Очаровательный (СИ)

Тысячу мелких атомов бурлили во мне, вызывая дрожь, я готова распластаться в обмороке, если буду не права — Руслан хочет меня, так же как и я его.
Я забыла обо всем, о чем переживала, под его блуждающие руки по спине и груди, вызывая во мне дикое желание.
— Мне так нравится твоя пижамка, ты в ней такая секси, — шептал, изводя меня.
Я очарована его словами и просто желаю, чтобы он поскорее проник в меня, и мы унеслись подальше от всяких проблем. Бьющееся сердце, непрестанно ускорялось, затуманивался разум, я панически понимала что пропала. Пропала в нем самом, и по уши втрескалась, просто невыносимо.
Он встал и поднял меня руки, затем аккуратно поставил на пол, приподнимая маечку и вовсе снимая ее, я околдована и стоически наблюдаю за его действиями. В след полетели шортики и трусики. Я полностью голая и обезоружена, стою перед ним. Он медленно обошел меня, оглядывая пока я краснела и бледнела. Закрыл дверь и вернулся ко мне.
  
Глава 17
 
Я потеряла голову, и боюсь, что не смогу остановится. Полностью в его власти и подчинении, не в силах шелохнутся.
— Я без ума от тебя Ева, — мое имя выговаривалось не спеша и так сексуально.
Искорки в голове вспыхивали, красавчик встал на колени и раздвинул мою мокрую щелку между ног, сначала нежно и медленно проигрался пальцем, затем впился губами, будто это что-то… ммм… вкусное и высунул язык, исследуя мое внутреннее пространство. Не смогла сдержать дикого стона слетевшего с губ.
Мне так хорошо, и я вот-вот потеряю сознание или взорвусь. Тысячи маленьких атомов, полетели к чертям. И я ослабла в его руках, чуть ли не падая, испытывая дикий оргазм. А ведь не прошло и пяти минут, как я кончила.
Любовник тут же подхватил мое ослабшее тело на руки и понес на кресло, я все еще тряслась в агонии, испытывая наслаждение. Он посадил меня на себя и вошел так глубоко, что я мгновенно пришла в сознание. Обхватив крепко его шею, лихорадочно, но как будто давно в этом деле, поднималась и опускалась на крепкий стояк Руслана.
Я так хочу доставить ему удовольствие, двигаясь и впиваясь в его губы, словно они предназначены только для меня. Уже чувствую как вновь подкатывается нарастающий ком и он взрывается сразу после того как Руслан изливается, вытащив член из меня.
Мы не подумали о защите — вспыхнуло в мыслях.
Как бы то ни было — не нужно об этом забывать.
Он прижался ко мне, молниеносно чмокнув в губы, я встала, он вслед за мной, и стер мокрые следы своими боксерами, достав из комода новые.
— Останешься?
— Навряд ли. Ирма может заглянуть.
— Хорошо было без нее, да? — я кивнула, — теперь ты понимаешь, почему мы замкнутые с ней и без нее расслабленные.
— Скоро я стану такой же…
— Хм, посмотрим. Может, ты все-таки останешься? — милый нежный искрящийся взгляд, — ведь неизвестно когда еще сможем провести время. У меня столько дел.
— Руслан я… — он подошел вплотную, и сграбастал меня в охапку, уложив рядом с собой, — я не хочу проблем.
— А кто их хочет?
— Расскажи что у тебя за дела? — смирилась, что осталась у парня, но не стала упускать момент, когда можно узнать про его проблемы, которые отчасти волнуют и меня, — вы ездили сегодня чтобы наказать кого-то?
— Что тебе известно? — ясный взгляд потух, и на смену пришло разочарование? Или даже злость.
— Ничего, я случайно услышала только про то, что поедете к кому-то опасному дядьке и все, я ничего не знаю, поэтому спрашиваю тебя. Чем вы занимаетесь Руслан? — некое облегчение в его глазах проскользнуло, но снова потухло.
— Ты, правда, хочешь знать? Но, наверное, лучше не стоит.
— Конечно, я хочу знать, ты же мне не безразличен!
— Правда?
— Конечно, правда.
— Хорошо, тогда слушай, — он глубоко вздохнул и провел по лбу тыльной стороной руки, — в школьные годы я был буйным, тяжело было со мной справляться, дрался со всеми подряд. По исполнения восемнадцатилетия я не пошел учиться дальше, закончив еле — еле школу и то благодаря Ирме, она замазала кого надо. И тогда предложила мне работу, от которой я не мог отказаться, — его светлые глаза направлены прямо мне в душу. Я слушала внимательно, не шевелясь.
 
— У нее есть клиенты, которые задирают лица или нет денег, чтобы заплатить по счетам, да много всяких причин. Моя работа заключается в том, чтобы выбивать эти деньги любым доступным способом Ева. Бывает, что я делаю такие штуки, которые не позволительны, и нарушаются законом.
Он смотрел, сверля глазами, пытался увидеть какие либо эмоции на моем лице. Но мне нечего сказать. Я чувствовала, что Руслан занимается темными делишками. И тогда представила непроизвольно — если бы мы не отдали долг, если бы я не согласилась — он пришел бы ко мне, и заставил мою семью страдать, потому что у нас не было всей суммы.
Как же все это дико не правильно, я помотала головой, и была в отчаянии. Я совсем не хочу, чтобы он был тем, кто мучает людей всякими разными способами.
Мне на мгновение стало страшно, волнительно и одновременно хотелось верить в то, что этого не может быть. Руслан тот, которого я казалось, знала, я доверилась ему. Да блин за короткое время он стал мне дорог, чертовски дорог, и я не знаю, что ему сказать и как принять.
Боже.
— Все в порядке? — он встревожен.
— Нет, — я резво вскочила на пол и начала надевать трусики и пижамку.
— Ева.
— Руслан, как ты можешь причинять людям боль? Это всего лишь деньги.
— Я взбешена и категорична, метаюсь в панике.
— Это моя работа.
— Сколько ты этим занимаешься? Два — три года?
— Семь лет, — он совсем опечален и наблюдает за моими перемещениями по его комнате.
— Господи и тебе нравится такая работа? Ты рад, что получил ее?
— Черт, — выругался он, — Иди ко мне, — умолял меня, но я не слышу.
— Я понимаю, что могла бы оказаться на их месте, ты пришел бы и причинил вред моей семье. Да еще, таких как я сотни, тысячи. Меня это разбивает, понимаешь Руслан?
— Ева…. - его печальные глаза тоже разбивают мне сердце, — я не такой изверг как ты думаешь, чаще всего просто забираю деньги, их добровольно отдают.
— А что если их нет? Нет денег. Что ты делаешь?
Он вздохнул и провел ладонью по волосам.
Не выносимо думать, как он жестоко обращается, скорее всего, с невинными людьми. Никогда не подумала бы, что в этом человеке скрыта безжалостность, зверство или свирепость, именно так я думаю, о тех людях кто выбивает деньги. Я мотнула головой, отгоняя тревогу, но мысли кружили, возвращая обратно.
Я попала в капкан, когда влюбилась в него. Обессилено опустилась на кресло где до недавнего времени мы сношались с мужчиной, я опустила голову на руки и глубоко задумалась.
Если бы я знала… кружила в голове одна и та же мысль.
— Ирма в скором времени разделит компанию на двоих. На меня и Левана, — как будто решил успокоить меня.
— И он тоже занимается этими грязными делишками… — Руслан сделал кивок, поняв о ком я. Я глубоко вздохнула.
— Мы не только этим занимаемся, если ты хочешь знать, и не такие уж изверги, если с нами по-доброму. Максимум что я делал… — я перебила.
— Прекрати это все равно ужасно.
— Ева, я скоро стану владельцем крупной компании. И это дело останется в прошлом, — он тихим шагом направился ко мне, слышала только шаги, но так и не поднимала голову, — Я не знал, что ты так негативно отнесешься.
— А как, по-твоему, к жестокости я должна была отнестись?
— Понимаю, это не святейшее занятие. Но я такой Ева, какой есть. Если хочешь, можешь не разговаривать со мной, не подходить ко мне. Но сказать я кое-что тебе должен — ты стала близка мне, как, ни кто не был прежде. Я привязался к тебе.
— Я вернусь к себе, мне нужно подумать, — обойдя обнаженного парня, в горле запершило от непролитых слез. Чтобы он не сказал, мне хотелось только уйти от него подальше.
Сейчас в моих глазах этот человек — изверг и животное, делающий вид что так и должно быть. Только где это все скрывалось ранее?