Грани Безумия (СИ)

— Здравствуйте. Спасибо, что согласились нам помочь, — поприветствовал его.
— Невозможно отказать, когда Ваш человек был так настойчив, — с упреком ответил он.
— Прошу извинить, но дело действительно серьезное.
— Что уж там. Ведите меня к тому, кому нужна моя помощь. И расскажите, что случилось.
— Помощь нужна девушке. Вместо снотворного ей либо вкололи что-то другое, либо смешали снотворное еще с чем-то. И, надеюсь, Вы понимаете, о том, что Вы сейчас увидите и сделаете, должны молчать. Об этом никто не должен узнать.
— Ваш человек мне уже все объяснил. Очень доходчиво объяснил, — выделил докторишка, — Так что можете не переживать. Я уже давно на пенсии, и хочу дожить свою жизнь спокойно. 
— Вот и отлично.
Все то время, что доктор провел с Алексией, осматривая ее, ставя укол и устанавливая катетер с капельницей, я находился в комнате для перестраховки. Есть вероятность, что девчонка может очнуться невовремя и сообщить кто она. Тогда план может провалиться. Сделав все необходимые манипуляции, я распорядился, чтобы мужчину отвезли обратно и установили за ним слежку. Я должен быть уверен, что он не поедет в полицию и никому не сообщит. Когда за ним закрылась дверь, достал заранее приготовленную веревку и привязал руки девушки к ножкам кровати, а выходя оставил открытой дверь, дабы услышать если ей понадобится помощь. 
Стояла уже глубокая ночь, когда я собирался пройти на кухню за водой. Проходя мимо комнаты, в которой находилась девчонка, услышал, как она скулит. Захожу и останавливаюсь на пороге, наблюдая за провальными попытками Разиной освободить свои руки. Вероятнее всего она хотела избавиться от катетера, сильно дернув привязанной рукой и скорчившись от беззащитности своего положения.
Не видя больше смысла в последующем наблюдении, решаю обозначить свое присутствие: — С пробуждением, спящая красавица.
Щелкаю выключателем у двери, наполняя комнату светом, подхожу к девушке и осматриваю катетер, пытаясь взять ее за локоть, отчего та пытается вырвать свою руку из моего захвата. Забавно, вот только меня это не останавливает, и я сильнее сжимаю ее чуть выше локтя. 
— Мне больно! — рычит на меня эта фурия.
— Ничего, потерпишь, — обрываю я.
— Да ты знаешь кто я?! — выкрикивает она, с вызовом глядя в мои глаза, — знаешь, что мой папа сделает с тобой, когда узнает?! Знаешь, кто мой папа? — не унимается она, бросаясь ложными угрозами, — Он на тебе живого места не оставит! Только посмей ко мне притронуться! Он тебе руки сломает! И ноги тоже! Ходить потом не сможешь! Кто ты вообще такой? Тебе жизнь дорога… 
Останавливаю ее монолог, накрывая рот своей рукой, ощутимо впиваясь пальцами в скулы. А у самого все кипит внутри, от слов про ее папашу. Милашка даже не догадывается, что именно по вине своего отца, она сейчас находится здесь. 
— Закончила, принцесса? — обманчиво спокойно задаю вопрос, наклоняясь к ее лицу и вдыхая сладковатый запах, исходивший от нее, — А теперь послушай меня. Я очень надеюсь, что твой отец узнает, что я с тобой сделаю. И очень надеюсь, что если ты будешь в себе и вообще выживешь после такого, то в красках расскажешь своему папочке, что и как я с тобой делал. 
Алексию начинает трясти от страха, а глаза становятся размером с монету. Я отпускаю девчонку, подхожу к окну, распахиваю шторы, и покидаю комнату, перед этим выключив свет и закрыв за собой дверь.
Обозленный влетел в комнату, которую занял, и прямиком протопал в ванную. Не снимая одежды, залез в душевую и на полную врубил ледяную воду, с психу разбивая костяшки пальцев в кровь об кафельную плитку. Струи холодной воды и ноющая боль в руке моментально привели меня в чувство. Меня коробило от дерзких слов Разиной про своего отца, и одному только всевышнему известно, как я сдержался, не влепив ей пощечину. Люди, окружаю меня, знали, как я не сдержан и не отличаюсь выдержкой, поэтому понимали, когда нужно заткнуться, но эта… Мелкая дрянь решила запугать меня своим папашей. 
Когда мне предоставили собранное досье по дочери Разила, меня уверяли, что проблем с ней не возникнет. Девчонка тихоня, не умеющая за себя постоять. Вся такая, папина принцесса. Сейчас же я наблюдал совершенно другую картину. Она не успела прийти в себя, как вывела меня из себя за пару минут. Ни у кого прежде этого не выходило. Что ж, раз она уже хамит, значит чувствует себя хорошо, а это означает, что я могу свершить возмездие. 
 
Приведя себя в порядок, переоделся в сухую более удобную одежду и спустился вниз. Габриэля нашел на кухне. Парень весь вечер потратил на то, что отмывал автомобиль. Машина была арендованной, и в наших же интересах было вернуть ее в том состоянии, в каком мы ее забрали.
— Слышал девушка пришла в себя, — не отрывая глаз от своего телефона, сказал друг.
— Более того, она уже успела вывести меня из себя.
— Это я тоже слышал, — ухмылялся год.
— Мелкая зараза решила напугать меня своим папашей.
— Смело, — присвистнул он.
— Глупо. 
— А спустился ты, чтобы…?
— Подготовь машину. Я сейчас к ней, и хочу сразу после случившегося отвезти ее папаше.
— Уверен, что ты готов? — осторожно поинтересовался Габриэль.
— На что ты намекаешь?
— Не подумай ничего, просто ты сейчас слишком взвинчен. Можешь сильно ей навредить. 
— А разве не для этого мы сейчас здесь?
— Да, но… Я слишком хорошо тебя знаю Данте. Простишь ли ты потом себя?
— Не переживай. Ее смерть в мои планы не входит.
  
Глава 10
 
Данте. 
Обсудив дальнейшие действия с Габриэлем, вновь поднимаюсь на второй этаж и останавливаюсь у двери Алексии. Мне нужно пару минут, чтобы собраться, ведь то, что случится дальше изменит меня окончательно. Я не святой, множество раз причинял людям боль и убивал, но женщин и детей никогда не трогал. 
Открываю дверь и останавливаюсь на пороге комнаты, пристально осматривая девушку. Как же она красива зараза, этого я не мог отрицать. Я слишком увлекся разглядыванием, что не ускользнуло от самой девушки.
— Ты так меня рассматриваешь. Может мы хоть познакомимся? — съязвила стервочка, пытаясь скрыть дрожь в голосе.
— Скоро познакомимся, поверь мне, — хмыкнул в ответ, медленно приближаясь к постели. 
Пока девчонка метала глазами из стороны в сторону, прикидывая, какова вероятность сбежать. Я тем временем снял капельницу вместе с катетером, сразу унося все в ванную, зафиксировал руку пластырем, чтобы остановить кровь, и медленно стал развязывать ее руку. 
— Забудь, — решил сразу ее разочаровать.
— Что?
— Я говорю, можешь сразу выкинуть из своей головы эту глупую затею. Тебе не удастся сбежать.
— Я ни о чем таком и не думала.
— Вот и хорошо, потому что это заведомо провальная идея. Во-первых, мы сейчас находимся в поселке далеко от Москвы и вокруг нас лес, во-вторых, территория огорожена и охраняется. Со второго этажа ты вряд ли станешь прыгать, а стоит тебе выйти из парадную дверь, тебя скрутят и вернут обратно.
— Вы нарушаете закон, Вы это понимаете? Не знаю, как у Вас, откуда бы Вы не приехали, но в России за похищение можно получить срок? — не теряла надежд воззвать меня к разуму, — Послушайте, я из обеспеченной семьи. Мой отец Вам заплатит сколько скажите…
— Ты решила сменить тактику? — перебил ее. Ее способ договориться со мной, откровенно говоря, веселил меня, — Сначала ты мне тыкала, бросаясь угрозами, но запугать не получилось. Сейчас выкаешь, пытаясь со мной договориться. Быстро же ты переобулась.
— Что ты собираешься сделать со мной?
— А сама как думаешь?
Пока она переваривала полученную информацию, я уже занялся ее второй рукой, так же освобождая от пут. Ее кожа была такой нежной, что на запястьях тут-же проступили следы от веревок.
— Что мне прокапали?
— Не бойся, ничего запрещенного.
— И это, по-твоему, все, что мне нужно знать? — разозлилась она.
— Послушай принцесса. Если бы я хотел твоей смерти, то поверь мне, ты была бы уже мертва. Но ты нужна мне живой, чтобы чуть позже передать сообщение своему любимому папочке. Но то, что я с тобой сделаю, тебе не понравится.