Слеза дождя (СИ)
— Ты помочь не хочешь? — зло спросил он. — Или ты только горланить горазда?
— Я бы рада, да… Практики у меня не было. И…
— Вот и практикуйся, если жить хочешь!
— Какие все нервные. — фыркнула Виль.
Колдун же поднял стул, отошел с ним в сторону, сел и, демонстративно поправив воротник рубашки, сцепил руки на груди. Мужики в зале поднявшись с пола, посмотрели на колдуна, потом на ведьму и, правильно расценив новое предложение, решили отыграться на рыжей. Два мощных тела медленно, словно растягивая удовольствие, начали двигаться в ее сторону. Виль сглотнула. Попытка создать энергетический шар, снова провалилась. Удар воздушной волной тоже не захотел проявляться. Ведьма судорожно начала припоминать что—нибудь из тетради, но как назло в голову лезли только заклинания «вдохнуть силу». Ничего другого не оставалось, как просто пятиться, надеясь, что решение придет само собой.
Зал был большой, но и он скоро должен был кончится, а два здоровых мужика были почти рядом. Ведьма от бессилия завела глаза к потолку, словно могла увидеть там своего ангела—хранителя и высказать ему обиду, но увидела толстые балки, перекрывающие довольно высокий потолок. На лице заиграла усмешка. Она определила ориентир и легко взмыла в воздух. Ухватившись за одну из балок, подтянулась и удобно устроилась, очаровательно улыбнувшись всему мужскому составу внизу.
— Ну что, гориллы, съели! Думали взять нас тепленькими? Ан нет, мы уже остыли, а микроволновки тут нет. Так что, не парьтесь, пацаны, сделайте себе харакири и спокойно кандыбайте в небесную обитель. Хотя нет, кандыбать вам придется к центру земли, то есть к ядру планеты. И брататься вы будете уже с Вельзевулом. Зато мерзнуть не будете! — Вилентина от души расхохоталась.
Ее смех в купе с винными парами, вышел немного неестественным, каким—то режущим слух. Два громилы внизу переглянулись.
— Что она сказала? Откуда она прибыла?
— Прибыла? Сказали же, что она ненормальная! — они повернулись к колдуну. — Она чокнутая?
— Я предупреждал. — развел руками тот. — Пока она спокойная, но скоро начнет на людей кидаться и кровь пить.
Вилью слова колдуна рассмешили и она захохотала во весь голос. Смех эхом отразился от ниши в потолке и разнесся по дому.
— Говорил мне отец, что так смерть приходит, да я только над ним смеялся. — проговорил тот, что был выше ростом. — Не зря мне вчера плохой сон снился.
Вилентина слушала разговоры и хохотала еще сильнее. Ее живот уже надрывался от смеха и она, пытаясь схватится за него, по неосторожности отпустила руку с балки, не удержалась и свалилась в низ. Сработали инстинкты ведьмы, и падение прошло по касательной — прямо на голову бандита, который видел плохой сон. Дальше было как в плохом кино. Громила взвизгнул и постарался скинуть «бросившуюся» на него ведьму, но та, боясь что ее больно уронят, а потом убьют, крепко вцепилась в шею и волосы бандита. Напарник громилы, решив что потом кровь будут пить уже у него, тихо подвывая, кинулся прочь, начиная нарезать круги по залу. Бег с препятствиями в виде мертвых подельников и разбросанной мебели, набирал обороты. Громила, вероятно считая, что они убегают от опасности, кинулся за ним, вереща, чтобы с его головы скинули ненормальную. А ведьма кричала от ужаса и пыталась освободить лицо от развивающихся рыжих волос.
К сожалению никто не был готов к неожиданной встрече, когда в дом вошел купец. Проезжавший по одной из дорог и по незнанию решивший переночевать в этом доме, он и его два телохранителя спокойно открыли дверь и вошли внутрь. Представшая картина ввела их в ступор. Они последовательно взглянули на бледного колдуна, сидящего в стороне, взбесившуюся ведьму и на горы трупов, усеявших пол. Носившаяся по залу троица резко замерла перед вновь прибывшими — и те и другие ошарашено взирали друг на друга. В этот момент ведьма наконец совладала со своими волосами, осмотрела немую сцену и не придумала ничего умнее, как обвинить в негостеприимности сидящего колдуна.
— Нет, ты посмотри, сидит спокойно, а мы значит ему по горизонту! Тут гости пришли, уважить надо. — она повернулась к ошалевшим гостям и растянулась в пьяной улыбке. — Здрасти. Милости просим к нашему шабашу. Э… то есть шалашу. Мы тут вот разбойников развозим. Э… то есть разводим. То есть крошим, как капусту. Короче! Добро пожаловать!
Никклаф с грохотом свалился со стула и начал трястись в судорогах, хрипя и хватая ртом воздух. Пользуясь тем, что ведьма немного ослабила захват, громила ловко вывернулся из ее объятий и с диким победным воплем понесся к выходу, а его подельник стрелой помчался за ним. Купец тоже как-то сразу передумал останавливаться на ночевку, и уже через минуту с улицы слышался стук копыт и шорох удаляющейся телеги.
Виль, после потери поддержки приземлившаяся на попу, удивленно посмотрела в сторону беглецов, а потом, услышав всхлипывание, вспомнила про колдуна и, прямо на четвереньках, кинулась к нему.
Вздохнув, как перед прыжком с парашютом (вдруг у него гримаса невыносимой боли на лице?), Вилентина рывком перевернула тело колдуна и увидела как тот рыдает… от смеха. Обдумав ситуацию и решив, что, повода для смеха как такового не было, а у бывшего судьи просто нервный припадок от перенапряжения, она подтянулась к лицу и шлепнула ему две звонких пощечины.
— Ты чего? — всё еще посмеиваясь, спросил Ник.
— Нейтрализую нервный припадок, чтобы он не перерос в приступ. Понимаешь, если мы не успеем разорвать нити, а ты загремишь в психушку…
Колдун снова спрыснут от смеха, почти сразу подавившись кашлем. Ведьма размахнулась для новой пощечины, но тот ловко перехватил ее ладонь и, вытерев слезы, встал и направился к выходу.
— Никогда так еще веселился. — покачал головой он.
Дождавшись когда ведьмочка покинет притон и поравняется с ним, Никклаф произнес короткое заклинание, выкинув каплю силы. Дом разбойников вспыхнул, как свечка, а Ник резко осел на землю и завалился на бок. Виль несколько секунд глупо хлопала глазами, а потом сама не поняла, почему это сделала. Словно ей завладели древние инстинкты. Она села рядом с колдуном, положила ладонь ему на лоб и вроде как влила в него графин с водой. Ну или пятилитровую бутыль, по ощущениям.
***
Колдун открыл глаза, некоторое время бездумно смотрел на пожарище, а потом перевел взгляд на ведьмочку.
— Ты чего разлегся? — ощущая легкую дрожь и головокружение, спросила она, пытаясь скрыть свое состояние.
— Почти все запасы энергии исчерпал с разбойниками, пока некоторые прохлаждались.
— А зачем? Почему ты их просто не обездвижил, как тех в лесу? — удивилась ведьма. Нет, ну вот зачем нужно было устраивать всё это светопреставление, когда можно решить вопрос просто и быстро?
— Ну знаешь ли, у меня не бездонная пропасть энергии чтобы два раза за день такие фортеля выделывать! — начал раздражаться колдун. — Да и потом, на каждого навесить по заклинанию от плохих поступков, не в баню с девкой сходить!
— Не совсем поняла, при чем здесь баня, но… Нет, так нет. — Виль потеряла интерес к этой теме. — Слушай, я вот тут подумала: это я такая красивая, или у вас тут просто недостаток в рыжих? — колдун скосил на нее красивую взгляд, но от комментария воздержался. — Этот дядька с двумя охранниками ТАК на меня вылупился, словно увидал бриллиант с голову быка и не поверил в свое счастье. Разве у вас волосы не красят? Наверняка же есть какой—то заговор?
— Есть. — спокойно кивнул Никклаф, подавляя усмешку в зародыше — он видел из-за чего вылупился купец со своими подопечными и цвет волос там играл последнюю роль.
— Да? А какой? Не подскажешь?
— Да, пожалуйста. Говоришь, а потом рисуешь в воздухе вот такой знак и называешь желаемый цвет. Запоминай.
Колдун произнес несколько слов, которые Виль старательно повторила и запомнила. Потом она поднялась на ноги и, собралась уже было идти за конями, но узрела вывалившуюся из плаща колдуна флягу. Руки действовали быстрее головы — быстро хватила и влила в себя ровно столько, сколько успела до того, когда флягу вырвали из рук.