…
Мужчины никак не отреагировали, а я покраснела и смутилась, в очередной раз ловя себя на ощущении, что рядом с Коулом я пребывала в перманентном состоянии “сыворотки правды”. Даже мои мысли, пусть и под воздействием кальяна, проступали наружу.
— Я не думала, что произнесла вслух. Прости… Это Бодлер. “Цветы зла”, - ответила я, и понимая, что Лин интересен сам текст, перевела его прозой на английский, все еще чувствуя как мой голос и рифма витают над столом, смешиваясь с кальянным дымом.
— Красиво, — улыбнулась Лин.
— Кантонский тоже очень красивый, напевный, — ответила я.
— Хочешь, научу? — внезапно предложила она, и мои брови поползли вверх и от удивления, и от радости.
— Это будет для меня подарком, — закивала я, искренне желая поучиться чему-то новому, даже несмотря на то, что мое пребывание в Гонконге было лимитированным. — А я тебя могу поучить французскому… — предложила я, и Лин кивнула.
— Тогда завтра договоримся, — шепнула она, а я, все еще тушуясь и желая уйти от этого “французского казуса”, перевела взгляд на игру Коула и Ханга.
— Игра в го очень сложная?
— Правила простые, но стратегия сложная, — ответила Лин, а я, наблюдая за игрой, вновь спросила:
— Идет на время, как в шахматах?
Лин ответила жестом “когда как”, мужчины, казалось не отреагировали на мой вопрос, но мой голос вновь завис в тишине над столом, как и кальянный дым, и я вновь покраснела.
— Блиц быстрый, — внезапно Коул, продолжая выстраивать очередной узор.
Я была удивлена, что он ответил, потому что до этого игнорировал мои вопросы.
— Что такое блиц в игре го? — аккуратно спросила я у него, ухватившись за возможность разузнать побольше, а в последствии, может быть, и научиться этой игре.
— Вместо захвата территории убиваем камни.
— Убиваете камни? — с интересом спросила я, вспоминая слова Лин о жизни и смерти фишек.
— Кажется, это называется атари. Когда остается только один шаг до капитуляции, — вступила в разговор Лин, и, судя по тому, что мужчины её не поправили, она не ошиблась.
— То есть, что-то сродни шаху в шахматах… — предположила я и, увидев кивок Ханга, продолжила: — А как убивают камни?
Коул некоторое время молчал, однако, сделав ход, пояснил.
— Один из основных принципов в го — захват территории. Дамэ — это точки свободы. Дыхательные пункты, — и он обозначил пальцем комбинацию, где черные фишки в окружении белых имели возможность разрастаться. — Группа камней, которая не теряет свое дыхание — называется живой. Фишки, лишенные возможности ходить, снимаются с доски.
Я внимательно слушала Коула, старалась не пропустить ни слова и отмечала, что в дыме кальянной его голос казался умиротворенным, несмотря на безэмоциональный и лаконичный ответ.
— Жизнь и смерть камней… — задумчиво произнесла я, наблюдая, как Коул преграждает путь белым фишкам.
— В следующий раз я тебя все-таки обыграю, — усмехнулся Ханг, признавая свое поражение, и я улыбнулась, ловя себя на мысли, что болела за Коула и радовалась его победе.
Однако, не успели мужчины поудобнее устроиться на диване, как в дверь постучали, и на пороге появился уже виденный мной ранее парень, перед которым склонялся старый провожатый.
— Можно? — улыбнулся он, заходя в комнату, и мужчины кивнули, приветствуя Вэйжа.
  
Глава 31
 
Парень зашел не один. Следом за ним я увидела мужчину средних лет, судя по выправке, это был личный телохранитель, а также обслуживавшего нашу комнату официанта с кальяном.
Посмотрев на пустующее кресло сбоку от нас с Коулом, Вэйж что-то бросил своему телохранителю, и тот тут же установил кресло напротив нас.
Пока молодой азиат обустраивался на удобной мягкой мебели, и перед ним уже ставили дымящийся кальян и горячий чай, мужчины завели короткий разговор, и идея выучить хотя бы азы чужого языка казалась мне уже не только интересной, но необходимой.
 
Внезапно молодой азиат посмотрел на нас с Лин, я вновь попыталась понять его взгляд, но мысль ускользнула.
— Меня зовут Вейж, — коротко представился он, обхватывая тонкими длинными пальцами кальян.
— Лин, — первой откликнулась подруга.
— Злата, — поспешила я за ней и в очередной раз поймала себя на мысли, что хочу понять природу этого странного взгляда.
— Интересное звучание. Необычное. Оно что-то означает? — Он внимательно смотрел на меня.
Услышав очередной вопрос о моем имени, я мысленно скривилась и ушла от прямого ответа.
— Почемы вы считаете, что оно необычное? Вы знаете русский?
Ханг, как мне показалось, с интересом посмотрел на меня, а Коул, откинувшись на спинку дивана, лишь втянул очередную порцию дыма.
— Меня окружают люди. Разные, — с усмешкой парировал он. — Например, Ирины, Лены или Ольги на слуху, а твое имя звучит по-другому, — ответил он, и мне почему-то показалось, что он имел в виду бывших девушек Коула.
“Но зачем ему делать такие отсылки?! Уязвить меня? Выбить из равновесия? Или это игра моего воображения под воздействием кальяна, который курили мужчины, и парень ничего не имел в виду. Ведь он несколько лет провел в Англии…” — мысленно нахмурилась я, но вслух ответила:
— Тоже красивые имена.
Вэйж выпустил тонкую струю дыма, и я отметила, что его аромат, также, как и наш с Лин, отдавал фруктами и специями, а не сладким травянистым запахом, как у Коула с Хангом.
— Так все же? Что означает твое имя? — он на секунду замер с мундштуком у рта, ожидая мой ответ.
— От слова “золото”.
— А тебе идет, — немного склонив голову на бок произнес он и внезапно добавил: — Золото — металл королей. Оно им принадлежало.
Эти слова мне напомнили разговор со старым торговцем антиквариатом, и я в очередной раз постаралась свести на нет все попытки развить эту тему.
— Имя как имя, — пожала я плечами, в то время, как Коул выпускал струю дыма вверх, будто и не замечая этого разговора.
— Как тебе училось в Англии? — внезапно по-английски спросил Ханг, раскуривающий свой кальян, и я была ему благодарна, что он отвлек парня от моей скромной персоны.
— Ну, магистратуру я закончил еще год назад, а после уехал во Францию. Захотел там проходить стажировку, — ответил он, глубоко втягивая в себя дым.
Услышав о Франции, я постаралась никак не реагировать на его слова, Лин поджала губы, а Ханг коротко кивнул и перешел на кантонский, в очередной раз что-то спрашивая у парня.
К их беседе подключился Коул, а я, чувствуя, что вновь ушла от внимания в тень, немного расслабилась. Не то, чтобы я была чрезмерно застенчивой или не могла поддержать разговор. Мне не нравился Вэйж, не нравился его взгляд, которому я так и не могла дать определение, не нравилась даже его поза в кресле. Пусть парень и был умен, красив и образован, но, как и в случае с австралийцем, было в нем что-то ненастоящее.
Пытаясь понять в чем дело, я в очередной раз выпустила дым в общее облако, висящее в комнате, когда вновь услышала Вэйжа, перешедшего на английский.
— Люблю поиграть в го. Часто баловался ими в Кембридже, — усмехнулся он, протягивая руку к чашам, куда были собраны камни. — Я был рад, что АльфаГо все же разработала достойный софт, и сейчас можно поиграть на компе.
— А до этого не удавалось? — удивилась я, и внезапно осознав, что вступила в мужской разговор, пояснила: — Шахматные он-лайн игры уже давно не редкость.
— В отличие от шахмат, игра в го гораздо сложнее для программирования, — подхватил Вэйж, переводя взгляд на меня, и я опять мысленно скривилась, попав в центр внимания молодого азиата.
— Из-за сложности стратегии? — спросила я, но не у Вэйжа, а у Коула, чтобы перевести разговор на него и прекратить беседу с азиатом.
— Да, — кивнул Коул и лаконично пояснил: — В шахматах после первого хода просчитывается около четырехсот комбинаций. А в го таких позиций… — он на секунду замолчал, — в районе ста тридцати тысяч.