Назад в СССР: Браконьер (СИ)
— А чего сразу прикарманил? — возразил тот. — Взял на сохранение. Вообще-то, все наши мне сбережения оставляют. У меня ведь и сейф имеется.
— Ты прям банкир, — фыркнул я. — Взял на сохранение, без возврата?
— Кто? — не понял завхоз.
— Да так… Не бери в голову. Лучше скажи, отсюда машина в город хоть когда-нибудь ходит?
— Угу. А ты с какой целью интересуешься? — прищурился тот.
— Тьфу! — сплюнул я, посмотрев на него недовольным взглядом. — Ты мне на каждый вопрос будешь вопросом отвечать? Что за глупая привычка?
— Ну, ходит, — недовольно пробурчал завхоз. — Каждый вторник. Я старший машины.
— Даже так? Это очень хорошо. А сегодня у нас что?
— Понедельник. Десятое декабря, пятьдесят шестого года.
— Чудно. Значит, машина завтра в город пойдет?
— Верно, — хитро прищурился Федор. — Хочешь со мной?
— Да. Нужно кое-чего прикупить.
— Ну, давай, — неожиданно легко согласился бородатый. — Завтра к девяти утра подходи. Со мной можешь ехать. Как раз поможешь.
— Отлично. Договорились.
Затем я покинул территорию и отправился обратно в поселок.
Вообще, лагерь браконьеров находился не просто на окраине поселка, а своего рода в неком тупике, скрытым от глаз дубовой рощицей.
Конечно в то, что мне рассказал Уткин, было сложно поверить. Охотники подрабатывали у Снегирева, на браконьерском промысле? У-у, это серьезно. В те годы по всему Союзу шла активная борьба с теми, кто сверх меры покушался на дикого зверя. Ну не верю я, что в поселке не знали о том, чем занимается мужская часть населения. Да, может далеко не вся, но факт оставался фактом.
Раз Карамыша и Авдеенко нет в лагере, значит они в поселке. Они наверняка с трехдневного похода вернулись. Кажется, кое-кто еще не знает, что медведь в гости приходил и натворил дел. А вообще, меня это не касается. Да пусть делают что хотят, если это позволяет людям прокормиться и не сводить концы с концами.
Но вот что касается рассказа Уткина о том, что произошло в походе, то тут я был уверен — на самом деле все было совсем не так. Он скрывает правду, значит, это же очевидно. По мимике было понятно, по поведению. И Федор знает, а если и нет, то точно догадывается. Жаль Вязовскин погиб — осложнил мне задачу.
Вернувшись домой, я застал сарай открытым. Арчи каким-то образом умудрился раскрыть дверь и выбраться наружу. Далеко не ушел, остался во внутреннем дворе. Едва я появился у калитки, как тот с довольным повизгиванием рванул ко мне.
Пришлось снова пустить его в дом.
На этот вечер у меня были серьезные планы — я собирался привести себя в порядок. Помыться, сбрить чертову бороду и усы. Едва я посмотрел на себя в зеркало, сразу определил, что на вид мне около тридцати пяти. Но на самом деле это было не так — максимум двадцать восемь.
Отыскал в погребе огромный деревянный таз, накипятил пару ведер воды в печке — благо можно было с легкостью использовать снег, которого было полно. Полноценной ванны не получилось, но и то неплохо. Смог, наконец, смыть с себя все то соленое дерьмо, что накопилось за прошлые дни и немного расслабиться. Жить можно, хоть и пока непривычно.
Вооружившись «опасной бритвой», очень похожей на «Экстра» 1953 года, я путем проб и ошибок соскоблил со своей морды всю лишнюю растительность. Без порезов само собой не обошлось, но по итогу, я помолодел лет так на десять точно. Осмотрев себя перед зеркалом, казалось, что я совсем даже не урод. Конечно, далеко не парень с обложки глянцевого журнала, но сойдет.
Тело не сказать, чтобы было спортивным, скорее обычным, с небольшим жирком в области живота. Естественно весов не было, но навскидку определил, что во мне килограммов восемьдесят наберется. И росту где под сто восемьдесят с копейками.
Так как после чудесного перерождения самочувствие было превосходным, я решил с этого дня возобновить утренние тренировки, которые делал каждый день, до травмы спины.
Опыта у меня было много, есть что вспомнить из прошлой жизни. Но чтобы его применить, нужно тренировать это тело. И начинать я собирался со следующего утра…
Вместе с Арчи мы доели солянку, благо я приготовил ее не слишком много. Это одно из важных правил, нельзя готовить много еды, если ее негде хранить. Тоже самое касалось мяса и рыбы. Но если их еще можно было заморозить прямо на улице, то вот с обычной едой все обстояло не столь весело.
После еды я отыскал у егеря еще несколько бутылок самодельной наливки ну и не удержался — выпил пару стопок. Она оказалась просто божественной, хотя и немного горчила. Напиваться я. конечно же, не стал. К тому же, я был гостем в доме лесника и борзеть не собирался. Образно говоря, всегда придерживался правила — поступай так, как хочешь, чтобы поступали с тобой. Ну и воспитан я был как надо.
На ночь отправил Арчи спать обратно в сарай. Тот, конечно же, был очень недоволен — в избе тепло, сухо и не скучно. Ничего, пусть привыкает. Он, в конце концов, кто? Правильно, будущий охотничий пес.
Я думал о том, как пройдет ночь? Явится ли чертова медведица снова? Или же егерь все-таки попал в нее и она свалила подальше? В это с трудом верилось — медведь зверь не только умный, но и упрямый.
Еще у меня была мысль, что Матвей Иванович как-то с ней связан. Быть может, он не добивать ее пошел, а наоборот, увести куда-нибудь?
Как бы там ни было, а на ночь я все-таки решил подготовиться. Само собой ни в какие патрули я не собирался. Без егеря толку от этого будет мало. Идти на контакт с группой Гришки Денисова — тоже такое себе. Видно же было, что они молодые, дерзкие, но неопытные. Запала много, а толку-то? Если такие реально на медведицу в темноте наткнуться, там же все и полягут. Причем, друг друга же и перестреляют. Прав был егерь, патрулирование — вот тут от них пользы больше. А все остальное так, пыль в глаза.
Да, я пообещал Тимофею Александровичу разобраться, но пока и сам не знал как. Меня даже не столько сам медведь беспокоил, сколько тот факт, что браконьеры задумали нечто крупно и наверняка противозаконное. Ну и еще хорошо бы понять, каким боком тут замешан сам председатель?
Как только вернется егерь, нужно поговорить с ним на эту тему и выяснить что, черт возьми, тут происходит⁈
Перед сном я закрыл и закрепил на крючки все ставни, проверил дверной засов. На всякий случай зарядил ружье и положил его на пол, рядом с моей кроватью. К слову сказать, спать на сдвинутых лавках, пусть и на матрасе, было не самым удачным решением. Но идти на кровать старика я не собирался.
На удивление, заснул я быстро. Да и ночь прошла без проблем. Лишь под утро я проснулся от жажды и утолив ее, свалился обратно.
Из-за постоянного неудобства того, что в доме отсутствовали часы, я пару раз нырял в ящик егеря и сверялся с лежащими там командирскими часами. Нет, определенно, нужно купить себе часы.
Встал я в семь тридцать утра. Первым делом проверил печь, подкинул новых дров. Вскипятил самовар. А затем отыскал в закромах лесника легкую куртку, шапку-вязанку и какие-то штаны. Оделся и двинул бегом вокруг поселка. Для начала легким бегом, пару кругов. Потом подсчитал, что я пробежал около четырех километров. Попадающиеся на пути люди таращились на меня с искренним удивлением. Зуб даю, никто и никогда в поселке не занимался утренними пробежками. Рядом бежал радостный Арчи, искренне не понимая, куда я бегу и зачем все это надо. Конечно, то и дело отставал, отчего приходилось нарезать круги на месте и ждать, пока этот меховой комок меня догонит.
Конечно, далось мне это нелегко. Но оно и понятно, с непривычки и у олимпийцев результаты хуже. Сравнение, конечно, так себе. Но аналогия понятна.
Позавтракал я яичницей с салом, сварганил чаю. Открыл для себя, что травяной чай с медом и сухарями очень даже неплох. Не забыл поделиться завтраком с Арчи — тот был несказанно рад, когда я выпустил его из сарая. С его-то мехом, холод ему был точно не страшен.
Дрессировать его еще было рано, можно было ограничиться тем, чтобы он постоянно ходил со мной и привыкал быть рядом. А уж если подходить к делу основательно, то хорошо бы найти в Соболевке того, кто поможет натаскать щенка в профессиональном плане. Но опять же, это только через Матвея Ивановича.