Ни слова о другом мире (СИ)

Когда я вернулся, Элхор и Вереск что-то бурно обсуждали, стоя перед дверью, я слышал их голоса.
— Ты вообще понимаешь, что нас ждет? Это не война между двумя империями и ты уже давно не командир корпуса! Тут замешаны силы, которые превосходят даже мое сознание.
— А ты не забыл, кто спас твою задницу во время первой стычки с Альбедо? Да если бы не я, ты бы так и почил там, вместе со своими драгоценными тенями.
— Все наши души попадут под удар. Я уже потерял брата, не хочу сейчас потерять и…
— Кого? Ну? Кого? Молчишь. Потому что мы не родня, мы просто знакомые. У нас даже в той войне стороны были разные, у тебя нет ни единой причины за меня волноваться!
— А какой тебе резон идти на эту войну? Какая мотивация?
— Защита места, где я живу — уже очень важная причина, не говоря уже о других вещах, которые твой скудный некромантский мозг не способен понять!
Вереск вылетела из комнаты, чуть не снеся меня дверью.
Я зашел внутрь.
— Вот скажи мне, Отто, зачем ей рисковать своей жизнью? Какой смысл оставаться с нами?
Мой взгляд метнулся к Кариму, тот ехидно улыбался.
— Карим, почему ты ему не объяснишь?
— Я-то? Да у меня и сердца нет, чтобы в таких делах разбираться, а чувства, эх. Элхор, ты всю жизнь общался с мертвыми, но так и не научился общаться с живыми.
Некромант вопросительно поднял бровь, я присел рядом с ним.
— Вот представь, ты всегда один, родителей даже не видел, твоя осознанная жизнь начинается с того, что тебя продают, как раба, а потом тренируют, как боевую машину. Я не знаю всех подробностей, но судя по тому, как она встретила смерть Гарама и того, второго…
— Мельхиора.
— Да, спасибо Карим. Судя по ее реакции, она не очень-то и дорожила ими, это касается и Главнокомандующей Вестакса. Понимаешь?
— Ну да, у нее была тяжелая жизнь, зачем же лезть в неприятности еще глубже?
— А-а-а, я не могу, спасите, Элхор отупел. Вместе с тенями Альбедо вытащил его мозг! Теперь у меня вместо друга бесчувственная тупая коряга. Ай! — Элхор заткнул Карима подзатыльником.
Я сдержался, чтобы не засмеяться, не хотелось нарушать серьезный тон разговора.
— С того момента, как вы встретились, прошло много времени. Мы пережили пару серьезных стычек, жили в одном особняки. Элхор, для Вереск, у которой никогда не было близких людей — мы самые родные. А ты для нее…
— Стооо-й! — завопил Карим. — Не нужно, Отто, вот этого не говори, если он сам не дойдет, то ему уже никто не поможет.
— Ладно-ладно. Никогда не думал, что у учителя Элхора могут возникнуть такие проблемы.
— А что ты хотел, он кроме своих поднятых и меня, людей не видит особо, не говоря уже о каких-то отношениях между ними.
Элхор снова треснул Кариму по голове (было бы странно, если бы он нашел еще одно место для удара).
— Хорошо, я понял, но это не значит, что нужно…
— Значит, Элхор. Люди готовы рискнуть своей жизнью, ради других. Почему Эдвин нырнул в колодец? Не только ради меня, но и ради тебя. Я готов отдать все, что у меня есть, ради того, чтобы снова встретить Талию.
— Карим готов отдать глаза, чтобы помочь Элхору обрести мозг. Ой, у меня же нет глаз!
Тут я не выдержал и засмеялся, Карим улюлюкал в такт, а некромант держался добрые пять секунд, но в итоге присоединился к веселью.
К вечеру Фауст пригласил нас к себе, где посвятил в детали плана. Это было слишком просто, для такого полномасштабного наступления, поэтому мы с Элхором сошлись во мнении, что Фауст что-то умалчивает.
По факту, это был Блицкриг. Элроста собрал немалую армию из Восточных государств. Фауст вычислил точное местонахождение Душелова, это, как я понял, невероятно сложно, так как в междумирье нет системы координат. Капитан Альбедо использует большую часть своих сил, чтобы телепортировать сразу всех прямо к Душелову, сам же он присоединится чуть позже, когда восстановит силы. Остальные Альбедо вместе с нами и армией должны пробить защиту бога за это время. Как только защитный купол падет, Фауст вступит с Душеловом в последний бой.
 
Я задал резонный вопрос: «зачем так много людей, это будет мешать, ведь наш противник один, пусть и божественная сущность?».
Фауст начал издалека, объяснив, как работает материальное и нематериально в междумирье, немного рассказал про способности Душелова, о которых я не знал, в итоге ответ был такой «Душелов может в любую секунду воспроизвести свою собственную армию». Как я понял, эта армия могла быть невероятно большой. И это, если честно, поубавило мою веру в победу.
Вереск все еще дулась на Элхора, а Лауре я не видел и на следующий день. Мне так и не удалось поговорить с ним касательно увиденного.
Зато случилось то, чего я опасался больше всего.
— Эй-эй, сядь рядом!
— Вообще-то мне нужно…
— Сядь. Если я говорю, значит тебе уже ничего не нужно.
Байчжу сидела на крыльце дома, вальяжно закинув ногу на ногу. Я не могу найти слов, чтобы объяснить почему мой ужас перед этой женщиной заставлял колени трястись. Но это был какой-то первородный страх. Как у оленя, который видит тигра.
Но я послушно сел рядом.
— Ты и Безымянная, я слушаю.
Вот так с ходу, беспардонно задать вопрос, на который мне бы не хотелось отвечать. В тот момент я готов был провалиться сквозь землю. Но смелость сама взяла мои голосовые связки в руки, потому что в голове всплыл образ Талии и я наконец мог узнать то, что мучает меня уже давно.
— Сначала скажи, где она, а потом я расскажу все, что ты хочешь знать, но взамен, ты расскажешь мне все, с того момента, как она вступила в ряды Альбедо.
— Ха-ха, а ты оказывается не мямля, каким кажешься, что ж, заметано. Один раз сыграем по твоим правилам, к тому же закон гостеприимства обязывает. Безымянная сейчас на задании Фауста, каком, где, никому не говорят. Да и мы в принципе мало интересуемся делами друг друга, несмотря на то, что уже не одну сотню лет вместе.
— Вот как… Тогда почему же ты интересуешься?
— Личные причины.
И я рассказал. История получилась долгой, но признаться, Байчжу была лучшим слушателем за последние много лет. Она кивала, но молчала. Я начал издалека, рассказал о нашей глупой встрече. О том, как два простых человека строили отношения и были вместе долгое время. О том, как я ее потерял, и как снова встретил в другом мире.
В конце к моему удивлению она пустила едва заметную слезу, а потом внезапно отвесила мне увесистую пощечину. Я ошалело смотрел на нее.
— Если ты еще раз ее потеряешь, я отрежу тебе все, что можно отрезать!
— Я…эээ…хорошо, я понял!
— Вот так-то лучше. — Бай похлопала меня по спине, но каждый ее хлопок треском отдавался в моем позвоночнике.
«Да сколько в ней силищи?»
— Что я могу сказать. Фауст притащил Безымянную чуть больше двух лет назад, почти три даже. Самая странная девушка, из виденных мной. Абсолютно безэмоциональная. Но в ее глазах я видела печаль, боль, утрату, просто было это настолько глубоко запечатано, что никогда не выбралось бы наружу, а оказывается часть ее души была с тобой. Проявила Безымянная себя однажды, когда просила меня научить ее владеть катаной. В остальное время она была отрешенной от всего. И знаешь, глядя на нее мне подумалось «А ведь я была всю жизнь такой же. Одинокой, грубой, никому не доверяла». И мне захотелось стать для нее опорой, другом, который ей был нужен, но как оказалось, это она была мне нужна. Мне всегда не хватало друга. В последний раз я заметила, как она реагировала. Это было иначе. Я чувствовала взаимность, и, черт возьми, вот оно. Я наконец поняла, что мне не хватало этого общения, этой дружбы. Понимаешь меня?
Я медленно кивнул. Потому что действительно понимал. После того, как Талия погибла у меня не было никого.
— Талия значит. Красивое имя.
— И она… красивая.
Бай пихнула меня в плечо.
— Не превращайся в слюнтяя, она вернется с задания, выпьем все вместе, а? Может Трайвор к нам подтянется, а? Он неплохой парень, хоть и железяка.