Танцуй бабочка, танцуи (ЛП)
Она вскидывает бровь и делает вид, что обмахивается веером, спрашивая:
— В самом лучшем смысле?
Встречаю ее взгляд и киваю.
— В самом лучшем смысле.
Другие покупатели подходят ближе, поэтому мы переходим в другую часть магазина и собираем еще несколько вещей, прежде чем направиться в раздевалку. Разбираю кучу и закатываю глаза на Стеллу, когда беру в руки розово-белую клетчатую юбку школьницы, которая едва прикрывает мою попу.
— Что? Это для бабочки! Я знаю, что у тебя есть несколько нарядов в шкафчике на работе, но тебе нужно больше, на замену того, что ты потеряла из-за пожара. Если только…
— Если только, что?
Она пожимает плечами.
— Если только ты не готова снять маску и объединить обе свои личности. Все в порядке, если ты хочешь прекратить танцевать, детка.
Не свожу глаз с юбки и хмурюсь. Это то, чего я хочу? Каждый день, проведенный с ними, каждое прикосновение, каждый поцелуй приносят мне больше уверенности и заставляют маску, которую я ношу, сползать все больше. Знаю, что в конце концов мне придется им все рассказать, но пока я не уверена, что доверяю им настолько, чтобы сделать это. Мне повезло со Стеллой. Ее никогда не волновала моя фамилия или состояние банковского счета, и она всегда поддерживала меня с бабочкой. Но я не понаслышке знаю, как люди могут смотреть на меня по-другому, когда узнают, кто я такая.
Зеленые глаза, наполненные желанием, мелькают в моей голове. Я знаю, что у меня никогда не будет Эша, но в течение двух лет он искал меня и смотрел на меня так, словно я была желанной, словно я чего-то стоила, когда мне казалось, что никто больше не видит меня. Его взгляд — это зависимость, от которой я не готова отказаться. Нет, я еще не готова отказаться от "Бабочки".
— Ты можешь отнести все наряды Бабочки в клуб для меня и положить их в мой шкафчик? Не думаю, что мне стоит держать их в доме, их могут найти.
Она со вздохом берет у меня юбку.
— Ты уверена? Ты знаешь, что у меня есть стопка претендентов, которые ждут, чтобы заполнить твою клетку. Можно снять маску, Сави.
Одариваю ее натянутой улыбкой и тянусь к стопке одежды, чтобы отнести ее в раздевалку.
— Может быть, скоро, но… еще не совсем готова.
Задний борт внедорожника, который я наняла на день, загружен огромным количеством пакетов с покупками, когда водитель подъезжает к моему любимому магазину, и огромная ухмылка наполняет мое лицо, пока Стелла стонет.
— Клянусь, ты единственный миллиардер, который делает покупки в Target. Ты такая чудачка!
Игриво ударяю ее локтем по ребрам.
— Язык! Ты знаешь, что мне не нравится, когда ты используешь слово на букву "М". И что не так с Target? Это всегда было таким удовольствием, когда Марта приводила меня туда в детстве. Там так много… всякой всячины…
Стелла закатывает на меня глаза.
— Ты имеешь в виду так много флиса.
Бросаю на нее суровый взгляд, когда двери открываются перед нами.
— Не осуждай меня! Я люблю уютную, пушистую одежду для отдыха, а в этом магазине самые лучшие вещи. Мне также нужно купить сковородки и принадлежности для выпечки. Джуд обещал сделать со мной грязные вещи, если я снова начну печь для него.
Это заставляет ее рассмеяться.
— Ну, тогда нам лучше взять две тележки, если на кону стоят грязные сексуальные обещания.
Полностью соглашаюсь и в кои-то веки даже не обращаю внимания на глубокий румянец, расплывающийся по моему лицу.
По дороге домой оставляю Стеллу у ее дома с ее сумками и моей рабочей одеждой. Я не готова к тому, что она познакомится с новыми мужчинами в моей жизни, хотя она знакома с ними уже два года, которые они ходили в клуб. Когда водитель подъезжает к дому, я с облегчением вижу, что все машины уехали с подъездной дорожки. Сегодня понедельник, поэтому все они должны быть либо на занятиях, либо на тренировке. Сегодня я пропустила занятия и попросила подменить меня в библиотеке, ради покупок в магазине. Когда водитель открывает багажник, мои нервы напрягаются от того, сколько всего я купила. Знаю, они предоставили мне комнату для проживания, но это количество очень похоже на официальный переезд, и я представляю себе гнев на лице Ашера, если он подумает, что я пытаюсь извернуться, чтобы остаться здесь навсегда.
Качаю головой и хватаю сумки, доставая ключ, который Тейт вернул мне сегодня утром. Это не навсегда. Мне нужно всего пару недель, чтобы найти новое место, а потом все эти вещи переедут со мной. Мы с водителем заносим все вещи в мою пустую комнату, я даю ему чаевые и благодарю за помощь. Это был долгий день покупок, но я все равно сразу же погружаюсь в дела, желая устроиться в собственном пространстве, чтобы завтра вернуться к своей обычной рутине занятий и работы.
Разрываю упаковки купленных комплектов постельного белья и срываю бирки с полотенец, а затем несу их и большую часть кухонных принадлежностей вниз, чтобы сложить их и включить стирку, а затем мчусь наверх, чтобы начать распаковывать все остальное. Через несколько часов моя кровать застелена свежими простынями и завалена подушками, а большая часть одежды уже развешана или убрана в пластиковые органайзеры, которые я купила.
Сижу на полу в новых, только что выстиранных штанах для сна, на которых нарисованы дремлющие мультяшные ленивцы, и бормочу множество злостных проклятий, в окруженнии деревянных реек, металлических скоб и множества странных винтов и дюбелей, пытаясь разобраться в инструкции по сборке дешевого студенческого стола, купленного в Target. Можно подумать, что это модель атомной электростанции, сделанная инженером-садистом, настолько сложными они сделали инструкции. Изображение счастливой женщины на коробке, стоящей рядом с готовой партой, дразнит меня, утверждая, что я могу собрать эту вещь без каких-либо инструментов, кроме шестигранного ключа, входящего в комплект, но я уже думаю, что пила и отбойный молоток пригодились бы, когда глубокий голос заставляет меня практически подпрыгнуть.
— Какого черта ты делаешь?
АШЕР
Как только я вхожу в дом после занятий, я знаю, что она здесь. В доме уже пахнет по-другому. Чувствую запах ванили с персиковым оттенком. Стою в прихожей, вдыхая его несколько мгновений, а потом хмурюсь, когда понимаю, что делаю. Поверьте, я вообще не знаю, что, черт возьми, делаю. Эта девушка впилась мне в душу до такой степени, что она была первой, о ком я подумал, открыв глаза сегодня утром.
Не могу перестать видеть ее лицо, ее глаза, ее отказ от борьбы той ночью, когда у нее случился анафилактический шок. Сожаление, которое я увидел, когда она провела по моим губам своими холодными пальцами, преследует меня. Я хочу знать, о чем она сожалеет и почему мне кажется, что это было связано со мной. Я не знаю ее, а она, блядь, не знает меня, так о чем она может сожалеть? Черт, мне нужно выкинуть это дерьмо из головы.
Швыряю сумку на стойку в кухне и замечаю, что раковина заполнена посудой для выпечки, отчего мой хмурый взгляд становится еще глубже. Я даже не могу, блять, пожаловаться. Я был полностью согласен, чтобы она осталась с нами, когда мы узнали, что ее квартира взорвалась. Но что еще мне оставалось? Эта цыпочка чуть не умерла, черт возьми, и она была практически без сознания на заднем сиденье, когда мы узнали. Я же не мог сказать "нет" и бросить ее в отеле. Запускаю руку в волосы и злобно дергаю за черные пряди.
Мне нужно пойти в "Маску" и на несколько часов отдаться "Бабочке". В моей голове есть только одна девушка, которой разрешено там жить, и это не книжный червь наверху в моем доме. Я даже не видел Бабочку в эти выходные, так как мы с Бекком были няньками, пока Тейт и Джуд были на выездной игре.
— Ублюдочный кусок дерьма!
Слабо, но я уловил бессвязное ругательство в ее сладком… черт… ее голосе, доносящемся сверху. Еще несколько ругательств долетают до меня, и я не могу побороть глупую ухмылку, которая появляется на моем лице. Сави обычно такая сдержанная, почти закрытая, поэтому, услышав, как она ругается и проклинает кого-то или что-то, я направляюсь к лестнице, чтобы посмотреть, что ее так взбесило. Хмурюсь, поднимаясь по ступенькам. В те первые несколько раз, когда она была здесь, я был единственным, кто раздражал ее, но потом, в ночь метели, в ней что-то изменилось, и она перестала бояться или пугаться меня, и я увидел, как она немного выпустила когти. Эта девушка так чертовски многослойна, и это бесит меня до предела, я хочу содрать каждый слой, чтобы увидеть, что она скрывает под ними.