Круиз с боссом в один конец (СИ)
— Алекс, — чуть громче спросила, чтобы он точно меня услышал. — Через сколько мы окажемся в порту Майями?
— Чуть меньше получаса. Я смотрю, вам уже не терпится? — подмигнул мужчина и надвинул козырек кепки на лоб.
Виталий — удивительный человек, в напряженном разговоре с крупными инвесторами он успел услышать часть нашего разговора с Алексом. Всматриваясь в мое лицо, как будто пытался разгадать, как сложную логическую задачку. Сейчас я для него недоступна. Я выстроила свой барьер между нами, начиная с момента нахождения на яхте Фила. Отсчитывая мысленно до пяти, выдала самую ослепительную улыбку. Наши взгляды скрестились, я смотрела с вызовом, выдерживая неимоверный натиск, который ощущался на энергетическом уровне. Хотелось прокричать: «Я тебя не боюсь — я сильная! Справлюсь и без тебя!» — но, только одному богу известно, как надрывно оплакивает утекающее женское счастье моя душа.
Я потеряла счет времени. Все дни, проведенные на острове, по ощущениям вылились в годы. Как я ошибалась! Каких-то тридцать минут ожидания показались вечностью. Прикусив внутреннюю сторону щеки до крови и почувствовав металлический привкус, продолжала улыбаться. Это придало мне дополнительных сил, я не разрыдалась при всех и вела непринужденную беседу с мужчинами. Нам нельзя оставаться наедине с Виталием, слишком близко связаны наши души, и я могу спасовать перед водоворотом страсти и чувств. Босс ощущал, что я специально устроила этот словесный балаган. Он наблюдал и бил наотмашь своим взглядом, которым говорил: «Что ты творишь? А как же то, что было?»
Впереди показался порт Майами. Океан, граничащий с берегом, небоскребы, упирающиеся в небо. Хотя остроконечные пики неплохо разбавляли обычные малоэтажные постройки. И люди, много людей. Я испытала дежавю, но только сейчас мы входили в порт не со стороны круизных лайнеров. У причала заметила толпу журналистов и видеокамеры.
— Фил, — я с трудом подбирала слова, голос резко охрип, — откуда им известно о нашем прибытие? Разве ваша сделка с матерью Виталия не конфиденциальна?
— О черт! Боюсь, кто-то в вашей фирме сливает информацию… — проговорил мужчина и перевел взгляд на Виталия. — Я не смог выйти сегодня на связь лично с Эльвирой, поэтому перезвонил в офис и передал всю информацию секретарю. Меня заверили, что все данные строго конфиденциальны.
— Уволю всех! — практически шипя, произнес Виталий и сжал кулаки.
Он приблизился ко мне и, перехватив мою ладонь, крепко обнял.
Берег. Трап. Спуск.
Я попыталась высвободить свою руку, но Виталий не позволил этого сделать и тихо шепнул на ухо:
— Держись, детка! Это наш звездный час!
Выдохнув, я ступила на опустившийся трап. Виталий помог мне сойти вслед за ним. Среди толпы неизвестных мне лиц услышала родную и знакомую речь, которая звучала громче всех возможных вопросов.
— Виталочка, доченька! — Родители, толкая всех вокруг, пробирались через журналистов и толпу зевак. Впереди, путаясь в поводке, бежал Фьорд, перебирая своими пухлыми лапами. На мгновение ощутила, что моя рука свободна, и со стороны, где прежде стоял Виталий, оказалась пустота, пронизывающая морской прохладой. Нет больше тепла любимого мужчины. Я попыталась развернуть голову и отыскать его взглядом — светлые вьющиеся кудри и страстный взгляд, пробирающий до костей. Но тщетно. Словно бушующей волной меня с родителями отбросило в противоположную сторону. Свет вспышек от камер слепил, папарацци выкрикивали: «Мисс, посмотрите сюда!»
Мама сгребла меня в охапку, показалось, что не могу дышать, и немного закружилась голова. Я улыбалась и старалась не плакать, хотя при виде родных это стоило титанических усилий.
Невольно почувствовала на себе чужой взгляд, озлобленный и ненавидящий.
Красивая взрослая женщина обнимала Виталия. Чем сильнее она прижимала босса к себе, тем большее ее глаза светились гневом в мой адрес. Я поежилась и только хотела вновь посмотреть на родителей, как к Виталию подскочила высокая блондинка в разлетающемся голубом сарафане. Девушка прижалась к нему, а затем под вспышками камер поцеловала в губы. Я прикрыла глаза на мгновение и с трудом проглотила подступивший ком. Виталий пытался найти меня в толпе зевак, но я отвернулась.
К чему ловить виноватый взгляд?
У него была жизнь до нашего круиза, и сейчас все возвращалось на круги своя. Реальность снова отбирала у меня Виталия. Хотя разве он был моим? Неверное, нет…
— Мама, я хочу домой! — хватаясь за родителей, как за спасательный круг, вымученно посмотрела на отца.
Он стал старше еще лет на десять, на висках добавилась седина. Мой самый главный защитник и союзник, словно чувствуя мое состояние, молча обнял меня, закрывая от мира богатства и публичности. В такси мама старалась как можно больше расспросить о произошедшем. Я уклончиво давала ответы в общих чертах, опуская подробности. Иначе меня бы прорвало, как плотину. Этого нельзя было допустить!
— Андрюша, ты посмотри, что стало с нашей девочкой! У нее болезненная худоба, надо срочно завтра показать врачу и пройти все обследования.
— Люся, дай Виталине хоть шанс добраться до дома. Нам предстоит еще долгий перелет в Россию.
— Во сколько у нас вылет?
Сейчас я находилась в вакууме, мне срочно нужно домой!
— Виталочка, сегодня вылет в ночь. Ты прости, дочка, но выбор был небольшой — это все, что нам смогли предложить в вашей компании.
Удивило. А ведь от меня просто поскорее хотели избавиться! Стало горько и противно. Болезненный нарыв на теле — вот кто я такая в глазах его матери и окружающих.
Фьорд метался с моих колен на колени матери, всячески старался вытребовать свою порцию ласки с моей стороны. Обхватила его за живот: показалось, что за это время даже мой пес похудел. А за окном Майями поблескивал стеклами небоскребов на солнце. Я плотнее прижалась лбом к прохладному стеклу автомобильного окна такси, вот тебе и отпуск — ничего, кроме душевного надлома, он мне не принес.
Звонок мобильного телефона противным гулом раздался в моей голове и салоне автомобиля. Отец кого-то поприветствовал, переговорил несколько минут, затем убрал телефон и внимательно посмотрел на меня.
— Дочка, сегодня день очень сложный и тебе еще придется потерпеть. — Он тяжело вздохнул и вложил в мои руки распечатку на нескольких листах.
Бегло пробежала глазами и мысленно выругалась. Являясь сотрудницей «Аква Комьюнити», я обязана посетить пресс-конференцию и дать интервью. Распечатка в моих руках включала в себя примерные вопросы от журналистов и четкие ответы с моей стороны. В приватной беседе отцу также намекнули, что никакой отсебятины я устраивать не должна, если намереваюсь продолжить свою работу на прежней должности.
И только я стала приходить в себя, как мне предстояло очередное испытание в виде совместного интервью с Виталием.
На пресс-конференции наши взгляды с Виталием вновь встретились. Нам предстоял час совместной работы — рука об руку. За свободное время, пока добирались по пробкам до бизнес-центра, я прекрасно запомнила все вопросы из распечатки и ответы на них. У нас с ним не было времени обсудить что-то личное. Босс постоянно был в окружении своей команды, которая четко отрабатывала свои деньги. Сейчас мы находились так близко, но нас разделяла целая жизнь.
На пресс-конференции он блистал как никогда: уместные шутки, ровный загар, белозубая улыбка, безупречный костюм и голубая рубашка, которая как нельзя лучше подчеркивала цвет его глаз и блеск в них. Я старалась отвлечься, блуждая взглядом по публике, собравшейся на пресс-конференции. И снова блондинка в голубом сарафане, а рядом мать Виталия — Эльвира. Она явно здесь не случайно, и только я являлась незваной гостьей на чужом торжестве.
Наконец все закончилось, похоже, я умело отыграла свою роль. На самом же деле фактически минуты считала, так мне хотелось вырваться из плена чужих глаз.
Журналистов пригласили на выход, и снова мы с Виталием оказались по разные стороны в окружении своих родных. Нам нужно было поговорить, но все сегодня складывалось против нас. Да и, скорее всего, нормально не смогла бы реагировать при виде этой «вешалки» в голубом сарафане. Хотя почему «вешалки»? Девушка довольно интересная — высокая, идеально прокрашенные волосы — блонд, миндалевидный разрез глаз, превосходная фигура. Про таких говорят: «Чувствуется порода». Не заметила, как родителей отвлекли из команды босса, а он оказался за моей спиной.