Мятежная королева

Кива поняла, что все взгляды обращены к ней, и беспомощно пожала плечами.
– Я не знаю. Может, она способна исцелять только других? Может, магия передается через поколение? Может, она вообще никак с Торвином не связана, и ее с кем-то перепутали?
– Шибко много «может», – пробормотал Мот. – Но мне по нраву твоя история, так что я поверю всему, что ты тут нарассказывала, и буду считать ее Торвиновской пра-сколько-их-там-внучкой.
– Не верь всему, что слышишь, Мот. – Джарен снисходительно, но как-то криво улыбнулся.
Кива выгнула бровь.
Джарен поймал ее взгляд и пожал плечами.
– Я слышал тысячи вариаций легенды о Торвине и Саране. Кто знает, какая из них правдива?
– Должно быть, король с королевой не считают эту легенду безосновательной, раз их так пугает то, что она устроила, – подметила Кива, указав подбородком на Тильду.
– Король с королевой из Валлентисов, – задумчиво произнес Мот. – Они – королева, то бишь, – прямые потомки Сараны. Им поди так или иначе надо проверять слухи, верно говорю? Тем паче если речь о Мятежной королеве, которая вот-вот из-под них трон выдернет.
Кива ущипнула себя за переносицу.
– А может, закроем уже тему? Мне надо работать.
– У меня в-вопрос! – Типп аж подпрыгивал на месте. – Обещаю, я быстро!
– Опусти руку, Типп, – устало велела Кива.
Он опустил, но подпрыгивать не перестал.
– Как работает их м-магия? В смысле, Т-торвина и Сараны? Да и семья В-валлентис – у них же всех есть стихийная магия. Вернее, у к-к-короля нет, но у королевы с детьми есть. К-как они, – он щелкнул пальцами, словно из них сейчас должны были вырваться искры, – призывают м-магию?
Кива косо посмотрела на мальчишку:
– А мне откуда знать?
– Магия есть не только у королевской семьи, – вмешался Джарен. Между бровей у него пролегала небольшая задумчивая морщинка. Все повернулись к нему, и лицо Джарена мигом прояснилось. – В смысле… я слышал, что встречаются аномалии. Что среди обычных людей рождаются те, кто владеет магией, прямо как в древние времена. Такое, конечно, происходит редко, но…
– Знаем мы эти аномалии, – фыркнула Кива. – Все это просто сказки для детей, чтобы им было о чем помечтать.
– Нет, золотце мое, Джарен прав. – Мот почесал проплешину. – Видал я одну из энтих аномалий.
Кива выпрямилась:
– Что?
– Повстречал я ее много лет назад, когда путешествовал по Мирравену, – поделился заведующий моргом. – Малышке было лет пять или шесть, и под взмахи еейных ручонок вода так и выпрыгивала из фонтана.
– Правда? – Глаза Типпа горели от восхищения.
Мот кивнул:
– Да, зрелище хоть куда было! В жизни такого не видел, ни до, ни после.
Типп повернулся к Киве.
– Как думаешь, у м-меня может быть магия? Вдруг я п-просто о ней пока не знаю?
Кива чувствовала, что она совершенно не в состоянии вести этот разговор.
– Прости, Типп, но если аномалии и существуют, то Джарен прав: они очень редки, – как можно мягче сказала она Типпу. – Может быть, раз в сто лет они и встречаются. Если не реже.
– Но Мот в-видел…
– …эту самую аномалию, – так же мягко продолжила Кива. Хотя ей было очень интересно, когда Мот видел эту девочку с волшебными способностями и не был ли о в тот момент пьян.
Кива спрыгнула с кушетки, твердо решив положить конец этому разговору.
– Уже поздно, а мне еще к пациентам заглянуть надо, так что на сегодня сказочкам конец. – При виде разочарованного лица Типпа ее кольнула вина, но она отмела это чувство. – Поможешь Моту с Лику?
Типп заколебался, словно на языке у него вертелись еще вопросы, но что-то во взгляде Кивы заставило его кивнуть и сползти с металлической кушетки. Мот тоже, похоже, не прочь был поговорить, но мудро последовал за Типпом в карантинную зону.
Кива подошла к шкафу с припасами и достала маленькую баночку с гелем алоэ для Джарена, чтобы наконец его отпустить. Она не сразу заметила, что тот пошел за ней следом, пока он не заговорил прямо у нее за спиной.
– Почему ты ей помогаешь?
Кива резко обернулась.
– Что, прости?
Джарен посмотрел на Тильду.
 
– Если эта женщина действительно Мятежная королева, то именно она повинна во всем, что творят мятежники. Во всех беспорядках в Эвалоне. – Он снова повернулся к Киве. – Из-за нее и ее приверженцев умирают люди. Много людей.
– Ты преувеличиваешь, – небрежно отозвалась Кива.
– Неправда, – стоял на своем Джарен. – Снаружи все изменилось, Кива. Мирные протесты переросли в настоящую бойню. Мятежники ходят по деревням, вербуют людей и убивают стражников, которые пытаются им помешать. Не говоря уж о том, сколько невинных ненароком пало от их руки. – Глядя ей в глаза, он закончил: – А ты пытаешься спасти их предводительницу.
Не дай ей умереть.
– Такая уж у меня работа, – будто оправдываясь сказала Кива, хотя сердце ей сковал лед.
– Она тебя чуть не покалечила. – Взгляд Джарена упал на ее горло, голос его охрип от беспокойства. – И, судя по всему, собиралась навредить куда сильнее. А что случилось бы, не поспей Наари вовремя?
Кива вспомнила расползающуюся темноту перед глазами, обжигающее удушье при попытках вдохнуть, панику от того, что никак не получается вырваться.
– Это все неважно. – Она отвернулась обратно к шкафу; ей пуще прежнего хотелось, чтобы Джарен ушел.
– Как ты можешь такое говорить? – вышел он из себя.
Кива наконец заметила маленькую баночку геля алоэ и, ликуя, потянулась за ней. Только тогда она вновь посмотрела на Джарена.
– Потому что это неважно. – Она махнула свободной рукой, обводя стены лазарета по кругу. – В этом месте одни сплошные убийцы, насильники и похитители, но я не могу считать их таковыми. Если они приходят ко мне с жалобой, я должна их осмотреть. Моя работа – не судить их, а лечить. – Кива перевела взгляд на Тильду. – Мятежная королева или нет, хочет она устроить переворот в королевстве или нет, пытается она меня убить или нет – все это неважно. Мне все равно придется ей помочь. Понимаешь?
Джарен долго и внимательно вглядывался ей в лицо, прежде чем громко выдохнуть и кивнуть.
– Понимаю. Но мне это не нравится.
– А я не говорила, будто мне это нравится, – заявила Кива. – Думаешь, хоть кому-нибудь по душе помогать мужчине, который порезал на части собственных детей, а затем под видом свинины продал их мясо в местную таверну?
У Джарена вытянулось лицо:
– Пожалуйста, скажи, что ты это только что придумала.
Кива большим пальцем указала на карантинную зону.
– Он сейчас лежит вот там и пытается выблевать собственные внутренние органы. И несмотря на то, что он сделал, я обязана изо всех сил не дать ему умереть. – Несколько мгновений они смотрели друг другу в глаза, а потом Кива продолжила: – Насколько я могу судить, ты сделал нечто похожее, и тебе я помогла без вопросов. – Она пихнула ему в руки банку. – До сих пор помогаю.
– Ручаюсь тебе, я никого из своей семьи не резал. – На лице Джарена читалось отвращение. – И вообще никого не резал, раз уж на то пошло.
– Вариантов от этого особенно не убавилось. – Кива отступила на шаг назад. – А теперь извини, мне надо успеть проверить, жив ли еще детский мясник. А знаешь, почему?
– Потому что это твоя работа.
– Схватываешь на лету, – ответила Кива, а потом пожелала Джарену спокойной ночи, быстрым почтительным кивком попрощалась с серьезной Наари и нырнула за карантинную дверь, как только из нее вышли Типп и Мот, между которыми мертвым грузом на носилках лежала Лику.
Очередная ночь в Залиндове, очередной мертвый заключенный.
 
Глава девятая
 
Олиша и Нергал как всегда опаздывали, но к полуночи они наконец добрались до лазарета, а значит, Киве можно было идти спать. Зевая, она дала им указания следить за пациентами на карантине, объяснила, почему Тильда в кандалах, и попросила послать за ней, если вдруг Мятежная королева очнется.