Две луны (СИ)

Услышав слово "морг", больше не смогла воспринимать никакую информацию.
Не знаю, через сколько очнулась от едкого запаха, ударившего в нос. Ужас вернулся в ту же секунду, когда я поняла, что телефонный разговор был реальным. Сотовый валялся рядом, а я пыталась сфокусировать взгляд на Клоди, которая, присев передо мной на колени, держала ватку с вонючей жидкостью.
— Что? — в горле пересохло, и я закашлялась. — Что случилось?
— Ты потеряла сознание, — ответила она. — Что случилось, Бэкка? — цепкий взгляд захватил все мое внимание.
— Миссис Делавер, мне нужно срочно уехать, — вскочив на ноги, пошатнулась, но удержалась, поймав равновесие. — Я… мне… мне очень нужно. Я напишу заявление… сейчас… я… мне… надо, — мысли путались, и я толком не могла сформулировать свою мысль. В голове маленькими молоточками долбило:
— Морг… морг… морг… тело… девушки… тело… морг.
На оформление документов на вынужденный отпуск ушло полчаса. Еще столько же ушло на дорогу до дома. Быстро побросала вещи в сумку и выскочила на улицу.
До Ферндейла на машине минут сорок и еще минут сорок на то, чтобы выехать из Балтимора.
Руки мелко подрагивали, и даже радио, по которому сейчас крутили какое-то кантри, не помогало отвлечься.
— Дьявол, — громко выругалась, ударив по рулю, когда поняла, что застряла в очередной пробке.
Даже не помню, сколько прошло времени, прежде чем съехала на трассу, которая вела в небольшой городок.
Я ни разу не была тут, но вид высоких елей, столпившихся вдоль дороги, навевал не спокойствие и умиротворение, а наоборот, страх и панику, словно что-то давило. Словно эта зеленая гуща скрывала что-то необъяснимое. Миссис Делавер сказала бы, что у меня гилофобия, и я бы не стала ее разубеждать. Только сейчас, в двадцать пять лет, я поняла, что лесная чаща действует на меня угнетающе.
Стараясь не рассматривать дождливый туманный пейзаж за окном, давила педаль газа, молясь о том, чтобы тело, которое по словам полиции принадлежало моей родной сестре, оказалось не ее. Так же бывает? Полиция тоже ошибается?
Въехав в город, построенный в викторианском стиле, на улицах которого припаркованы практически одни пикапы, поняла, что даже не представляю, где находится местный морг.
Несмотря на то, что улочки пестрили небольшими двух и трехэтажными домами, город не выглядел живым, таким, как Балтимор. Небольшие башенки со шпилями, мансардные окна или массивные выступы с окнами. На каких-то домах на окнах были ставни. Резные колонны, необычная отделка, все это сразу бросалось в глаза. Как и то, что строения были разноцветными. Взгляд зацепился за то, как вдоль улицы стояли белый, затем красный, а после него зеленый дома. И это повторялось. Город из разноцветной мозаики, который будто сбросили на участок посреди густого леса и припорошили все полупрозрачным туманом.
— Простите? — припарковавшись у магазинчика с книгами, открыла окно и обратилась к женщине, сидевшей у самого входа на обычной деревянной скамье.
Она обратила на меня свое внимание, но не ответила.
— Подскажите, где я могу найти больницу? — произнесла это слово вслух, почувствовав, как в голове вновь начинает гудеть.
— До конца улицы и направо, — махнула она рукой. — И еще раз направо. Увидишь.
— Хорошо, спасибо, — кивнула, подняла стекло и медленно поехала в указанном направлении.
Медучреждение этого странного города вообще сложно было назвать больницей. Одноэтажное ветхое здание, спроектированное по форме квадрат, скорее напоминало ветклинику, а не место, где лечат людей.
Полицейскую машину увидела сразу. Припарковалась неподалеку и вышла, сжав в руке сумочку. Чем ближе я подходила к двери, тем медленнее билось сердце. И когда оказалась на пороге, уже была на грани того, чтобы снова рухнуть в обморок.
— Мисс Эванс?
И я повернула голову на мужской голос.
По всей видимости, это тот полицейский, который мне звонил. Я узнала голос.
— Бобби Форд, начальник полиции Ферндейл. Это я звонил вам, — он протянул руку, а я смогла рассмотреть его получше.
 
На вид ему лет пятьдесят, но судя по многочисленным морщинкам, которые пробороздили его добродушное круглое лицо, ему чуть больше. Крупный, пухловатый мужчина, который сейчас пытался по-отечески приободрить меня легкой улыбкой.
Он поправил кобуру на ремне брюк и положил руку на мое плечо.
— С вами все в порядке?
— Нет, со мной далеко не все в порядке, офицер. Я хочу поскорее покончить с этим и узнать, наконец, действительно ли моя сестра лежит сейчас в вашем морге? — возможно, я была слишком резка, но думаю сейчас не сантиментов.
— Да, конечно, извините, — он повернулся, и крикнул кого-то из работников.
Даже морг не был устроен, как следует. Спускаясь по лестнице, мне казалось, что я не вижу ни ступеней, ни огней ламп на стенах. Мороз пробежал по коже от осознания того, что самый родной человек сейчас, возможно, лежит в этом холодном месте. Пытаясь давить в себе страх, я уверенно и глубоко вздохнула, продолжив спуск, все же понимая, в каком ужасном месте оказалась моя глупая сестра. Если это действительно так, то чувство вины очевидно уже давило. Ведь с каждым шагом дышать становилось все сложнее.
Открыв дверцу холодильной камеры, тот самый врач, которого пригласили, взялся за перекладину и рывком вытянул железную кушетку. Со скрипом и лязгом та поддалась не сразу, а только с третьего раза.
Тело было накрыто белой тканью. В эти секунды я пыталась рассмотреть силуэт, убеждая себя, что это все же не Хейли.
— Готовы? — в пятый раз переспросил врач.
— Да, — кивнула, сильнее сжав замшевую сумку. Сердце остановилось, а я замерла, когда ткань сдернули с головы, открыв тело до груди.
Охнула, накрыв ладонью рот.
Я медик, и на практике мы разбирали и видели многое, но с таким я столкнулась впервые. Лицо девушки было полностью изуродовано, словно дикий зверь разорвал все мягкие ткани своими когтями. Распознать хоть какие-то черты лица было просто невозможно.
— Это не моя сестра, — мотнув головой, отвернулась.
Врач повел себя более, чем профессионально. Сразу же накрыл тело тканью и толкнул кушетку обратно в холодильник, закрыв дверцу.
— Вы уверены? — спросил офицер.
— Абсолютно. У Хейли была татуировка на правом плече, надпись — "свобода, как цель". У этой девушки ее нет. Это не моя сестра.
После того, как мы поднялись наверх и вышли на улицу, я продолжила разговор.
— Офицер, могу ли я забрать телефон своей сестры? — спросила, когда мы остановились у машин.
— К сожалению, мисс Эванс, это улика, и сейчас я не могу вернуть вам его.
— Не понимаю, почему ее гаджет оказался у этой девушки?
— Это нам и предстоит выяснить, — после небольшой паузы он продолжил. — Давайте проедем в участок, и я запишу все контакты на случай, если нужно будет связаться с вами.
— Да, конечно. Показывайте дорогу.
Гилофобия (или хилофобия, илофобия, дендрофобия) — психическое расстройство, вызванное иррациональным страхом перед деревом и лесом. Дословно, это боязнь леса.
  
ГЛАВА 2. БЭККА
 
— Бэкка? Что происходит? Куда ты сорвалась? — я сидела в машине у полицейского участка, где буквально несколько минут назад давала показания и свои контактные данные, когда позвонил Итан.
— Проклятье, — телефон выпал из рук, скатившись к педалям.
Кое-как выковырнув его, смогла выпрямиться.
— О. Черт, — вскрикнула во второй раз, повернувшись к стеклу.
У моей машины стоял самый настоящий бродяга. Он с интересом заглядывал в салон, рассматривая меня, словно экспонат музея. В следующую секунду, что-то весело промычав, он двинулся прочь.
 
— Бэкка? — все еще слышу взволнованный голос Итана.
— Да, прости… я тут, — ответила сухо.
— Куда ты, черт возьми, уехала? — уровень беспокойства за меня, кажется, поднялся до предела. Его голос постоянно обрывался, и мне приходилось прислушиваться, чтобы хоть что-то разобрать.