Слеза дождя (СИ)

— Ферра—колза—дирн! — словно автомат, выкрикнула Валя.
После этого короткого заклинания, произошло что—то непонятное. Из ее ладони словно отделился теплый шарик и полетел в неизвестном направлении. Волки, уже почти ликующие от радости добычи, неожиданно присели на задние лапы, заскулили и, поджав хвосты как дворняги, завидя дворника с метлой, сиганули в лес. Мужчина обессилено опустился на колени и, сквозь челку спутавшихся волос, посмотрел на своего неожиданного спасителя. Точнее спасительницу. С минуту он недоуменно смотрел на девушку, а потом мозг воспроизвел напоминание о постигшем его горе и он кинулся к мальчику.
— Олик! Олик! — начал причитать он, осторожно снимая бездыханное тело с куска острого дерева. — Очнись, мальчик мой! — огромный сильный мужик, сжимая бездыханного мальчика, неожиданно разрыдался.
— Тебе нужно его спасти. — проговорил Тихон, снова выводя Валю из ступора.
— Я это тоже могу? — перевела она затуманенный слезами взор на Тихона. — Я могу воскрешать мертвецов? — она сглотнула.
— Нет. Я только что осмотрел его. Парень жив. Эта палка прошла, минуя жизненно важные органы. Но он потерял много крови, а этот, — он кивнул на мужика, — сейчас вытрясет из него все остатки. Нужно остановить кровотечение и зарубцевать раны.
— Я смогу? — все еще сомневалась ведьмочка.
— Да. Подойди к мальчишке, положи ему на рану ладонь, а потом представь, как вдыхаешь в него жизнь. Вроде как надуваешь воздушный шарик.
Валя на секунду зажмурила глаза, глубоко вздохнула, и решительно направилась к рыдающему мужику. Чтобы не растерять всю свою напускную смелость, она резко села на корточки возле раненного паренька.
— Вы позволите? — проговорила она, буквально выдирая у опешившего мужчины ребенка.
Не давая времени очухаться ни мужику, не себе, она уложила мальчика на траву и, превозмогая тошноту от вида крови, положила ладонь на его рану, старательно зажмурив глаза и представляя нечто туманное, впитывающееся в грудь «пациента». Сколько это продолжалось, Валентина не имела ни малейшего понятия, просто она вдруг почувствовала слабость и буквально рухнула спиной на ствол дерева, стоящего позади. Вздох, выдох, вздох, выдох. Немного восстановив силы, новоявленная ведьма раскрыла глаза. Деревенский мужик припал ухом к груди мальца, внимательно вслушиваясь в ритм его сердца.
— Он жив. — через минуту проговорил он и выпрямился.
— Он был жив. — слабым голосом подтвердила девушка. — Я просто остановила кровотечение, чтобы этот факт оставался фактом как можно дольше.
Мужик некоторое время помолчал, рассматривая спасительницу.
— Ты ведьма? — спросил он. Хотя сложно было сказать, спросил ли он, или утверждал, одно было точно — он относился с опаской к этому слову.
— Да. А что?
— Но ведь ведьмы они… — он не договорил, буквально подавившись окончанием фразы, взглянув на мальчика.
— Злые? — вскинула брови Валя. — А люди добрые? — улыбнулась она. — У всех есть право выбора. Кто—то становится злым, кто—то добрым. Кто—то убивает на дорогах, а кто—то помогает попавшим в беду. Разве не так? — девушка пожала плечами, понимая, что сил у нее сейчас не хватит даже на то, чтобы встать. Надо бы расспросить у Тихона, что с ней такого. Но не сейчас. — Все одинаковы! — продолжила она. У нее появилось какое-то иррациональное желание рассуждать о добре и зле. — Что вообще есть ведьма? Женщина, которая, обладая тем же, что есть у всех, но умеющая управлять этим. — мужик нахмурился, пытаясь вникнуть в смысл сказанного. — Вот хотя бы на этом примере. — она кивнула на мальчика. — Энергия есть у всех, а вот умение ей управлять, чтобы поделиться с умирающим мальчиком и помочь его организму справиться с ранением, могут единицы. Я не права?
Головокружение и тошнота волнами подкатывали к голове и горлу. Пришлось снова закрыть глаза.
— Вед… Госпожа ведьма, вам плохо? — словно через пелену послышался голос.
— Мне? Никак… — ответила Валя и потеряла сознание.
Очнулась она через неопределенное время, когда горизонт подернулся первыми тенями, предвещая скорый вечер. Приподняв немного голову с чего—то мягкого она осмотрелась. Прямо рядом с ней полулежал, положив лапу под голову, ее приятель Тихон, а чуть поодаль, вполоборота сидел давешний мужик и внимательно вглядывался в удлиняющиеся тени от деревьев, охраняя покой подопечных.
 
— Предвосхищая твои вопросы, скажу: ты полностью восполнила энергию мальчишки, которая почти вышла у него с кровью. — проговорил тишник. — Благодаря этому организм пацана справился с вмешательством и теперь примется планомерно заживлять раны. — и снова опережая вопрос, уже почти сорвавшийся с ее губ, он кивнул. — Да, ты и это можешь.
— Тихон, я давно здесь валяюсь? — тихим голосом спросила она у друга.
— Да нет, всего пару часов. — откликнулся мужик. — И меня зовут Арник.
— Я обращалась… — начала было оправдываться госпожа ведьма, но была остановлена.
— Он меня не видит. — просто сказал Тихон. — Я виден только для тебя.
— И не слышит? — нахмурилась Валя.
— Нет.
— Кто, что не слышит. — не понял мужик.
— Я говорю, как мальчик?
— Благодаря вам, уже лучше. По—моему он спит. Вы уж извините, что я так к вам отнесся…
— Ничего, предрассудки берут свое.
— Да нет, я про то, что в хату не отнес. Просто мне двоих вас не унести, а оставить на время кого—то… Вдруг волки вернуться?
— Все правильно. — кивнула Валя и поднялась.
Просканировав свои ощущения, она пришла к выводу, что желеобразные ощущения пропали. Сейчас она чувствовала себя прекрасно. Правда есть хотелось…
— Может, мы пойдем в деревню? — предложил Арник. — Стемнеет уже скоро. Вы же не откажите?
— Нет. Вообще—то я и шла туда. Хотелось где—то остановиться. У вас в деревне случайно нет свободного дома?
— Есть! Как раз год назад дед Дерек отбыл в мир иной и его дом так и остался без хозяина. А я уж замолвлю за вас словечко перед старостой.
— Спасибо. Может, тогда и правда пойдем?
Представшая перед путниками деревня действительно была небольшая — дворов восемнадцать—двадцать. Народа на улицах почти не было, лишь пара человек, спешащих от одного дома к другому. Вероятно, наступила та самая пора, когда работники закончили свой трудовой день и потянулись домой, где их ожидал ужин, заботливо приготовленный женщинами.
Арник с сыном на руках прошел в одну из изб. Валя решительно отказалась от предложения пойти с ним, оставшись на улице и не прогадала. Стоило мужику войти в дом, как оттуда почти сразу раздался женский вопль и сдержанные рыдания. А через несколько минут мужик вернулся с причитающей женщиной, которая чуть не в ноги Вале падала, всё повторяя слова благодарности. Родители мальчика, не мешкая, направились к старосте и, заручившись его поддержкой, отвели госпожу ведьму в пустующий дом. Дом, к слову говоря, как и сказал тишник, стоял на самом краю деревни, на пригорке в метрах трехсот от речки. Избенка была небольшая, довольно старая, но еще добротная. Покосившаяся изгородь и заросший огородик дополняли картину. Пообещав непременно помочь с приборкой и ремонтом, Арник с женой поспешили домой. На улице стремительно темнело, на деревеньку темным покрывалом падала ночь.
Валя закончила косметическую приборку, достала из, так кстати прихваченного с собой, рюкзака спальный мешок и с чувством глубоко удовлетворения разлеглась на широкой лавке. На ее ногах тут же появился, пропавший на некоторое время тишник.
— Как устроилась? — осведомился он.
— Хорошооо. — зевнула девушка. — Только свечка чадит — жуть. Я вот что подумала, а я умею световые шарики создавать? Я про них в книгах читала. Зачарованный огонь, что ли?
— Можешь. — кивнул лохматый друг. — Только пока тебе не стоит этого делать.
— Почемууу? — спать страсть как хотелось.
— Потому что люди деревни должны к тебе привыкнуть. Не нужно их раньше времени пугать всякими штучками. Да и умения у тебя пока нет для этого.