Закатное солнце почти не слепило (СИ)
— Я не «что». — Ангелла подошла вплотную, так что её передние ноги оказались справа и слева от сбившегося в кучу отряда. От неё пахло фиалками. — Я очень даже «кто», и даже более, чем вы «кто». Лучше спросите, зачем вы здесь.
Рита не смогла сдержаться и полной грудью вдохнула удивительно приятный аромат цветов, он был единственной не кошмарной деталью, хотелось даже закрыть глаза и ощущать только его, чтобы потом открыть их и увидеть цветущую поляну, а не сюрреалистический бред.
— Ты что, меня понюхала? — Игриво спросила Ангелла.
— Нет. — Почтальон вздрогнула, как будто её застукали за чем-то неприличным.
— Нюхала, нюхала! — Вредным голосом протянула полудевушка-полутварь. — А хочешь ещё и пощупать?
— Да нет, же! — Рита перешла на крик, её забила дрожь. — Нет, уберись от меня!
— Пощупай. — Ангела протянула к Полине обе руки.
— Нет! Не буду! — Почтальон попятилась, наткнувшись на других девчонок.
Огромные ноги громко щелкнули по палубе сзади отряда. Ангелла практически обняла их своим передними конечностями. Отступать было некуда и девушки еще сильнее прижались друг к другу.
— Пощупай, а то укушу. — Чудовище пребывало в прекрасном настроении. Оно очаровательно улыбнулось во все тридцать два жемчужных зуба. — И, причём не этими зубами. У меня есть другие, которыми я ем, и лучше вам их не видеть. Давай, возьми меня за руки.
Рита подняла скованные запястья, чтобы коснуться монстра.
— А почему ты голая? — Рита остановила руки на полдороге. Она сама удивилась вопросу. Она мечтала как можно дольше тянуть время и не касаться паука, но… Кажется, у неё вспыхнули уши.
— Вот ты вредина. — Ангела приблизилась еще немного, заглядывая в лицо Риточке. — Так вот что тебя смущает. А я-то думаю, чего это они в обморок падают. Ладно, отвечу. Мне одежда не нужна для терморегуляции, а соблюдать приличия я отвыкла много-много лет назад, поскольку давно не встречалась лицом к лицу с разумными существами. Так соскучилась по общению, что к вам выскочила, забыв обо всём. — Монстр элегантным жестом откинула волосы с лица. — Вы первые люди, кто видит меня за последние лет эдак… тридцать. Этот корабль и есть моя одежда.
— А как же эти… чёрные?
— Ваши похитители? — Бросила небрежно Ангела. — Ты определённо решила заговорить мне зубы и у тебя получается. — Она всплеснула руками. — Ах, если бы не мой так внезапно открывшийся голод общения, уже пять минут назад поотрывала бы всем головы!
Вскрикнули несколько девушек и еще одна из них осела без чувств на пол.
— Шучу! Устраивала бы я ваше похищение, если бы просто хотела убить? Нет, конечно! Вас бы уже приволокли мёртвыми мои… чёрные, как вы их называете. Хотя может я захотела свежатинки, съесть вас еще тёплыми. — Чудовище сделало вид, что задумалось. — Ладно, не буду я вас есть, хотя физически могу и меня не стошнит.
— Хватит нас пугать! — Рита почувствовала, что злится на эту Ангеллу, совершенно по-человечески. Не как на пауконогого монстра, а как на ту Ангеллу, которая её раздражала и одновременно притягивала, с которой хотелось спорить и спорить, говорить все слова поперёк, но говорить с таким удовольствием. — Тебя скоро некому слушать будет! — Ангелла удивлённо распахнула глаза с белесыми ресницами. — Думаешь, они отключились от страха? Как бы не так! Они просто уснули от скуки!
Хозяйка дредноута так и прыснула. Она согнулась от хохота и хлопнула Риту по плечу, та не отдёрнулась, а сама фыркнула сдерживаемым смехом. В полный голос смеяться не решалась, поскольку опасалась, что веселье в этих обстоятельствах станет спусковым крючком для истерики, которая может закончиться безрассудно и даже самоубийственно, например, попыткой задушить обнаженную фигуру.
— Ты уже начинаешь храпеть! — Ангелла передразнила, как фыркает, сдерживаясь, Риточка. И тут почтальон не удержалась и начала хохотать в голос.
Чересчур громком, слишком визгливо.
III. Глава 3
Да она сейчас набросится на Ангелу, будет тянуться к её горлу с безумным смехом. Учитывая длину конечностей монстра и наполненную силой плавность движений, смерть Риточки не будет мучительной: хрясь! и всё. Только брызги полетят на оставшихся в строю ласточек. Глупое избавление.
Она хочет, чтобы я её пощупала?! Пожалуй, самое время, вроде как уже и не противно, а храбрости больше, чем сейчас, не будет. Рита, продолжая смеяться, схватилась связанными руками за плечо человеческой части чудовища. Ангелла, запнувшись в хохоте, удивлённо глянула в глаза Рите и Рита тут же пропала.
Мгновение падения-вращения и почтальон снова смотрит в те же глаза самозваного лазутчика, только уже в отряде и у девушки нет чудовищных механо-инсектоидных ног, а есть вполне соразмерные, кстати очень красивые, обычные ноги, спрятаны под столом в столовой.
А должны быть другие ноги? Риточка слушает, что говорит Ангелла и отвечает ей, пытаясь на фоне вспомнить странный сон о большом и ржавом корабле, где её собеседница была хозяйкой команды черных водолазов, монстром, властным и насмешливым. Какая глупость! Рита хочет перебить Ангеллу, чтобы рассказать ей о странном сне, но ничего не получается, вместо этого она говорит, словно заученные, другие реплики: спорит о возможности существования параллельного мира.
Повернуть беседу в другое русло невозможно, она словно уже процарапана на пластинке пространства, по которому скользит игла времени. Рита мучительно чувствует предопределённость, но ничего поделать с ней не может.
— Всю человеческую историю вы сидели тихо у себя там в верхнем слое, — слышит свой голос почтальон, — а теперь, здравствуйте! Ты решила свалиться на голову именно нашему отряду. Ну это же неправдоподобно!
— Ну почему же тихо сидели? — Ангелла самодовольно откидывается на спинке стула и кладёт вилку подчёркнуто аккуратно на край тарелки зубьями. — Жанна д`Арк, например…
— Что? Это ты была?! — Рита заливается с собственной шутки, а Ангелла недовольно закатывает глаза.
— Нет, моя землячка. — В тон отвечает лазутчик.
— Уж скорее, «слоячка»! — Это откуда-то сбоку добавляет Таня Хизер, но обе блондинки не удостаивают её и одним взглядом на двоих, настолько они заняты друг другом.
Шутливая пикировка на минутку отвлекла Риту, но когда разговор вернулся в прежнее русло, она снова вспомнила о диком сне на корабле. На корабле? Ты хотела подумать: «О корабле»! Пожалуйста! То, что сейчас происходит — настоящее! Нет, это не сон, сон — там, где Ангелла — монстр!
Рита продолжает говорить свои реплики, игла скользит, но сердце девушки заколотилось сильно-сильно, снова наросла ясность, уже не первый раз в этом лагере. Она залила всё осознание прохладной свежестью вогнутой линзы и мысли почтальона Ласточек наконец освободились от патоки повторяющегося «настоящего», не в силах на волос изменить даже движения глаз, она переместилась вниманием, в центр сферической сцены, который был аккуратно у неё между бровей. Вернее, не у неё, а у её записи, разворачиваемой временем. Сама же Рита отчётливо понимала, что она сейчас на корабле, стоит, хотя может и лежит уже, на тёплой бардовой палубе, пахнущей морем и железом, а рядом находится существо — которое называет себя лазутчиком Ангеллой, как-будто из верхнего мира, на самом же деле оно — порождение мрачных пространств, чьё настоящее имя звучит, как крещендо, взятое блек-метал группой в кульминации живого выступления на Хэллфесте.
«А вы думаете блондинки не послушивают блек-метал?» — мысль рассмешила Мар-га-Риту, не запись, а настоящую, присутствовавшую в столовой только в качестве точки восприятия. Маргарита (почему её никто так не называет?) начала хохотать, но поскольку не имела собственного рта и даже собственного воздуха, то смех её стал пульсирующей вибрацией. Ха, ха, Ха! Напористой жужжащей синусоидой хохот раскатывался концентрическим кругами…
…ха-хах-ха, ха, Ха, хах! ха-хах-ха, ха, Ха, хах!ха-хах-ха, ха, Ха, ха-хах!..