Охотник за чудовищами (СИ)

Накатанная дорога петляла среди засеянных полей, колоски будто кивали, здороваясь с идущими мимо людьми. Справа оставались аккуратные домишки небольшой деревни, лежащей между озером и полями. Старый вдруг выплюнул соломинку и остановился, вертя головой. Парень прислушался к ощущениям, но не нашёл привычной мрачной искорки полужизни пущенных за ними вдогон птиц. Он вопросительно поглядел на сталкера, повернувшегося к полю слева от них. Скоро оттуда раздались крики и громкий плач.
Старый вздохнул и махнул рукой, призывая следовать за ним. Через пару десятков шагов охотники наткнулись на гурьбу ребятишек, вынырнувших из ржи, дети уставились на пришельцев, а потом развернулись и с криками помчались туда, откуда слышался плач. Навстречу им уже спешили взрослые.
– Спокойно, работают охотники на чудовищ! – выдал Старый, поднимая в знак мирных намерений ладони.
Ощетинившиеся цепами и серпами люди замерли и вдруг попадали на колени.
– Помоги, батюшка! Не оставь без заступы! – заголосили бабы. Мужики молчали, разглядывая что-то на земле.
– Начинается, – вполголоса пробурчал сталкер. – Ну, что стряслось-то, люди добрые?
– Прежде скажи, не ты ли тот самый Старый, что путешествует по земле в компанстве с молодым помощником и девой-воительницей и защищает простой люд от лютых ворогов? – осведомился пожилой крестьянин, приложив руку козырьком и глядя слезящимися голубыми глазами.
– Однако, шустро молва летит. Только-только ты к нам присоединилась, а уже на тебе – часть отряда. Снова Волос постарался, – хмыкнул сталкер и повысил голос. – Я, добрый люди, как есть тот самый Старый. Видят Боги, ей-ей не вру! Зуб даю.
– Чей зуб? – не понял старик.
– Ладно, говори уже, что тут произошло?
– Беда по твоей части, охотник, – вежливо и торжественно ответил крестьянин. – Полуденница, будь она проклята, дитё умыкнула.
При этих словах молодуха, стоящая на коленях и опирающаяся на придерживающую её женщину, зарыдала, уткнувшись в ладони. Старый повернулся к напарникам.
– Что за полуденница? – вполголоса поинтересовался он.
Мстиша вскинулся ответить, но его остановил ровный голос девицы.
– Опасная тварь, особенно когда не одна. Является в жаркий полдень, выныривает из колосьев и ну виться с песнями. Заманивает ребёнка, оставленного играть, пока мать с отцом на жнивье трудятся.
– Понятно. Не для развлечения, вестимо?
– Ты прав. Для пропитания.
– Бывает, целый выводок является. хороводы водят, поют, зовут крестьян к себе. Из их круга никто ещё не вернулся. Но чаще по одной промышляют, – добавил Мстиша.
– Наши клиенты, в общем, – отозвался сталкер и повернулся к крестьянам. – Где вы её видели?
– Саму не разглядели, – ответил старик. – Краса вдруг встала, серп бросила и бежать, мы тут и смекнули, что дело не чисто. За ней кинулись, насилу догнали. Глядим, а среди поля будто ветер бежит и рубашонка полощется знакомая. Мелькнула и пропала, как сквозь землю провалилась. Искали, не нашли следов.
Краса вновь заплакала, остальные понуро молчали. Сталкер вдруг понял, что они до сих пор стоят на коленях.
– Встаньте, незачем перед нами так-то, – проворчал он.
Старик глянул из-под бровей, поднялся, за ним потянулись и остальные.
– :Найдём воровку, не сомневайтесь, – посулил Старый, напарники дружно кивнули.
Выгнав с поля хозяев, охотники принялись осматривать место, где пропала девчонка. Колосья разошлись, словно просека, но ни следочка видно не было.
– Как хоть эта зараза выглядит? – поинтересовался сталкер, водя по ровному ряду разделённых стеблей детектором. Машинка то и дело срабатывала, отклоняя стрелку на мониторе.
– Худющая девка в светлом сарафане, длинные белые волосы, – отозвалась Заря.
Ничего больше не найдя, охотники двинули в деревню, там их встретили высыпавшие на околицу жители. Любопытные детишки блестели глазёнками из-под мамкиных подолов, висели на заборах, выглядывали из-за каждого угла. Старый скинул рюкзак, натянул на плечи ткань комбеза, скрыв от совершенно нескромных взглядов молодых женщин обнажённый торс. Он с поклоном перенял из рук старушки кувшин с водой и с удовольствием напился.
 
– Мы тут у вас пару деньков погостим, – объявил он, передавая кувшин напарнице.
Девица пила маленькими глотками, следя за шаловливыми ручонками пострелёнка, тянувшегося к покоящемуся на её мешке мечу. В какой-то миг Заря оторвалась от холодной водицы и гаркнула такой боевой клич, что смело прочь не только детей, но и молодых, кто оказался похлипче.
Показав крепкие белые зубы, девица отдала кувшин Мстише. Повзрослевший за время путешествия парень пригладил пшеничные усы, провёл ладонью по курчавой бороде и с удовольствием приник к горлу кувшина. Вылил остатки на ладонь, умылся и с поклоном вернул посудинку хозяйке.
– В общем, так. За нами не ходить, под ногами не мешаться, – веско проговорил Старый. – Работайте дальше, всех детей в избу, чтобы никого из них на поле не пускать!
Крестьяне внимали со страхом и кивали все разом. Суровые воины внушали им трепет, особенно сам Старый, о нём в народе уже ходили легенды.
– Передохнули бы с дороги, – робко подала голос зрелая женщина. – Жара-то стоит какая, умаялись, поди.
Две пары глаз воззрились на старшего, тот кивнул. Сталкер пока не представлял, с чего начать поиски. К тому же, голод давал о себе знать, в такую погоду хранить обжаренное мясо не рисковали, а питаться подножным кормом было тяжеловато. До ноздрей уже донёсся запах горячего хлеба, и желудок всей душой потянулся к его источнику.
В избе было на удивление прохладно, будто где-то работал кондиционер. Сложенное из толстых брёвен строение не нагревалось в такую жару и наверняка отлично держало тепло в холода. Охотники с облегчением опустились на лавку, вытягивая уставшие ноги.
На столе моментально появилось всё то, к чему привык даже Старый, не часто бывавший летом в благословенной российской деревне. Вздохнув о варёной картошке, сталкер впился зубами в хрустящую горбушку ржаного хлебушка.
Приглашённые за стол напарники молча насыщались, стараясь не торопиться. Хозяева избы деликатно отщипывали кусочки еды, чтобы гости не чувствовали себя неуютно, и не торопились с расспросами.
– Благодарим, люди добрые, за хлеб-соль, – сказал наконец сталкер. Он вытер перешедшую в окладистую бороду поросль и откинулся на лавке, чувствуя, как внутри просыпается сонная одурь. – Расскажите побольше об этой полуденнице.
Хозяин дома скупо обрисовал ситуацию. Выходило, что тощая девка не в первый раз наведывается в эти края. На его памяти уже не первый ребёнок пропал из-за являющейся из ниоткуда страшной гостьи, вот на прошлой неделе девчонка соседская потерялась, уже оплакали. Тяжело было в страду углядеть за непоседливыми детьми, носящимися без присмотра целый день, а если не успеешь до дождей срезать колосья, собрать и укрыть зерно, всё равно что сам себе живот вскроешь – не выжить нипочём, голод убьёт.
Сталкер никогда не задумывался, откуда берётся хлеб. Привык, что можно было пойти в магазин и купить, сколько хочешь, хоть белого, хоть серого, хоть чёрного. Как множество людей в современном мире не догадывается о труде тех, благодаря кому на полках полно еды, только плати.
Даже в Зоне, где зарабатывать приходится иногда ценой жизни, своей или своих друзей, хлеб будто сам собой возникал в лавке торговца, откуда в обмен на хабар перекочёвывал в сталкерские рюкзаки. Старый почувствовал себя бездельником в сравнении с теми, кто сидел сейчас перед ним.
– Ладно, обед закончен. Пора готовиться к охоте, – сказал он.
 
– Не торопись, она вряд ли сегодня явится, – отозвался Мстиша, но старший глянул на него сурово.
– Не важно, явится или нет. Нам нужно найти ребёнка, пока эта тварь не сделала с ним что-то плохое.
– Ты прав, – пристыжено глянул парень. – С чего начнём?
– Будем искать её логово, – подала голос девица. – Если оно в нашем мире, мы его найдём.