Твоя судьба - попаданка или Похищенная драконом (СИ)

Перед нами стояли трое человек, торопливо дожидаясь, когда мэтр фэнтези обратит на них внимание. Я крутила в руках бутылку с минералкой, разглядывая перегруженный предметами писательский стол. Помимо стопки новых одинаковых книг Сударькова под названием «Пропащая душа», здесь также стояли резные разноцветные ароматические свечи на бумажных салфетках в виде лебедей.
Я вдруг ощутила желание сама оказаться за столом на месте писателя и начать раздавать автографы. Интересно, каково это? Вон, пальцы Ивана еле заметно дрожат, значит, волнуется? А что испытывала бы я?
В этот момент произошло нечто из ряда вон выходящее. Одна из свечей вдруг упала на бок, и бумажную салфетку, на которой она стояла, мгновенно охватило пламя. Писатель шарахнулся в сторону от стола, и в тот же миг огонь лизнул его новые книги. Люди, стоявшие передо мной, с воплем кинулись прочь, а я сначала среагировала, а потом подумала. Щёлкнув крышкой своей бутылки минералки, я щедро облила ею стол.
Повалил дым. Но пламя погасло.
Иван подскочил ко мне. Выглядел он шокировано, очки сползли на лоб. Смотрел на меня во все глаза:
— У вас ожог! — ужаснулся он.
Я с удивлением заметила, что он прав. Впервые я не почувствовала боли от огня, а вот след на руке остался.
— Пожалуйста, присядьте на мой стул. Я раздам автографы и отвезу вас в больницу.
Я хотела было отказаться от такого «счастья», но Катя железной хваткой усадила меня на стул и зашипела на ухо:
— Только попробуй отказаться! Сегодня мой день, помни!
Желания спорить с подругой из-за такой ерунды, да ещё при людях, у меня не было. А Ваня, как и обещал, быстро раздал оставшимся читателям автографы. Затем мы поехали в больницу, после этого он пригласил меня на ужин, и… закрутилось.
Теперь у нас с ним всё серьёзно, и кольцо на моём пальце это доказывает… Это дурацкое кольцо, из-за которого я застряла здесь!
Глава 2
Когда стемнело, и звуки сражения стихли, я спустилась с дерева. Первым делом избавилась от душевой шапочки — закопала её в зарослях лопухов. Затем направилась к кустам малины. Несмотря на то, что на небе ярко светила луна, я умудрилась много раз уколоться об острые шипы. Поев ягод, я поняла, что мне этого мало. Значит, придётся рискнуть и отправиться на разведку. Мне нужно найти людей. Возможно, те помогут вернуться домой.
Я не придумала ничего лучше, чем направиться к тому месту, где днем видела драконов. Передвигаться по лесу босиком оказалось болезненно. Я молилась о том, чтобы не напороться на какой-нибудь сучок и не поранить ногу. В голову тут же закрались воспоминания, как в восьмом классе школы мы собрались в поход на берег Финского залива, и, оказавшись там, я сняла обувь, чтобы побегать по пляжу. Это стало моей роковой ошибкой, потому что в стопу мне вонзился острый край разбитой кем-то бутылки. Две недели после этого я хромала.
Здесь, конечно, вряд ли найдутся бутылки, но зато на земле полно сучков и мелких камешков. И, вероятно, водятся змеи. Я тяжело вздохнула. Что бы, интересно, сделали на моём месте Катька или Ваня? Ну, жених терпеливо сносил бы лишения и радовался каждой минуте, проведенной в другом мире, чтобы потом использовать это в романе. А вот Катька… Кричала бы и билась в истерике, распугав живность вокруг на десятки километров.
Немного повеселевшая, я вышла на поляну и в ужасе замерла. На земле лежал человек. Сначала я подумала, что он просто без сознания, но, приглядевшись, увидела стрелу в его шее. Первым порывом было сбежать отсюда подальше. Но тут я подумала, что человек может быть ещё жив. Возможно, ему нужна помощь. И он мне скажет, где поблизости живые люди, чтобы привести их сюда.
Поборов страх и некоторое отвращение, я подошла ближе и опустилась на колени рядом с телом. Коснулась чужого тонкого запястья и тут же разжала пальцы. Рука незнакомца была холодна, как лёд. Заглянув в остекленевшие глаза, я почувствовала, что покрываюсь липким потом. Собрав все силы, я медленно провела ладонью по чужому лицу, заставляя пустые глаза закрыться.
 
Что ж. Этот мёртв. Кстати, он — не человек. Уши, вытянутые как листы остролиста, украшены затейливыми серебряными кафами. Волосы — неестественно-пепельного оттенка. И лицо, слишком красивое и нежное, для мужчины. А от тела в темноте исходит слабый свет.
Эльф. В голове промелькнуло давнее воспоминание. У Леголаса из фильма «Властелин Колец», которого сыграл Орландо Блум, были уши похожей формы. Других отличий эльфа от обычных людей я не заметила. Ну, разве что, разрез глаз — азиатский и уголки глаз чуть-чуть приподняты, а ресницы значительно длиннее и почему-то ярко-синего цвета.
Разглядывать павшего воина оказалось одновременно и увлекательно, и омерзительно. В желудке завязался тугой комок, грозивший вырваться наружу. Я поняла, что могу увидеть и нечто похуже одного-единственного трупа, если буду двигаться в прежнем направлении.
Подавив приступ тошноты, я обыскала убитого. При нём не нашлось ничего, кроме браслета, драгоценные камни которого оказались повреждены. Браслет был надет на руку, над ним пестрела разноцветными символами татуировка.
Я ничем не могла помочь бедняге. А вот он мне, как не парадоксально, вполне мог. Я принялась стаскивать с него одежду — лёгкую, как пёрышко, серебристую жилетку, которая, возможно в нашем мире играла бы роль кольчуги. Затем расстегнула рубашку и стащила её с него. Дошла очередь до штанов и обуви. Нижнее бельё покрывал затейливый узор, но я смущённо не стала засматриваться. Нет уж, обойдусь пока без трусов. Ещё не хватало надевать мужские.
Несмотря на то, что я — худенькая и стройная, вещи оказались мне только-только. Этот эльфийский мужчина был слишком хрупок. В школе парни дразнили меня «плоскодонкой», что вызывало у меня ярость и потоки слез. Но сейчас я порадовалась, что, по моей фигуре трудно определить мой пол. Обувь оказалась на размер больше, а штаны не сползали даже без пояса, поэтому я не стала его забирать.
Я вдруг подумала, что женщине в этом мире опасно гулять в одиночестве. Военное время подразумевает разгул бандитов и насильников. В этой одежде я похожа если не на эльфа, то на юношу. Так почему бы не закрепить это сходство?
Поморщившись в очередной раз, я сделала попытку достать из мёртвого тела стрелу. Её острый металлический наконечник, по лезвию которого скользил лунный свет, мог послужить мне средством самозащиты. А также есть шанс попробовать обрезать им мои волосы.
Перед тем как лишиться волос, я горько вздохнула. Ване так нравились мои кудри цвета золотистой пшеницы. Он с удовольствием пропускал их сквозь пальцы и даже расчёсывал на ночь. Говорил, что чувствует, будто разливает кувшин топлёного молока на свои руки, когда перебирает мои пряди — такие они мягкие и шелковистые.
А теперь я должна сама лишить себя этого богатства. Но выбора не было. Раз уж я решила косить под мальчика. С голосом проблем быть не должно — я в детстве ходила в школу ведущих в молодёжном центре, и там меня научили менять тембр на более низкий. А вот волосы…
В итоге я обрезала их, как смогла. Перед этим, конечно, вытерла лопухом кровь на наконечнике. Обрезав свою гриву, оставила одну длинную прядь, обрамляющую лицо. Вспомнила, что мальчишки с такими причёсками всегда привлекали моё внимание. Пусть эта прядь напоминает мне о доме и моей прежней жизни.
Тело я закопала. Оттащила его к ближайшей яме, засыпала песком, еловой и сосновой хвоёй и ветками. Не могла бросить тело на съедение диким зверям. Тем более, практически обнажённое тело, учитывая, что я забрала одежду эльфа.
 
Я решила больше не следовать в направлении поля битвы. Нет, лучше поброжу по лесу. Может, найду грибы или корнеплоды… В желудке так бурчало, что я поняла, что готова есть даже траву. Жаль, у убитого эльфа не нашлось ничего съедобного…
Какое-то время я неслышно пробиралась сквозь густой кустарник. В одежде и прочной обуви это оказалось куда комфортнее, чем в том, в чём я дефилировала ранее. Миновав канаву, в которую сумела провалиться по самое колено, ещё одну опушку и вволю пропетляв по лесным тропинкам, я вдруг вышла к небольшим скалам. И каково было моё удивление, когда я заметила женский силуэт, крепко привязанный к крупному валуну!