Грани Безумия (СИ)

— Я тебе не верю, — крикнула она, с вызовом посмотрев на меня, — папа не может так со мной поступить. Он меня любит.
— Прости дочка, но это так, — опустил голову мужчина.
— Вы все лжете. Вон из моей комнаты.
— Послушай принцесса, — подойдя взял ее за плечи, и хорошенько встряхнул, заставляя смотреть в мои глаза, — я виноват в том, что тебя собираются убить и признаю свою вину, так будь умницей и позволь вытащить тебя из этого дерьма.
— Это ты, это ты во всем виноват, — в истерике лупила своими миниатюрными ручками по моей груди девушка. 
— Да, виноват, — прикрикнул на нее, — поэтому и хочу все исправить. И либо ты добровольно сейчас со мной поедешь, либо под действием снотворного.
Смерившись со своей участью, она сдалась.
— Вот и умница. А теперь пошли, у нас мало времени.
— Береги ее. Она не такая, как свои родители, — услышал я слова охранника, — и еще: «не все именно так, как кажется».
— Что это значит?
— Однажды ты поймешь, а сейчас вам стоит поторопиться.
Приобняв девушку за плечи, я повел ее к автомобилю, пройдя тем же путем, каким я попал в дом. До машины добрались без происшествий. Открыв заднюю дверь, пропустил внутрь салона сначала ее, затем залез сам, занимая место рядом с ней.
— В аэропорт брат.
Габриэль без лишних вопросов завел двигатель и вырулил на дорогу, держа курс в нужном нам направлении.
  
Глава 13
 
Алексия. 
Машина мчит по ухабистым дорогам, разрезая темноту ночи яркими ксеноновыми фарами. В моей душе также темно, вот только даже лучика света, который развеял бы неприятное ледяное чувство, сосущее под ложечкой, у меня нет. 
В моей голове совершенно не укладываются все события, произошедшие за последние пару часов. Наташа и Влад? Отец хочет моей смерти? Мирослав сотрудничает с моим похитителем?
Краем глаза кошусь в сторону последнего. Тот, как ни в чём не бывало что-то рассматривает в своём телефоне, а его длинные татуированные пальцы порхают над экраном. Прямой нос, аккуратно очерченные губы, острые скулы и подбородок. Волосы зачесаны назад, а из-под воротника торчат множество татуировок, которые покрывают всю его шею. Мужчина зашевелился, словно почувствовал, что я на него смотрю. Отвожу взгляд, боясь, что меня застукают за разглядыванием.
Он так спокоен, будто ничего не сделал. Будто это только у меня жизнь перевернулась с ног на голову, и я вряд ли, когда-либо смогу жить как прежде. Осознание этого простреливает молнией в самый затылок.
Дрожащими пальцами поправляю складки на своем пижамном шелковом комплекте, который состоит из рубашки и брюк. Хорошо, что платье с кровавыми и грязными пятнами осталось висеть на вешалке напротив моей кровати, словно знак, указывающий мне на мое нынешнее место. Вспомнив об этом, всхлипываю.
— Тебе нужно поесть, — внезапно прерывает тишину голос похитителя, — У тебя руки трясутся и выглядишь ты неважно. Тебя вообще кормили?
Отрывисто мотаю головой, продолжая глотать слезы и стирать мокрые дорожи тыльной стороной ладони со своих щек.
— У меня завтра выпускной в университете, — хрипло говорю то, что приходит в голову первым и еще громче всхлипываю, вспомнив о прежней нормальной жизни, — Я так готовилась. У меня два платья было. Одно на официальную часть, а второе на вечернюю. А через неделю свадьба. Платье правда испорчено, но я думаю еще есть время найти подходящее.
Поток неконтролируемых слов вытекает из меня словно вода из прорвавшейся дамбы. Кажется, именно таким образом организм решил реагировать на перманентный стресс, в котором я прибываю в последние несколько суток.
Мужчина делает неожиданное: придвигается ко мне и обнимает за плечи, успокаивающе целуя в макушку. Хочу от него отодвинуться, закричать, ударить, винить во всем, что со мной сейчас происходит, но не могу. Сил просто-напросто нет. Да и мне становится спокойнее в теплых объятиях, которые мне не подарила даже мама, когда я в них так нуждалась. 
Часто слышала о том, что с первым мужчиной у девушки устанавливается связь. Что она влюбляется в него. Я же, напротив, не чувствовала ничего подобного к тому, кто вероломно лишил меня девственности, преследуя исключительно свои цели.
 
— Как тебя зовут? — сиплю, вытирая мокрый нос рукавом пижамы.
— Данте, — говорит тоже тихо, поглаживая мое плечо, — А это, — кивает в сторону водителя, — Габриэль. 
— А меня Алексия, в честь дедушки, — я усмехаюсь, — Но вы и так это знаете. 
Спустя пару часов мы уже летим на частном самолете над облаками. Когда я плотно поужинала, под наблюдением Данте и его молчаливого друга, и поудобнее уселась в кресле, то за неимением ничего, что могло бы меня отвлечь, я начинаю гонять по кругу одни и те же мысли. 
Скорее всего Влад знал о моей запланированной показательной казни. Это не могло бы от него укрыться, с учетом того, что он знал, что именно со мной произошло и является одним из приближенных к моей семье. Отказался ко мне прийти. Даже не думал о том, чтобы спасти меня. А сам в это время прохлаждается с Наташей. С моей лучшей подругой! Как давно они вместе? Как она могла так нагло мне лгать прямо в лицо? Они влюблены или он просто трахает её, как и других своих шлюх? 
Удивляюсь своим же словам. М-да. С кем поведешься, от того и наберёшься. 
— Значит, это Наташа помогла тебе меня похитить? — напрямую спрашиваю Данте, который в этот момент спокойно пьет кофе, сидя напротив меня.
— Ты уверена, что сейчас самое подходящее время обсуждать это? — щурится мужчина.
— А разве для такого разговора можно найти подходящее время? — мои брови взмывают вверх, а губы перекашивает в горькой усмешке.
Мужчина тяжело вздыхает.
— Да, она дала мне координаты, где вы будете, отвлекла консультантов и подготовила снотворное, — при последнем слове Данте нахмурился.
— Сучка, а ведь я считала ее своей лучшей подругой, — в моей душе начинает откровенно тлеть злость, постепенно разгораясь в огонь, — У меня будет возможность ей отомстить?
Данте удивленно вскидывает на меня взгляд, отрываясь от чашки с эспрессо. Он явно не ожидал услышать от меня подобного. Да я и сама не ожидала, но понимаю, что так просто эту ситуацию оставлять не хочу. Раз все вокруг меня играют в игры, то почему бы и мне не присоединиться к ним и разыграть свою партию?
— Она решила избавиться от меня, чтобы присвоить себе моего жениха, — пожимаю плечами, — Я считаю, что имею право на месть. Разве нет? Ты ведь в этом лучше разбираешься.
Данте смиряет меня взглядом.
— Имеешь. Но давай сначала спасем твою задницу, а потом уже подумаем о том, как надрать ее твоей подруге, хорошо? — встревает Габриэль.
Поворачиваю к нему голову и лучезарно улыбаюсь во все зубы, но из-за заплаканных глаз, синяков под ними и бледной кожи, улыбка получается зловещая. Кажется, друга Данте передёргивает от этого зрелища, а вот мой похититель, наоборот, прячет озорную, даже довольную, улыбку.
Мы приземляемся в предрассветной Италии. Когда выхожу из самолета, меня обдает тёплым ветерком, а нос щекочет аромат разогретых на солнце кипарисов, которые медленно остывают после дневной жары. В последний раз я была в этой стране с Наташей… Встряхиваю головой, чтобы отогнать мысли о прошлом. Теперь у меня больше нет ни лучшей подруги, ни жениха. Они оба оказались предателями. Пора оставить их позади и жить дальше, а месть будет подогревать мою заледенелую душу.
Наша дорога проходит через спящий Неаполь. Завороженно разглядываю его небольшие улочки и низкие, потрепанные временем, дома. Открываю окно автомобиля. Здесь даже пахнет по-другому. Чем-то теплым и слегка сладковатым. Я бы даже сказала немного восточным, как будто по всем улицам разлили небольшое количество масляных благовоний. 
Буквально визжу, когда мы выезжаем на дорогу, которая идет вдоль берега, и направляемся западнее Неаполя. Морской бриз, свежесть воздуха, скорый рассвет, который уже виднеется на горизонте. Кто бы знал, что после всего пережитого, природа будет вызывать у меня такую бурю эмоций. Во время перелета я больше и не надеялась почувствовать ничего, кроме злости и ярости.