По закону вселенской подлости (СИ)

–Ммм, очень вкусно! – похвалил землянин в тот момент пробующий приготовленные мною гренки.
Похвала мне понравилась, особенно, если учесть, что кроме гренок, я могу приготовить, разве что ещё пару простеньких блюд. Щёки предательски зарделись, а уши запылали. Я украдкой бросила взгляд на мужчину, даже не надеясь, что он не заметил моего смущения. Но пронесло-таки! Алек Вернев смаковал мой кулинарный «шедевр» и, похоже, ничего не замечал.
Потом мы ещё выпили и закусили, после чего наниматель стал казаться мне куда приятнее и роднее. Я даже кое-какие байки из своего контрабандистского опыта рассказала, Вернев в долгу не остался и тоже принялся увлечённо посвящать в тонкости «медицинского» юмора. Скажу честно, ни слова из его анекдотов не поняла, но смеялась так, что живот болел, лишь посмотрев насколько живо и артистично у землянина это получается. К слову, это были последние связные воспоминание, далее общая картина едва угадывалась по отдельным осознанным «кусочкам».
Вот мы с гиром Верневым, которого я уже называю просто Алеком, ожесточённо режемся в карты на желания. Мужчина уже пару раз изобразил истребитель в бреющем полёте, один раз забрался на стул и продекламировал детский стишок, принёс мне пачку чипсов из кладовой и один раз прокукарекал из-под стола. Как он со своим ростом под столом поместился? Не спрашивайте! Сама ума не приложу! Можно было решить, что я вообще не проигрывала, но, увы, это не так. Проиграв в первый раз, попросила землянина озвучить своё желание, на что он гаденько ухмыльнулся и сообщил, что будет их копить, а потом стребует одно, но большое. Я, наверное, в тот момент была, уже изрядно выпивши, потому что на его слова только хихикнула и попросила не требовать с меня зораканского кита.
Следующее воспоминание было коротким и непонятным. Запомнила лишь то, что обстреливала кого-то косточками от маслин, спрятавшись за диваном.
Очередное воспоминание, было похоже на бред, пропитанного насквозь алкоголем, мозга, ибо иные причины появления этого в моей памяти мною просто не рассматриваются. Ну, не могла же я взаправду делать массаж спины своему нанимателю?! Во-о-от, потому и считаю это бредом!
Дальше снова следовало воспоминание о распитии ещё одной бутылки водки смешанной с безалкогольным пивом, после чего я, похоже, попросту отключилась, уснув прямо за столом. Программа максимум выполнена!
–Элка! Элка! – надоедливой мухой нудил надо мною ИРЭК, очень неубедительно изображая мою совесть.
–Отвянь! – простонала я, ворочаясь на ужасно неудобном диване.
–Элка, там моб с пассажирами прилетел, просят стыковку, – сообщил мне аватар. – Добро давать?
Я промолчала, героически борясь с тошнотой и вообще слабо понимая, что от меня вообще хотят. Веки были свинцовыми, открыть глаза не представлялось возможным, а голова и тело болели так, будто меня всю ночь избивали ногами.
–Элка, ты хоть промычи чего-нибудь утвердительно, чтобы я с чистой совестью мог людей впустить! – потребовал ИРЭК излишне громко, заставив меня застонать от нахлынувшей головной боли.
–Нет у тебя совести, – простонал кто-то в унисон со мной, почти над самым моим ухом, – тем более чистой.
–Гир Вернев, между прочим, это ваши люди в стыковочном шлюзе дожидаются, когда вот это похмельное существо сможет отдать распоряжение, – проговорил андроид, как раз в тот момент, когда меня чуточку отпустило, и я начала осознавать кем являюсь и где нахожусь.
–Ничего, я там семь часов просидел, и они чуточку посидят, ничего с ними не случится, – снова раздался подозрительно близкий мужской голос, как подсказывали остатки почти пропитых мозгов, он принадлежал моему нанимателю.
–Смею напомнить вам, гир Вернев, среди пассажиров есть дама…, – принялся снова нудить ИРЭК, но я поспешила прервать поток его слов:
–Да, впускай кого хочешь, только отвянь!
После этих слов я благополучно заснула. Снилось мне детство. Я снова была маленькой девочкой, которой любимый заботливый папочка читает сказку на ночь. Отец всегда ложился рядом на моей маленькой и катастрофически короткой для него кровати, прижимал меня одной рукой к своему телу, а другой нежно перебирал мои распущенные волосы, тогда ещё длинные и светлые. Он обычно рассказывал мне не то что бы сказки, а скорее адаптированные для семилетнего ребёнка отчёты об операциях папиного развед-батальона. Они всегда были моими любимыми историями. Леда неизменно просила сказки о прекрасных принцессах, а вот мне нравились отцовские байки про его работу, любовь к которым постепенно переросла в желание приобщиться к команде бравых и сильных «воителей», которым харийский демон и тот не страшен.
 
–Ну, и как ты это объяснишь? – сквозь сон услышала я смутно знакомый женский голос.
–А должен? – ещё один знакомый голос раздался над моим ухом.
–Не то чтобы должен, – протянула женщина с явной усмешкой, – но было бы неплохо, если бы ты объяснил причину своего пьянства в компании нашего пилота.
–Ты сама советовала, найти с ней общий язык, – проговорил мужской голос, после что-то невесомо коснулось моих волос.
–Именно! – с ехидцей произнесла женщина. – А не спаивать бедного ребёнка!
–Она не ребёнок, – резонно заметил мужчина.
После этих слов меня опять утянуло в сон, на этот раз без сновидений. Проснулась я от осознания, что в джунглях наступила засуха, в смысле во рту было сухо и гадко, голова хоть и не болела так сильно, как в первое пробуждение, но создавала определённый дискомфорт, при общем и так вполне плачевном состоянии.
–Водичку хочешь? – вкрадчиво раздалось над моим ухом.
–Уху! – единственное, на что меня хватило – это открыть глаза.
–Держать сможешь или тебя напоить? – задали мне вопрос, помахивая перед самым носом стаканом с водой и долькой лимона.
Молча протянула руку, забрала стакан и присосалась к нему, постанывая от блаженства. Рядом хихикнули. Допив воду, достала двумя пальчиками лимон и, отправив его в рот, одарила нагло ухмыляющегося Алека Вернева хмурым взглядом.
–У тебя, что похмелья вообще нет? – стараясь не скрипеть зубами от досады, поинтересовалась у мужчины.
–Ну, почему же, было оно у меня, часа два назад, пока Лера меня не полечила, – широко ухмыляясь, пояснил землянин и, как бы, между прочим, заметил. – Кстати, груз и пассажиры на борту, так что нас больше ничего здесь не держит.
–Не держит, – задумчиво повторила я, усаживаясь и разглядывая до оскомины бодрого Алека.
Гир Вернев улыбался, сидя на корточках передо мною расположившейся на диване. Было бы вежливо с моей стороны улыбнуться ему в ответ, но что-то в его улыбке меня настораживало и, кажется, я начала догадываться, что именно.
–Признавайся, что я вчера вытворила! – хмуро потребовала у него.
–Тут словами не опишешь, – давясь от смеха, ответил этот гад, – тут видеть надо! Попросить ИРЭКа включить запись?
–Нет, – сказала, как отрезала, решив, что позже, в своей каюте, всё же просмотрю записи.
–Тогда советую принять душ и позавтракать, – проговорил Вернев, поднимаясь в полный рост и направляясь прочь, из кают-компании. – После я представлю тебе пассажиров.
–Хорошо, – произнесла ему вдогонку и осторожно поднялась с дивана, прижимая правую ладонь к виску.
Головная боль никуда не делась, но отошла куда-то на второй план, на первый вышло жгучее желание почистить зубы, чтобы избавиться от гадкого вкуса во рту, который не смог заглушить даже сжеванный лимон. Дотащившись до своей каюты, я взяла сменную одежду и бельё, ужаснулась собственному отражению в зеркале и направилась в душевую медотсека. Стоя под струями прохладной воды и одновременно с этим в очередной раз надраивая зубы, попыталась восстановить картину событий этой ночи, но мозг натужно выдал «восстановить файлы невозможно» и посоветовал выпить кофе с тостами.
–ИРЭК, пожалуйста, принеси в мою каюту кофе и тосты! – обратилась к автару, сразу, как только покинула душевую. – И таблетку какую-нибудь от головы прихвати!