Тени прошлого (СИ)

— Я просто не хотела тебя беспокоить, — смущённо улыбнулась Василиса. — Это не к спеху, да и стариков смущать не хочется. Хотя я могу всех их усыпить, конечно, или просто глаза отвести.
— Сильно пострадала? — требовательно спросила Мельхиор.
— Мама, точно не стоит это обсуждать, — лицо Василисы застыло восковой маской, а голос снова стал безжизненным. — У них не было выбора, меня нельзя было увести от Тайши за ручку. Только вырвать с мясом. Я была под печатью, и обрушила на них всю мощь своих способностей. Лену я вообще об стену приложила так, что там бетон треснул. Да всем досталось. Прости, Лен, это было ужасно — я прекрасно понимала, что вы хотите меня спасти, всей душой была с вами, а сделать ничего не могла, продолжала бороться.
— Хорошо, я поняла, — кивнула Мельхиор. — Но как Тайша вообще смог тебя пленить?
— Я сглупила... Не знаю, как он вообще понял, кто я такая. А может, выследил и специально втёрся в доверие. Он был свирепым воином, и я наняла его в охрану, когда отправилась в Америку. Конечно, я бы с любой угрозой справилась бы сама...
— Поэтому мы и не беспокоились за тебя, — кивнула Мельхиор.
— Но это был 1800-й, и в те времена девушка, путешествующая в одиночестве, вызвала бы слишком много вопросов. Так что у меня была компаньонка, женщина в возрасте, пара девушек прислуги и четверо охранников.
— Но как ты его не раскусила? Неужели не просканировала разум?
— Просканировала, и не нашла там ничего любопытного. Он был тем, за кого себя выдавал. Воин, наёмник, путешествующий по миру и продающий свои умения. Своё происхождение он скрыл так глубоко, что наверное сам успел забыть.
— И что случилось?
— Мне он понравился, и я приблизила его слишком сильно, — Василиса замялась, взглянув на Лену.
Не это она хотела сказать. Среди драконов близкие отношения с людьми вообще не приветствуются, но использовать кого-то для собственного развлечения постыдным не считается. Просто не обсуждается. Никаких чувств, просто секс. Это для меня Лена много значит, но были и в моей жизни девушки «низкой социальной ответственности». То же касается и драконесс. Забеременеть от своего любовника Василиса не могла, и никто из драконов за такое развлечение её бы не осудил, даже будь она замужем. Примерно как посмотреть порнушку, пока мужа или жены нет дома.
— И однажды проснулась с печатью на груди? — догадался я.
— Да, — опустила Васька голову. — Он заставил меня сжечь тот корабль вместе со всеми пассажирами, чтобы скрыть все следы.
— А сами как добрались? — удивилась Маша. — Отец же не умеет обращаться!
— На мне, — пожала Васька плечами. — Еле долетела тогда, думала сдохну.
— Мы его найдём, — пообещал Вальтасар, положив ладонь на руку дочери, — и заставим пожалеть о содеянном.
— Отец, есть серьёзная проблема с этим, — Василиса нахмурилась и покачала головой. — Понимаешь, он отбирал у меня детей в пять лет. Всех и каждого. Даже тех, кто совсем не воин, применение нашлось каждому. Учил их ненавидеть драконов, ненавидеть меня. Они все — его армия. И они все под печатью, и будут защищать его даже ценой своей жизни. Вообще любой ценой. Но они всё ещё мои дети, понимаешь? Я не хочу, чтобы кто-то из них пострадал.
— Мы найдём способ обойтись без жертв среди них, — согласилась Мельхиор. — Но Тайша остаться в живых не должен. Помимо того, что он сделал с тобой, он просто слишком опасен.
— Я сдам груз и тоже приму участие в поимке, — вызвался я. — К тому же у меня на это прямое задание Наставника. Он считает его своей ошибкой и просил убить.
— Я тоже с вами, — подняла руку Лена. — Хиль говорила, что данная модель доспеха разработана специально против драконов, причём диких драконов Пустошей, правда, я не знаю, кто это.
— Наши предки, — хмыкнула Мельхиор. — Создатель использовал их геном, когда работал над нами. А ещё — это ужас, до сих пор иногда просыпаюсь от этих кошмаров. Там, в Пустошах, мы были далеко не на вершине пищевой цепочки. И да, Хиль эффективна против них.
Мельхиор переглянулась с мужем, и тот поморщился, но кивнул.
 
— Мы не станем распространяться о человеческой девушке, — заговорил он официальным тоном, — обладающей таким манопотоком, что способна питать доспех валькирии. Мы убедились, что ты не опасна, лояльна и настроена на сотрудничество. Но...
— Я знаю, что меня ждёт печать подчинения, — кивнула Лена, — или стирание памяти. Не беспокойтесь, у меня нет на этот счёт иллюзий. Моя жизнь не имеет значения на фоне той угрозы, которую представляет собой Тайша. Его необходимо остановить.
— Наставник в курсе? — спросила Мельхиор.
— Про манопоток — нет, думает, что доспех питается от меня, — признался я.
— Вот и не говори ему, — подмигнула она мне. — Обманывать Наставника — последнее дело, но необязательно рассказывать ему все интимные подробности своей жизни.
— Я понял, спасибо, так и сделаю, — склонил я голову.
— Маша, — обратилась к дочке Василиса, — поменяй, пожалуйста, Энни подгузник? Она уже минут десять вертится, никто не замечает. И неси сюда, ей есть пора.
— Значит, постараемся поймать его малыми силами? — спросил я, когда Маша ушла.
— И так слишком много чести будет, — фыркнула Мельхиор. — Дело, можно сказать, семейное, привлекать посторонних к нему я не хочу.
— Ты ведь не станешь звать военных или спецназ, чтобы пристрелить крысу у себя в подвале? — Валтасар посмотрел мне в глаза.
Ого! Да он сегодня в ударе! Сперва сарказм, теперь метафора! На курсы, наверное, ходит?
— Даже пулю тратить — и то слишком, — скривился я в ответ. — Уе... забил бы лопатой.
— Вот-вот, — согласился Валтасар. — Только медленно. Я знаю одну хорошую китайскую процедуру... Водичкой, вот сюда, — он показал на макушку, — по капельке, в полной темноте...
— Да, хорошая процедура, — согласился я, усмехнувшись, — замечательно прочищает мозги.
Мы замолчали, прекрасно поняв друг друга. В Бездну гуманизм, Тайша будет умирать очень долго.
— Смотрите, что Агата нарисовала, — Маша поднялась на флайбридж с альбомом сестрёнки в руках.
На рисунке грузовая машина, из кузова которой торчала ракета, ехала навстречу схематично изображённому человечку с большой бородой, стоящему возле домика с кактусом.
— Да она постоянно рисует, — улыбнулась Василиса, — но пока в основном каракули.
— Хм... — я развернул альбом к ней. — Что ты здесь видишь?
— Ну, домик на колёсах, вот крыша, — она показала на торчащую из кузова ракету, — мы недавно с ней «Волшебника Изумрудного города читали», так что это, наверное, домик Элли. Вот и кактусы, они как раз в Канзасе растут. А этот бородач — это, наверное, волшебник Гудвин. Что вы так на меня смотрите?
Василиса заметила наши с Леной и Машей взгляды, просто пропитанные иронией.
— Ладно, ещё один вопрос, на засыпку, — я жестом остановил девушек, которые уже хотели что-то сказать. — А как ты думаешь, как мы нашли тебя и детей?
  
Глава 15. Малыши
 
20 дней 05 часов до поединка
— Василиса, ещё один вопрос, на засыпку, — я с иронией посмотрел ей в глаза. — А как ты думаешь, как мы нашли тебя и детей?
— Ну, Маша вам рассказала про хутор, где я жила... — Василиса задумалась. — А как дальше? Польша ведь большая, это всё равно, что искать иголку в стоге сена!
Я молча отлистал альбом Агаты.
— Вот это — наша первая встреча с Машей, она тогда устроила взрыв в тоннеле в Неаполе. Вот я, вот Лена, вот Маша. Это было... неделю назад примерно.
— Она этот рисунок неделю назад и нарисовала, — Василиса потрясённо разглядывала альбом дочери, — ещё мне показала, сказала, чтобы я нашла для неё красный сарафан, и с тех пор ходила только в нём...
Мельхиор с Валтасаром растерянно переглянулись.
— Вот здесь — наша первая попытка поймать Машу, — я показал страницу, где маленькая художница изобразила Машу в банке, — жестокая и неудачная. А вот здесь, — следующий рисунок, с кораблём, — уже удачная. Наше знакомство с Мист, — сцена в машиной башне памяти, — а вот это особая картинка.