Вторая попытка (СИ)

— Не будь злюкой, Ленок, — снисходительный тон мачехи вывел девушку из задумчивости. Анна тоже заметила, что падчерицу что-то тревожит, и она обязательно должна узнать причину. — Твой папочка был очень обеспокоен тем, что ты ничего не ела за завтраком. Он и послал меня узнать…
— Узнала? — резко перебила ее Елена. От воспоминаний о завтраке тошнота снова подступила к горлу, а вспомнив любимое блюдо мачехи на завтрак, «ленивая» овсянка в банке, так девушка совсем побледнела и часто задышала, пытаясь справиться с тошнотой. Анна недобро прищурилась, заметив ее бледность. — Можешь идти и сказать ему, что я здорова! Дверь — там, — она указала женщине на выход и резко повернулась к ней спиной.
Анна переменилась в лице, когда ей, словно прислуге, указали на дверь, но быстро взяла себя в руки.
— Тебе просто необходимо отдохнуть, Леночка, — елейным голоском произнесла мачеха, вставая и направляясь к выходу, — а то кидаешься на людей, как дворняжка цепная.
Лена с шумом выдохнула, поворачиваясь к мачехе, но та, покачивая бедрами, затянутыми в модельные джинсы, уже выходила из комнаты. Это противостояние между ними постепенно переросло в «холодную» войну и взаимный обмен колкостями. Сначала Анна раздражала девушку своим потребительским отношением к отцу, спуская деньги папочки на наряды и салоны красоты. Когда ушла мама, отец притащил эту девицу в их дом буквально через несколько дней и представил ее дочери, как свою жену. Лене тогда было чуть больше восемнадцати, и она не приняла ту, что заняла место матери в этом доме. От открытого противостояния между ними, Лену спасала учеба. Она сспешно съехала в общежитие и старалась реже посещать отчий дом. Может, поэтому отец и решил выдать ее замуж и навсегда удалить из дома хотя бы одну из них. 
Девушка устало опустилась на кровать, раздумывая, как быть дальше. То, что ее тайна скоро станет известна отцу — не сомневалась. Анна ужом вывернется, но узнает обо всем, поэтому стоило быть осмотрительней и запирать комнату. Ведь отец, если узнает, может сделать, что угодно, для него собственная репутация и его семьи — превыше всего. И от этой мысли Лене становилось дурно.
Она была дочерью состоятельного бизнесмена Бориса Антонова, чей бизнес велся практически по всей стране и в некоторых странах Европы в том числе. Естественно для единственной дочери он подбирал мужа из своего окружения, точнее, выбор пал на сына его делового партнера. К тому же Лена с ним часто общалась, а его сестра была близкой подругой девушки. К тому же, сам жених, Виктор Панов, выпускник одного из престижнейших ВУЗов России. Молодой, умный, принципиальный, с отличной деловой хваткой. Он уважительно отзывался о будущем тесте, чем заслужил его полное доверие, а вместе с ним и одобрение на будущий союз с Еленой. Девушка тогда благосклонно отнеслась к предложению встречаться, а потом и приняла предложение руки и сердца. Ей льстило внимание красивого мужчины, он легко нашел подход к девушке, окружил ее вниманием и подарками. Именно этого не хватало девушке после ухода матери — любви и внимания. И она «купилась». 
Сейчас же кусала губы и не знала, как выкрутиться из сложившейся ситуации. Отец категорически откажется отменить свадьбу, заявит, что у девушки «предсвадебный мандраж» и «это свойственно всем невестам». Да, она рассказала отцу, что застукала жениха с другой, но… На экспрессивный рассказ дочери об измене мужчины, отец лишь покровительственно похлопал ее по руке, заявив, что сам решит эту проблему. И решил…
Простил будущего зятя к огромному негодованию дочери, но пригрозил, что за измену дочери в браке, непременно накажет. После этого девушка категорически отказалась выходить за Панова замуж, но Борис Антонов был не из тех людей, кто легко отступает от намеченной цели. Иначе не построить бизнес-империю, которой он управлял сейчас. Ему удалось надавить на дочь и уговорить ее не отказываться от свадьбы, а немного отложить события, чтобы она успокоилась. Но отношения с Виктором оставались натянутыми.
 
«Ничего, — вдруг улыбнулась она своим мыслям, — когда после свадьбы сообщу «мужу», что беременна и срок два месяца, посмотрим, сможет ли он «сохранить лицо» перед папочкиным гневом». О том, что сделают с ней уже оба мужчины, постаралась не думать.
С мстительной улыбкой на лице, она прикрыла глаза и провалилась в тревожный сон. Не заметила, что дверь в ее комнату тихо приоткрылась, пропуская чью-то тень. Она ступала бесшумно, стараясь не разбудить девушку, прошла мимо кровати и направилась в ванную комнату.
* * *
— Что у тебя за вид!!! — громкое восклицание отвлекло внимание молодого мужчины от созерцания бликов янтарного напитка в стакане. Дорогой коньяк оставлял остро-жгучее послевкусие, почти такое же, как разочарование, что разливалось горечью в его душе.
Вошедшая девушка, чьи слова вывели его из забытья, резко раздвинула плотные шторы и рванула створку окна, впуская в комнату солнечный свет и свежий воздух. Мужчина сделал последний глоток напитка и зажмурился от слепящего солнца.
— Какого чёрта! Сашка! — гневно крикнул мужчина на сестру. — Что тебе нужно в моей комнате?
Девушка резво повернулась лицом к брату и уперла кулачки в бока. 
— Во-первых, не Сашка, а Сандра, — поправила она брата. — Сандра Д’Авари. А во-вторых…
— А во-вторых, немедленно выметайся из моей спальни, — грозно прорычал он в ответ, — нечего тебе тут делать.
— …а во-вторых, — не обращая внимания на его тяжелый взгляд, продолжила девушка, — я хочу, чтобы ты немедленно привел себя в порядок. Столько пить, — покачала она головой, стрельнув взглядом на ряд бутылок вдоль кровати.
— Дома будешь командовать, мужу приказы отдавай, — огрызнулся в ответ брат, но все же медленно встал, сжимая руками виски, чтобы комната перестала кружиться, а затем поплелся в сторону ванной комнаты.
Девушка с жалостью смотрела в след брату. Причин такого странного запоя она припомнить не могла. 
— Послушай, мне больно смотреть, как ты гробишь свою жизнь, заливая ее огромными порциями коньяка и виски. Если бы наш отец сейчас тебя увидел, — она горестно вздохнула, — Серж, может все-таки, расскажешь, что с тобой происходит?
Ответом ей были шум воды и громкое фырканье, доносившееся из-за двери. Так и не дождавшись ответа, Сандра немного постояла посреди разгрома в комнате, а затем медленно поплелась к выходу.
— Прости, что накричал на тебя, — голос брата настиг ее уже у выхода. Сандра медленно обернулась и посмотрела на виноватое лицо брата. — Ничего такого, в чем бы ты смогла мне помочь, сестренка, у меня не произошло. 
Девушка невольно отметила залегшие вокруг глаз тени, взъерошенные мокрые волосы, отросшую недельную щетину. Все указывало на то, что мужчина переживает из-за разрыва с невестой.
— Хочешь, могу побыть жилеткой? — с улыбкой произнесла девушка, подходя к нему и обнимая, — ты мне очень дорог и я волнуюсь за тебя, ты же знаешь. Я понимаю, тебя расстроил разрыв с…
— Саш, давай не сейчас, — поморщившись, словно хлебнул уксуса, произнес мужчина, сжимая родного человека в объятиях. — Я тебя тоже очень люблю, сестренка, но этот разговори ничего не изменит, — он слегка отстранил от себя девушку и улыбнулся, но его серые глаза оставались задумчивыми. Саше оставалось только тяжело вздохнуть — брат слишком упрям, чтобы признать за собой вину. — И, пожалуйста, не зови меня больше Серж, мы же не во Франции.
— Хорошо, Серж, — лукаво улыбнулась она в ответ, заметив раздражение в его взгляде. Хоть как-то начал проявлять чувства, значит, скоро все наладится, — подумала девушка. — Хорошо, Сереж.
Он снова поморщился, но быстро поцеловал сестру в кончик носа, как делал много раз в детстве. Между ними была небольшая разница в возрасте, но Сергей фактически вырастил Сашку и всегда старался защитить ее.
Взгляд Сандры упал на подлокотник кресла, в котором еще недавно сидел ее брат. Она заметила тонкую золотую цепочку с подвеской из бирюзы в витом обрамлении из золота. Только замочек цепочки был сломан. Пальцы Сандры осторожно коснулись украшения и приподняли его. Девушка задумчиво рассматривала подвеску в виде слезы.