День рождения (сборник)
— оповещения трех миллионов ленинградцев и нескольких тысяч иногородних;
— прочтения литературы по Арктике, имеющейся в библиотеке Дома ученых;
— опроса тех, кто бывал в Арктике;
— выбора идейного вождя (в качестве него был утвержден ледовый комиссар Шмидт);
— закупок кино- и фотопленки, блокнотов и ручек, 3 × 5 = 15 бутылок водки и провианта на случай голода и морской болезни;
— получения от знакомых полярной одежды (курток и сапог);
— составления и размножения анкеты «Социология туризма»;
— написания сценария и начала съемок фильма «Мы в Арктике».
Цель экспедиции: познание Арктики и себя в ней.
Задачи:
1. Пополнить собственные скудные представления о климате, флоре, фауне, географии, культуре, социуме, об этнографии, экономике, истории.
2. Провести с помощью кафедры социологии ЛГУ исследование среди себе подобных: кто и зачем путешествует на Север.
3. Добыть любыми средствами, включая пол-литры: шкуры медведя, нерпы, песца; рога оленя, клыки моржа и мамонта; рыбу копченую, вяленую, соленую и в банках; изделия художественных промыслов — унты, шапки, сумки, тапки и прочие сувениры.
4. Отвлечься, развлечься, увлечься.
Кое-что мы знали:
Климат: лютый холод круглый год, полгода свет, другие полгода — тьма с редкими проблесками северного сияния.
Флора: среди снегов и вечной мерзлоты растут лишайники, а весной — цветы.
Фауна: овцебык, нерпа, тюлень, олень, медведь, песец, тучи птиц.
География: тундра кончается океаном, в нем есть моря и острова.
Культура: после Ломоносова — никакой.
Этнография: ненцы (бывшие самоеды), остальные полярники, женщин нет.
Характер: суровый и мужественный.
История: от Ломоносова до нас многие пытались внести вклад в освоение Севера (Челюскин, Лаптев, Баренцев, Беринг, Карский и другие).
Двадцатидвухдневный теплоходный маршрут предполагал выход из порта Архангельск, проход по морям Белому, Баренцеву и Карскому с трехдневной остановкой на Соловецком архипелаге, заходом в столицу Ненецкого национального округа Нарьян-Мар, на остров Диксон. После поворота в Енисейский залив и движения вверх по Енисею были запланированы остановки в городах Норильск, Дудинка и Игарка и на обратном пути через пролив Карские ворота — высадка на острове Колгуев и окончание маршрута в порту Мурманска. Вот в такой редкий для туризма (единственный) арктический маршрут мы и устремились.
В ленинградском аэропорту регистрировали билеты сто мужественных бородачей. До теплохода «Татария», на котором проходит рейс, дошли: один бородач шестидесяти лет, похожий на Хемингуэя, и девяносто девять теток в возрасте от тридцати двух до семидесяти лет. Остальные, как оказалось, просто летели не туда.
С багажом в сто килограммов экспедиция «СП-68» приземлилась в аэропорту города Архангельска. Состав экспедиции: ЧЭО (член экспедиции Ольга), ЧЭГ (Галина), ЧЭТ (Татьяна) — инженеры Всесоюзного научно-исследовательского института гидротехники им. Б. Е. Веденеева, а ЧЭО и ЧЭТ к тому же выпускницы факультета социологии Ленинградского университета марксизма-ленинизма.
Красавец-теплоход «Татария» белого цвета и водоизмещением 2890 тонн имел на борту двести сорок туристов и сто человек обслуги. Подробно состав туристов должен был проясниться в результате наших исследований, программа которых была согласована с кафедрой социологии. Но первые впечатления можно сформулировать сразу: большинство, как всегда, представляют тетки средних лет и бабуси, одни или с мужчинами (первые преобладают).
Впечатлений от первых дней пути была масса, конечно, в основном положительных.
Моря практически не штормили, Соловецкий архипелаг одарил солнечной погодой и интересными экскурсиями по островам, каналам и лагерям СЛОНа (Соловецкий лагерь особого назначения). Много нового мы услышали о жизни монахов и заключенных, а камеры увидели своими глазами. В Нарьян-Маре местное население устроило туристам прекрасную встречу с концертом, богатым угощением и меховыми сувенирами. Суровый Диксон произвел сильное впечатление, не менее сильное впечатление произвел памятник Бегичеву. Скульптор изобразил полярного моряка идущим тяжелой походкой навстречу непогоде. Так он шел в свою последнюю экспедицию в 1927 году, где заболел цингой и погиб. Мы прочувствовали тяжелую жизнь полярников, оторванных от Большой земли. Такой она была раньше, почти такой осталась и сегодня.
Дальше идут дневниковые записи.
06.09.68. Енисейский залив. Координаты неизвестны.
Почти сутки мы плывем по Енисейскому заливу. Единственное, что отличает его от моря, — безмятежное спокойствие. Берегов практически не видно, ширина Енисейской губы — пятьдесят километров! Качки нет, ветра нет, почти тепло, температура воздуха около нуля, можно, не боясь простуды, дышать морским воздухом.
Мы не теряем время. Обегав все судно в поисках сначала ватмана, потом карандашей, потом резинки, дружно садимся за «Бюллетень ЦСУ» на теплоходе «Татария». Через два часа это чудо статистики и живописи уже висит на видном месте в вестибюле. Толпы туристов ищут на карте свои города и списывают цифры, чтобы потом удивить весь свет. А там действительно очень красочно показаны все города и веси, откуда народ пожаловал в Арктику, и дается информация:
«Типичный турист т/х — инженер москвичка 42 лет.
В день туристы расходуют 60 т воды, съедают… рыбы, мяса, хлеба»… и все наши данные о туристическом коллективе.
Через пять минут после вывешивания газеты в нашу каюту № 35 начинается паломничество любознательных и рассерженных. Газета нашла отклик, а мы нашли объекты для подробного опроса — кто и зачем пожаловал сюда.
Туристы разбрелись кто куда. На палубе под чарующие звуки аккордеона начался пляс. Танго «Утомленное солнце тихо с морем прощалось…» прервал тихий голос капитана:
— Товарищи туристы, кто желает посмотреть северное сияние, поднимитесь на верхнюю палубу.
В ту же секунду, сбивая друг друга с ног, теряя в спешке туфли, пассажиры рванули к лесенкам. Из кают выбегали в исподнем старички и старушки. Кинозал опустел. А команда смеялась. Это была милая шутка! Правда, сильные телепатические сигналы, посылаемые двумястами сорока пассажирами, в ту ночь все-таки вызвали легкое сияние в небесах. По темному небу перемещались небольшие светящиеся полосы. Они высвечивались то в одной части неба, то в другой. Луна была ни при чем, она пряталась за тучей. Так что мы видели не классическое (оно бывает в полярную ночь), но все же северное сияние. Сияние в небесах в сочетании с теплой ночью, тихим Енисеем и энтузиазмом масс привело всех в состояние экстаза. На палубе раздавались неаполитанские песни и громкие поцелуи. Экспедиции целовать было некого, и она гордо удалилась спать. Но сон не шел.
Первая попытка уснуть закончилась неудачей.
— ЧЭТ, ты спишь?
— Нет.
— ЧЭГ, ты спишь?
— Не могу.
Зажгли свет, поговорили, почитали, потушили свет.
— ЧЭТ, ты спишь?
— Нет.
— ЧЭГ, ты спишь?
— Конечно нет.
Почитали, обсудили внешнеполитические и корабельные проблемы, погасили лампы. Луна светила в иллюминатор, за стеной каюты скреблись волны. Думалось обо всем: о доме, о приобретенных шкурах, о туманном Колгуеве, куда нас могут не причалить, о завтраке, что будет через три часа.
ЧЭО размышляла о старости, ей в эти минуты переваливало за тридцать три года. В ее возрасте Илья Муромец слезал с печи для совершения подвигов, а Иисус уже их совершил и шел за то на Голгофу. А она плывет себе по Арктике… и никаких подвигов.
Хитрые ЧЭТ и ЧЭГ радовались, как ловко они отстукали деньрожденнице поздравительную телеграмму от имени «СП-68». Наконец ЧЭО, которой хотелось встретить день рождения необычно, предложила: