День рождения (сборник)
07.09.
Подъем в 6 утра, в 7:30 мы с вещами вышли из дома на автовокзал, который находится в 7 минутах от Нонниного дома. Дорога до Геттингена, где Ира забронировала нам номер в отеле, была длинной: с 7:30 до 13:30. В течение шести часов я рассматривала публику в автобусе и пейзажи за окном.
Пожилая немецкая публика, с которой мы ехали из Берлина на отдых в Шварцвальд, а потом провели там неделю, отличалась от российской. Меня удивило обилие мужчин, их было примерно половина пассажиров. В каждом ряду мягкого комфортабельного автобуса сидели пары: фрау и херр, или если рядом ехали две подруги, как мы с Нонной, то где-то непременно сидели два друга.
Впоследствии, наблюдая на экскурсиях и во время трапез публику, я удивлялась обилию у них пожилых мужчин. Они же родились в военное время или сразу после войны в побежденной бедной стране?!
Почему у нас мужики умирают, не успев дожить до 70, даже до 60, а у них старые немцы, спортивные, седовласые, реже лысые, а главное, ухоженные, веселятся, танцуют, пьют пиво?
Дамы, именно не бабушки, а дамы, отлично выглядят. Все — и худые, и полные, в брючных костюмах и спортивных куртках (юбки ушли из гардероба много лет назад), красиво подстрижены, улыбчивы и поражают ухоженностью лиц.
Германия за окнами автобуса тоже поражала ухоженностью. Ухоженные вспаханные поля, на аккуратных лугах пасутся стада красивых упитанных коров, холмы плавно обвиваются гладкими без впадин дорогами, по которым катят умытые автомобили. Тут и там живописными группками разбросаны домики, чаще белые, с красными или коричневыми балками и красными черепичными крышами. И вокруг домов обязательные садики с яркими цветами, без этого просто немцы не могут. Конечно, в таком жилье и хозяева должны быть ухожены, это уж непременно!
Наконец мы подъехали к Геттингену. В этом древнем городе тоже много красивых домов, и старых, и более новых, скажем XVI–XVII веков. По счастью, город во время Второй мировой войны избежал бомбежек союзной авиацией, поэтому в нем сохранились многочисленные примеры старинной архитектуры.
Как и все подобные города, Геттинген состоит из старого города, огороженного остатками крепостной стены, и нового города. Наш недорогой отель «Berliner Hof» находился недалеко от старого города. Был он двух с половиной этажный, типичный фахверковый, то есть светлый с темно-коричневыми пересекающимися балками. Первый этаж был обширный, а тот, где располагалась наша комната, представлял собой двухэтажную башню с тремя довольно широкими окнами, увенчанную остроконечной черепичной крышей. Держась за перила с завитушками, по скрипучей деревянной лестнице мы поднялись в комнату. Около комнаты была дверь в туалет и ванное помещение, все сверкало чистотой. Нонна на немецком объяснилась с хозяйкой, после чего мы оставили вещи, перекусили в маленьком ресторанчике внизу и, взяв план Геттингена и камеру, пошли знакомиться с городом.
— Нончик, предлагаю несколько часов погулять, выбрать симпатичный ресторанчик, вернуться, отдохнуть и вечером пойти и там отметить мою славную дату. А то в автобусе я приняла столько звонков и эсэмэсок с пожеланиями здоровья и исполнения желаний, что пора уже за это выпить.
— Конечно, дорогая подруга! Только учти, что немцы рано ложатся спать.
— Сегодня суббота, смотри, сколько молодежи на улицах, надеюсь, что они рано спать не пойдут. Главное, чтобы места свободные были. Помнишь, какие переполненные рестораны были в Париже, когда мы сколько-то лет назад тоже отмечали мой день?
— Да, но не забывай разницу между французами и немцами!
Самое известное и достойное внимания в Геттингене место — университет, к которому мы как раз подходили. Величественное серого камня главное здание Аудиториум было построено в романском стиле в 1862–1865 годах и торжественно открыто самим королем Георгом V. Вход в здание украшают фигуры четырех джентельменов-основателей: министра барона Мюнхгаузена (брата известного нам Мюнхгаузена), курфюрста Ганновера Георга II Августа, герцога Юлиуса Брауншвейгского и великого философа и математика Лейбница.
44 нобелевских лауреата учились или преподавали здесь, около 300 мемориальных досок отмечают дома, где жили или работали знаменитые ученые. Сегодня каждый четвертый житель города — студент или аспирант университета, в нем на 14 факультетах учатся 33 тысячи студентов! Университет занимал громадную территорию, повсюду были раскиданы здания с аббревиатурой UG, а между двумя буквами название факультетов или институтов.
Действительно, студенты были основными жителями города, они мелькали повсюду: обсуждали что-то около корпусов или сидели на скамейках и перекусывали, шли пешком или ехали по улицам на велосипедах. А вот, например, разрисованные парни и девушки тусовались на ступенях вокруг фонтана на рыночной площади Markt-platz перед зданием Старой ратуши. Фонтан украшала фигура улыбающейся «Генселизель» — Лизы с гусями, любимицы геттингенцев. Эта фигура стояла здесь с 1901 года, и аспиранты после получения звания доктора философии по традиции должны были сорвать поцелуй Лизель, позже ее перенесли в холл городского музея, а сюда поставили копию. Наверно, и сейчас этот обычай сохранился, но из-за толпы студентов вокруг фонтана нам не удалось подойти поближе и посмотреть. Зато в старую ратушу мы зашли и не пожалели. Просторный главный зал, отделанный деревом, украшали деревянные панели, колонны, росписи на тему городской жизни и гербы 56 городов ганзейской лиги. Здание строилось в XIV–XV веках, а росписям не больше ста лет. Мы полюбовались на декор, заодно отдохнули, посидев на деревянной скамье, и продолжили прогулку по старому городу.
Оказывается, в этом университете учился великий человек Отто фон Бисмарк. О его пребывании сохраняется память у высокой «башни Бисмарка» и у маленького коттеджа у крепостной стены. Ему, семнадцатилетнему юноше, не разрешили жить в пределах старого города из-за постоянного пьянства и дебоширства. Вот так!
Мы шли по улицам и глазели на интересные здания: несколько домов белых оштукатуренных с красными фахверковыми балками, а рядом кирпичные с красными черепичными крышами и мансардами, вот дом в барочном стиле, а на этом скромном доме значится год 1500. В нескольких местах у зданий стоят скульптуры: то средневекового чиновника с прической а-ля Павел I, то дамочка-египтянка, то рука, в которой зажата рыба, то еще что-то или кто-то. Одним словом, город интересно украшен.
Как и в любом немецком городе, в Геттингене многочисленные кирхи, то бишь церкви, самая старая построена в 1200 году! Мы зашли в пару кирх, в одной из них — Якоб кирхе (1361–1461) очень интересный интерьер. Из-за совершенно необычной раскраски колонн — диагональные полосы бело-серо-красные — они кажутся кривыми и неравномерно расставленными. Кроме того, будто скромный деревянный раскладной алтарь, современные витражи и орган дополняют этот необычный вид центрального нефа кирхи.
Когда выходили из кирхи, я вспомнила:
— Нонка, а синагога в Геттингене есть? Мы же с тобой проходили по Juden str., значит тут жили или живут евреи.
— Знаешь, синагога стояла здесь до 1938 года, нацисты ее разрушили. Мне говорили в Берлине, что здесь очень интересный мемориал по погибшим в Холокосте. Давай уточним, где он, и посмотрим завтра. Он, кажется, где-то около канала, завтра мы обязательно там будем. А сейчас, не знаю, как ты, а я уже без ног. Не пойти ли на отдых в отель?
— Конечно, дорогая, хорошего понемножку. Хотя уже не понемножку, мы ходим больше трех часов. Давай подумаем, в какой ресторан нам пойти после отдыха. Вот мы как раз идем по пешеходной улице Weender str., на ней многочисленные магазинчики, ресторанчики и кафе. Сегодня суббота, перед выходным молодежь будет развлекаться, я так думаю. Во всяком случае, сейчас их всюду предостаточно. Мы потом выберем, где меньше народа.
— Не знаю, не уверена. Лучше сейчас не будем смотреть, найдем вечером.