Дж. Р. Р. Толкин: автор века. Филологическое путешествие в Средиземье

Именно поэтому «Сильмариллион» 1977 года испещрен упоминаниями поэтических произведений, на которые ссылался воображаемый составитель: в качестве всего лишь нескольких примеров можно привести «Но́лдолантэ, Падение нолдоров — плач, что перед смертью своей сложил Маглор», Песнь «Лейтиан» и «Лаэр Ку Белег», то есть «Песнь о Великом Луке». По той же причине в ряде случаев Толкин решил написать и саму «песнь» (так было с Песнью «Лейтиан»), пойдя, как и лорд Маколей, по пути создания собственных исторических традиций.
Это потребовало от Толкина колоссальных усилий во имя результата, который многие сочли бы довольно сомнительным, поскольку ощущение глубины изысканий и древности эпох, как и возможность видеть при прочтении книги сразу два разных временных отрезка, в состоянии оценить лишь очень ограниченный круг читателей. Впрочем, даже «Властелин колец» во многом оказывает чарующее воздействие именно потому, что стихи и баллады, звучащие из уст Арагорна, Бильбо или Сэма Скромби, кажутся продолжением старинных традиций, уходящих в глубь времен.
Возможно, что и «Сильмариллион» в этом отношении мог стать ничуть не менее успешным. В любом случае нельзя не почувствовать, что именно этим Толкин мечтал заниматься всю свою жизнь. Так, его первое опубликованное стихотворение, которое вышло на страницах «Вестника школы Короля Эдварда» в 1911 году и в котором он описывал школьный матч по регби, называлось «Битва на Восточном поле» (дело в том, что школьные поля для регби находились неподалеку от Восточной дороги). Как отмечала Джессика Йейтс, это стихотворение отличалось четкостью слога и представляло собой явную пародию на героический стиль «Песней Древнего Рима» Маколея.
 Параллельная мифология 
Любые попытки кратко описать столь сложные и продуманные традиции, ничуть не погрешив при этом против точности, почти неизбежно обречены на провал. Однако если говорить об истории Предначальной эпохи в целом, то в изложении Толкина она отличается относительной последовательностью и неизменностью. Ее можно примерно разделить на три основных этапа, которые здесь мы будем обозначать с помощью заголовков и нумерации глав из «Сильмариллиона» 1977 года издания.
В первую часть входят «Айнулиндалэ», «Валаквента» и главы 1–2 самой «Квента Сильмариллион» 1977 года. В них рассказывается о сотворении мира, мятеже одного из айнуров, Мелькора, и решении некоторых айнуров, прозванных валарами, в том числе самого Мелькора, связать свою жизнь с земным миром (хотя для них Земля включает в себя как Аман, то есть Благословенный Край, так и Средиземье, то есть земли смертных).
Во второй части, в главах 3–9 и 11, рассказывается о появлении эльфов, решении остальных валаров пленить Мелькора ради защиты эльфов, уходе Эльфов Света из Средиземья в Аман и о хаосе и разрушениях, которые начались после освобождения Мелькора и группы мятежных эльфов. Именно на этом этапе впервые появляются Сильмарилы. Это драгоценные камни, созданные величайшим из эльфийских кузнецов Феанором и таящие в себе благой свет Двух Древ Валинора, которые освещали мир до сотворения Солнца и Луны.
После того как Мелькор и его приспешница паучиха Унголианта отравили оба Древа, Сильмарилы стали единственным источником когда-то исходившего от них света. Однако когда Феанора призывают пожертвовать Сильмарилами, чтобы расщепить их и тем самым вновь вернуть к жизни Древа Валинора, он отказывается — но тут же обнаруживает, что они уже похищены Мелькором. Феанор, его сыновья и соратники (по большей части нолдоры, как и он сам) решают покинуть Аман и отправиться на поиски Мелькора, чтобы отнять у него Сильмарилы, и как сам Феанор, так и его сыновья дают страшную клятву «ненавидеть и преследовать до конца Мира валара, демона, эльфа или нерожденного еще человека… — любого, кто захватит, или получит, или попытается укрыть от Феанора или его наследников Сильмарилы»[100]. Во исполнение этой клятвы они совершают два первых своих предательства и акта насилия: сперва крадут корабли эльфов, населявших берега Амана (тэлери), и убивают многих из них, а затем, когда им удается вновь добраться до Средиземья, откуда когда-то их привели валары, уничтожают эти корабли в огне, отказавшись возвращаться за своими бывшими соратниками (включая Галадриэль). Последним пришлось брести до Средиземья через льды жестокого Севера. В это время валары, потрясенные утратой Древ и предательством Феанора, создают Солнце и Луну, которые призваны стать заменой для света Древ, и одновременно разрывают все связи между Средиземьем и Аманом.
 
В третьей, самой длинной части, куда входят главы 10 и 12–24 «Сильмариллиона» 1977 года, рассказывается о войнах, которые велись в Средиземье между эльфами и Мелькором (его отныне стали звать Моргот), и о неудачных попытках вернуть Сильмарилы. В эти войны были втянуты как люди, которые появились в главе 12, так и гномы, в то время как на стороне Моргота сражались орки, барлоги и драконы. История этих войн полна внутренних распрей и предательств, а в двух самых длинных главах книги рассказывается о героях из рода людей — Берене, который пожертвовал собственной рукой, чтобы вновь захватить Сильмарил, и Турине с его печальной судьбой. Именно эти истории, но уже в стихотворной форме, Толкин изложил в «Песнях Белерианда». Добытый Береном Сильмарил то и дело переходил от одного владельца к другому, неизменно принося с собой несчастья и беды. В конце концов доблестный Эарендил, который был человеком по отцу и эльфом по матери, отправился в Аман, чтобы просить валаров Валинора о прощении и о помощи Средиземью, и этот путь ему удалось проделать благодаря силе, исходящей от Сильмарила. Валары откликнулись на его мольбу, Моргот был повержен, а два оставшихся Сильмарила вновь возвращены истинным владельцам, но вскоре снова утрачены в результате исполнения клятвы, данной когда-то Феанором и его сыновьями. Однако Сильмарил Эарендила продолжает блистать на его корабле, который выплыл в небесные моря и превратился в звезду, ставшую для Средиземья символом надежды.
Даже этого краткого пересказа достаточно, чтобы сделать несколько выводов. Во-первых, «Сильмариллион» явно напоминает по своей структуре традиционную христианскую мифологию. Бунт Мелькора и его приспешников очень схож с падением Люцифера и мятежных ангелов. По преданию, Люцифер стал princeps huius mundi, то есть «князем мира сего», а Мелькор сам себя провозгласил «Властителем судеб Арды» (и вполне возможно, что так оно и было). Причина падения в обоих случаях тоже была одна и та же: грех Люцифера (согласно трактовке К. С. Льюиса) состоял в том, что он ставил свои стремления выше, чем цели Бога, а «в душе Мелькора запало искушение повести мелодию по-своему, не так, как задумал Илуватар [Создатель]».
Это «падение ангелов» в обеих мифологиях приводит ко второму падению: в одном случае речь идет про первородный грех Адама и Евы и их изгнание из Эдема, описанные в Книге Бытия, а во втором — про утрату эльфами невинности и их исход из Амана (ставший в итоге изгнанием) в «Сильмариллионе». История Эарендила, который был наполовину эльфом, а наполовину человеком и которому удалость добиться от валаров прощения и помощи, отдаленно напоминает вочеловечение Иисуса Христа и христианское вероучение об обетовании спасения.
Однако помимо упомянутых сходств, разумеется, остается еще и множество очень явных различий: так, например, в христианской мифологии нет ничего, что напоминало бы историю Сильмарилов. Эти различия позволяют нам лучше понять суть «Сильмариллиона», тем более что в конечном счете любые попытки просто пересказать библейские сюжеты, выдав их за плод человеческого воображения, могли бы показаться не только бессмысленными, но и откровенно дерзкими, тогда как Толкин был глубоко верующим христианином.
Через весь «Сильмариллион» красной нитью проходит некая двусмысленность. Так, четыре самых могучих валара — Ауле, Ульмо, Манвэ и Мелькор — являются соответственно духами земли, воды, воздуха и огня, то есть Мелькор управляет огненной стихией. При этом имя Феанор, принадлежавшее эльфу, который стал создателем Сильмарилов и виновником второго падения, по сути, является прозвищем и переводится как раз как «Дух огня». Однако Феанор сочетает в себе очень разные и противоречивые черты характера: он одновременно полон гордыни, эгоизма и мстительности и при этом является искусным и честолюбивым мастером, взывающим к справедливости. Главной причиной его изгнания становится отказ пожертвовать собственным творением, когда в ответ на просьбу отдать Сильмарилы он с горечью восклицает: