Охотник за чудовищами (СИ)

– Благодарю, друзья, – только и смог сказать Старый. – Чем я могу вам отплатить?
– Мы не возьмём от тебя ничего, – твёрдо ответил шорник, и кузнец, соглашаясь, стукнул молотком по наковальне. – Поверь, ты сделал для нас гораздо больше! Возьми вот ещё в подарок кожушок. Носи, чтобы тебя больше не принимали за чужака.
Кожух легко натягивался на плечи, скрывая, "Лесник" от посторонних глаз и доходя до середины бедра. Он не сковывал движения и точь в точь подходил Старому. Грудь и спину прикрывали металлические пластины, прикреплённые в виде рыбьей чешуи. Никогда ещё сталкер не получал такие усовершенствования даром и от тех, кому был бы рад заплатить.
– Благодарю, – повторил он. Плечи загудели от дружеских шлепков.
День ушёл на освоение самострела. Родомир подогнал ремни так, что оружие, висящее за спиной, легко перемещалось вперёд, в боевое положение. Колчан крепился к ремню, и короткие болты легко извлекались из него. Пяточки каждого были окрашены в свой цвет, указывающий на нужный наконечник. Оставшемуся довольным сталкеру кузнец всучил ещё и небольшой кистень. Шипастый шар на короткой цепи не казался опасным оружием до тех пор, пока не разнёс увесистую колоду в щепки с нескольких ударов.
Ранним утром сталкер собрался и покинул ставшую добрым приютом избу. Возле ворот его встретили Родомир с дочкой и Житеслав. Дана сначала жалась к отцу, тоскливо глядя в сторону, но потом не выдержала и обняла Старого.
– Возвращайся, друже. Возвращайся, если не сможешь найти дорогу домой. А найдёшь – всё равно приходи, мы будем рады! – торжественно сказал кузнец, улыбаясь в густую бороду. – И они будут.
Повинуясь движению его руки, сталкер обернулся. Позади стояло всё городище. Воевода Желан кивнул, прощаясь.
– Я вернусь, – пообещал Старый и посмотрел на Дану. – Жди меня здесь, хорошо?
Девчонка поняла и засмеялась сквозь текущие слёзы. Ворота раскрылись, и сталкер покинул гостеприимные стены. Войдя в лес, он снял рюкзак, откинул клапан вместе с прикреплённым к нему Винторезом. На самом верху, на камуфляжной сети лежала маленькая соломенная куколка. Старый тронул её пальцами, вынул из рюкзака и засунул под кожух, в левый нагрудный карман "Лесника". Ему показалось, что куколка сама прижалась к груди. Подняв рюкзак, сталкер отправился туда, куда вело его чутьё. Удаляющуюся фигуру провожала глазом сидящая на ели ворона. Снявшись с ветки, птица молча полетела вглубь леса.
Глава 3
Старый стоял перед крайне странным домом, такого он в жизни не видел. Вдобавок ко всему это место окружал самый мрачный лес, повидавший многое снайпер-сталкер никогда не ощущал столь сильного желания повернуться и бежать прочь, паля изо всех стволов – в основном, оружейных. Казалось, за каждым деревом притаился враг, это ощущение росло вместе с приближением ночи.
Снайпер привык скрываться в таких дебрях, где самым добрым существом были медведь или ягуар. Сталкер ночевал в развалинах домов, когда вокруг бесновались опаснейшие твари, мутировавшие в совсем уж дьявольские отродья. Тут все эти ощущения сливались в липкий комок дискомфорта. Нехорошее такое чувство, в общем.
Дом вырос перед Старым неожиданно, только что впереди были лишь стволы поросших какой-то пакостью деревьев, и сталкер надеялся, что это обычные мхи или лишайники, а не аналог едкой субстанции, именуемой "паутиной мизгиря". И тут он чуть было не упёрся лбом в дверь. На вид её можно было снести разве что танком. Оглядевшись, Старый задумался над затейливой архитектурой: высоченная стена уходила вверх метров на тридцать, и ни единого выступа не было на ней. Окна ровным рядом шли под самой крышей, шатром накрывающей строение, в них слабо светились огни.
Обойдя эту крепость по периметру, сталкер убедился в полной неприступности домика для наземной атаки и вновь оказался перед дверью. На гулкий стук открылось незаметное снаружи сторожевое оконце, толщина двери оказалась просто колоссальной. В темноте, царившей внутри, кто-то внимательно разглядывал пришельца, сыто порыгивая.
 
– Что надо, путник? – раздался глухой голос. Похоже, ещё и не слишком трезвый.
– Заночевать, – в тон ему ответил Старый и замолк.
Молчал и привратник, обшаривая взглядом лицо и одежду пришельца. Что-то загремело, створка поползла внутрь, открывая неширокую щель. Пожав плечами, Старый шагнул в темноту, тут же вспыхнул свет множества факелов, и дверь вернулась на место. Интересно, зачем жить в таком месте, если опасаешься из дома нос высунуть?
– Располагайся, путник, где понравится, – произнёс здоровый мужик, хмуро глядя из-под косматых бровей. Жилистая ручища поглаживала сучковатую дубинку, покоящуюся за поясом. – Главное – не балуй и за оружие не хватайся, тогда не придётся тебя выгонять.
Услыхав привычные для Зоны условия, сталкер внутренне усмехнулся, кивнул привратнику и взял из его рук факел. Молодой парнишка проводил заностальгировавшего посетителя длинными коридорами вглубь "крепости" и привёл в светлый зал, заставленный столами.
– Садись, – кивнула гостю крупная, подстать привратнику, женщина. Она дождалась, когда пришелец расположится на одной из лавок, и поставила перед ним тарелку с мясом и кружку густого тёмного пива, после чего удалилась в соседнее помещение, откуда несло жаром и запахом готовящейся снеди.
Жестковатое мясо, добытое, как понял сталкер, в окружающем лесу, хорошо легло в почти пустой желудок, а пиво вызвало тёплую волну в районе солнечного сплетения. Старый склонил голову на столешницу и засопел.
Очнулся он в сыром помещении, заполненном чадом от нескольких факелов, обмотанных какими-то тряпками, источающими странный запашок. В бок упирался чужой локоть, убрать который не получилось – руки сталкера были плотно примотаны к телу, ноги тоже спеленали на совесть. Старый подумал и не стал афишировать свой приход в сознание.
– Ещё двое, это очень хорошо! – проговорил женский голос, по которому можно было узнать угостившую гостя снотворным кухарку.
– Вещи их прибери, потом разберём, что там. Скоро наведается Волкаш, расторгуемся!
– Тише ты! Что шумишь?
– Да не бойся, не проснутся. Они очнутся, только когда зверушки в них коготки запустят! То-то поорут всласть!
– Жестокий ты, Молчан! И жадный! Небось, уже прибрал что получше, пока вязал этого, последнего.
– Леший его побери! А ведь забыл! Ну, давай сейчас посмотрим!
Над Старым склонились два силуэта, и мужик заорал, получив пинок связанными ногами. Стена, в которую он врезался, прогнулась и затрещала. Сталкер понадеялся, что трещит не столько она, сколько рёбра мародёра. Одновременно он выгнулся, угощая кухарку ударом головы в лицо. Тут отчётливо хрупнуло и обильно брызнуло тёмной кровью – нос лиходейки был изувечен. Визг резанул по ушам в замкнутом пространстве.
– Убил! Ах ты, ублюдок! Молчан, бей его!
На Старого обрушился град ударов, от которых застонали старые раны. Мужик пару минут тешился, вдоволь выбивая пыль из новенького кожушка. Пластины держали надёжно, кузнец с шорником знали своё дело. Наконец душегуб устал.
– Пошли отсюда, пусть эта падаль помучается! Ничего, скоро мы его скормим тем, кто прячется в лесу!
Парочка убралась из застенка, в темноте зашевелившийся собрат по несчастью убрал локоть.
– И чего ты добился, человече? – спросил незнакомец.
Сталкер пожал плечами, зная, что это движение лежащий рядом почувствует. "Обыскать забыли" – мог бы сказать Старый, но промолчал. Странно было, что и новый кожух не попытались стащить, и ботинки оставили. Видать, боялись, что по ним кто-нибудь ненароком опознает пропавшего знакомца или родича.
 
– Что он там говорил про прячущихся в лесу? – напряжённо проговорил незнакомец. – Не то, чтобы я боялся, но лучше нам с тобой выйти в лес со свободными руками.
– Посмотрим, – буркнул Старый.
– Я Мстиша, – представился лежащий рядом человек.
– Здорово, Мстиша. Прости, что не жму тебе руку.