Строптивая невеста магистра (СИ)

Это оказалась бутылка с коричневой прозрачной жидкостью.
— Зачем тебе виски? — насторожилась я. Не хотелось бы иметь в соседках пьяницу и нюхать по утрам перегар.
— Поспорила на нее с близнецами, — успокоила Марселина. — Пошли, будет весело, — стала зазывать она.
Конечно, я и с места не сдвинулась. Меня не так-то просто заставить делать то, чего я не хочу. Происки жениха не в счет!
— Что за спор?
— Считай, что это посвящение.
— Но мы еще не поступили.
— Это вопрос времени, — отмахнулась Марсеилина. — Близнецы сказали, что я не смогу проникнуть в зал Основателей. А я поставила отцовский виски на то, что сделаю это до полуночи. У меня полчаса, так что, если ты со мной, лучше поторопись.
Я совершенно не понимала, почему должна участвовать в подобной авантюре. Но любопытство было сильнее меня.
Все-таки направилась к шкафу, но переодеваться не спешила.
— А что за основатели?
— Ты что, не знаешь? — удивилась соседка и тут же сама ответила на свой вопрос. — А, точно, ты же не была еще на экскурсии. Основатели — это представители сильнейших магических семей, которые четыре века назад создали эту академию. Сейчас в зале, названном в их честь, хранятся древние семейные гримуары. Зал надежно защищен, можно только через дверной проем попытаться туда проникнуть, там защитная завеса слабее всего.
— И ты хочешь нарушить правила академии и проникнуть туда? — уточнила я.
— Именно. Кстати, формально правилами это не запрещено. Наверное, рассчитано, что никто не сможет обойти защитные чары.
— Но зачем?
— Ну… — соседка замялась, отвела взгляд и посмотрела на черную этикетку виски в руках, будто там мог быть написан ответ. — Кому не хочется прикоснуться к древним семейным тайнам?
Мне, например. Но я воздержалась от уточнений.
— Ты хочешь вылететь из академии, не успев поступить?
— Поверь, за такую ерунду не отчисляют. Максиму нам может грозить отработка. Но мы еще не зачислены, так что нам ничего не сделают.
— Сомнительный аргумент. Не могу понять, причем здесь я?
— Хотя бы для моральной поддержки, если думаешь, что ничем не можешь помочь.
Удивительно, Марселина не обиделась, хотя я полагала, что аристократка капризно надуется, услышав отказ.
Но все же тонкий, неприятный для меня намек в ее словах я уловила. Девушка считала, что я воспринимала себя недостаточно сильным магом и поэтому боялась участвовать в такой проделке.
Кое-кто сильно заблуждался на мой счет. Особенно, когда речь шла о защитных чарах.
В пансионе Одаренных девиц не уделяли должного внимания практике. Но я кое-чему научилась самостоятельно. Так что ее слова прозвучали для моего эго как вызов, которому я была не в силах противиться.
— Хорошо, только скажи, что тебе обещали близнецы, если ты проникнешь в зал Основателей?
— На самом деле ничего. Я хочу заглянуть в один из гримуаров. Если не выйдет, отдам им виски, и они попробуют снять защиту сами, чтобы я смогла сделать это.
Удивительная тяга к знаниям. Или тут крылось что-то еще, о чем леди Залман не хотела говорить. Но я не собиралась лезть в душу, сон уже прошел, и во мне проснулся дух авантюризма.
К тому же, если меня выгонят из академии, я точно не стану плакать, оказавшись подальше от жениха.
Пусть у меня не было большого желания знакомиться с наследием, мотивов, чтобы взглянуть на древние гримуары магических семей, у меня было не меньше, чем у Марси.
— Я помогу тебе, — пообещала я аристократке. — Только я тоже хочу посмотреть одну из книг.
Девушка просияла.
— Я знала, что мы подружимся!
Заявление оказалось полной неожиданностью. А уж крепкие объятия и вовсе вызвали неловкий ступор.
Рановато делать такие выводы в первый день знакомства. Но я поймала себя на мысли, что хочу, чтобы это оказалось правдой.
Тратить много времени на сборы не пришлось. Так что буквально через пять минут мы вышли на улицу.
К моему удивлению, в Королевской академии существовала ночная жизнь. Или во всяком случае так было, пока не начались занятия.
На улице не было пустынно. А уж в парке, раскинувшемся вокруг академии, и вовсе было весьма оживленно.
 
В академию прибыли не только поступающие, но и те, кто уже учился. Некоторые сбивались в компании и, не скрываясь, веселились, распивая крепкие напитки. Кто-то разместился на траве с учебниками и практиковал магию, видимо, готовился к экзамену.
Кругом сновали магические светляки.
— Здесь всегда так оживленно? — не удержалась я. Уж слишком сильно атмосфера отличалась от той, к которой я привыкла.
— Поверь, когда начнутся занятия, ты тут никого не увидишь в такое время, — пояснил Клайф.
— Как мы будем проникать в защищенный зал, когда тут столько народа? — вот что меня больше всего беспокоило.
Если честно, сама вылазка и возможное нарушение правил меня не пугали. Если быть еще откровенней, мне приходилось нарушать правила подобным образом и не раз. Но одно дело — пансион для Одаренных девиц в одной из самых отдаленных провинций королевства. Неуклюжие наставницы и строгие правила почти как в монастыре. И другое дело — Королевская академия магии в самой столице, элитное заведение с лучшими магами-преподавателями и цветом аристократии среди адептов.
— В самом замке такого безобразия нет…
Внутри и правда оказалось тихо, так что близнецы сразу заткнулись. Только от каблуков Марселины разносилось звонкое эхо. Не зря я предпочитала квадратный устойчивый каблук. Так куда меньше шума.
В богатых домах мне почти не доводилось бывать. Наш с отцом дом я мало помнила, и, если мне не изменяла память, он был скромным, но уютным. После его смерти дом пришлось продать, чтобы расплатиться с кредиторами и не оставить меня совсем с пустыми карманами. Небольшое поместье дяди было старым, но отнюдь не являлось образчиком архитектурных шедевров. Да и жила я там лишь во время летних каникул. А пансион отличался весьма аскетичным убранством.
И совсем иначе все было в Королевской академии. Сразу видно, что этот замок был построен аристократами. Мы прошли через длинную анфиладу, свернули в одну из боковых дверей. Тускло освещенный коридор оказался просторной галереей с позолоченной лепниной на стенах и потолке. Кругом висели тысячи портретов. Я не смогла отказать себе в удовольствии полюбоваться ими.
— Мы уже почти пришли, — поведал один из близнецов, и ребята замедлились. А у меня появилась возможность поближе рассмотреть важных магических деятелей.
Все сплошь представители сильнейших родов. В одном седовласом мужчине с благородным носом я узнала знаменитого архимага конца прошлого столетия, создавшего портативный артефакт для телепортации. Оказывается, он тоже учился в этой академии, если верить информации под портретом. Рядом были другие представители знаменитой фамилии, не такие известные, но все они учились в КАМ.
Дальше шли портреты других адептов из сильнейших магических семейств. А возле одного из них я застыла и не смогла двинуться дальше.
Молодая женщина была обладательницей вьющихся рыжих волос. Высокая прическа, как было модно лет двадцать назад, придавала ее лицу красивую форму сердца.
Она была красивой, как я себе и представляла. Но на лице были веснушки, а не как мне виделось во сне.
Точность портрета и того образа, что создало мое подсознание, поражала. А ведь я лишь однажды видела мамин портрет, нарисованный углем. Твердыми и небрежными линиями рисунок набросал мой отец. Оказывается, он был неплохим художником.
Как и под всеми портретами здесь имелась табличка с кратким описанием.
Увы, гордиться мне было нечем.
«Эмилин Атталь, последняя из рода, направление магии: защитные и охранные чары».
Род Атталь — некогда одно из величайших семейств. Закончил свое существование после участия в заговоре и восстании на стороне Морского королевства против Архаима. Никому из последних представителей семейства спастись не удалось.