Пылающие небеса (ЛП)

Амелия застыла в неестественном напряжении, ее лицо приобрело синий оттенок, стало жестким и похожим на маску. Язык высунулся изо рта.
Сердце Уиллоу сжалось. Казалось, Амелия умирает.
Мика взял Амелию за руку и наклонился над ней, его рот двигался в беззвучной молитве. Он сжал ее пальцы и заговорил так тихо, что его слова было трудно разобрать.
— Я здесь, — шептал он снова и снова. — Ты не одна.
Уиллоу отвернулась. Даже в окружении огня, крыс-убийц и хаоса это выглядело чем-то совершенно личным, к чему она не имела никакого отношения.
На нее бросилась крыса. Уиллоу отпихнула ее. Еще одна незаметно выскочила из-за горшка с растением, подергивая усиками и сверкая глазами-бусинками. Еще три сползли по эскалатору.
Уиллоу громко кашлянула и прочистила горло.
— Э-э, Мика? Пора идти.
— Я думаю, все закончилось, — прохрипел он. Взяв на руки бессознательное тело Амелии, он прижал ее к себе, как ребенка. — Мой пистолет в кобуре на боку, под курткой.
— О, аллилуйя. — Уиллоу схватила его и сняла с предохранителя. — Вперед!
Еще две крысы подползли ближе, обнюхивая пространство в нескольких метрах от ее ног. Теперь на эскалаторе их собралось несколько десятков. Они все еще боялись огня, но, похоже, на данный момент считали себя в безопасности. Если бы в пистолете было больше патронов, Уиллоу бы разнесла их в пух и прах.
Вместо этого она пошла налево, приседая, сгибаясь почти вдвое, чтобы укрыться от дыма, и следуя по главному коридору. Они миновали магазин банных принадлежностей, прилавок с косметикой, магазин индивидуальных домашних роботов, пункт ремонта смартфлексов. Им нужен большой магазин, в котором имелся бы отдельный выход, иначе они рисковали оказаться в замкнутом пространстве. Входы в магазины везде были слишком широкими, баррикадой служили только металлические решетчатые двери, через которые крысы легко протиснутся.
Чем большее расстояние отделяло их от бушующего огня, тем легче становилось дышать. Уиллоу с удовольствием вдыхала сладкий, прекрасный кислород.
К сожалению, глупые крысы тоже умели дышать. Одна из них укусила ее за пятки. Уиллоу пнула ее ногой, но за ней оказалось еще полдюжины. Для таких маленьких и уродливых существ они действовали невероятно быстро.
— Нам нужна чертова дверь!
— Там! — Мика указал на три магазина впереди и слева — узкий коридор с надписью «аварийный выход».
Она побежала к выходу, стараясь держаться чуть позади Мики. Он двигался не так быстро с Амелией на руках. У Уиллоу было оружие. Она обеспечивала их безопасность.
Они выскочили в коридор. В полумраке разглядеть что-либо было трудно, но она заметила металлическую дверь с узким прямоугольным окном в дальнем конце.
Мика споткнулся, но выпрямился, очки наполовину сползли с его лица.
— Я прикрою тебя! — Уиллоу крутанулась на месте и выстрелила, сбив огромную крысу, которая собиралась прыгнуть на болтающиеся ноги Амелии. Она расправилась еще с двумя крысами, подскочившими к ногам Мики.
Еще один огромный сгорбленный грызун забрался на скамейку, пробежал по ней и прыгнул на Уиллоу. Она зашипела, когда острые когти вонзились в ее правое бедро. Она ударила прикладом ружья по выпуклой спине крысы.
Крыса упала. Уиллоу пробежала последние десятки метров до двери, которую Мика держал открытой.
— Давай, давай, давай!
Уиллоу бросилась за дверь, крутанулась и захлопнула ее прямо на пищащей крысиной голове. Ее передернуло от жуткого хруста расколовшегося маленького черепа.
С минуту до нее доносились лишь неровное дыхание и гулкие удары сердца в ушах. Постепенно до Уиллоу дошли другие звуки. Ветер, все еще воющий за углами зданий. Ледяной дождь, мелкие твердые капли которого хлестали ее по лицу и били по тротуару. Мика, шепчущий благодарственную молитву.
Ее горло саднило. Глаза и грудь горели. Ноги ослабли и дрожали. Живот сводило от тревоги за Бенджи и Финна. Но она стояла, закрыв глаза, на холоде и просто впитывала все это.
Они были прекрасно, великолепно живы.
— Ты молодец, — прохрипел Мика. Его очки запотели, с них капала вода.
 
Уиллоу усмехнулась.
— Ты вообще меня сейчас видишь?
Он пожал плечами.
— Было бы хуже, если бы я их снял. Я бы тыкался во все закрытые двери.
— Хотелось бы как-нибудь на это посмотреть. Но не сегодня. Наверное, тогда я поведу.
— Отлично. Будет похоже на то, как слепой ведет слепого.
— Обхохочешься. Продолжай работать над своими шутками, потому что с юмором у тебя не очень.
Мика посмотрел на Амелию, его лицо стало серьезным, беспокойство прочертило кожу вокруг глаз.
— Она все еще без сознания.
Уиллоу некоторое время наблюдала за ним, за тем, как Мика бережно держит Амелию, как будто та нечто хрупкое и драгоценное. Она не могла не заметить, как он смотрел на нее во время приступа, как будто чувствовал каждую мучительную секунду ее страданий, как будто умирал вместе с ней.
Мика влюбился в Амелию. Но Уиллоу слишком оцепенела, чтобы испытывать зависть, раздражение или даже радость. Позднее она разберется, что все это значит.
— Она слишком много пережила, чтобы сдаваться, — просто сказала она. — Мы все, на самом деле.
Они покинули парковку и направились по улице, вдоль которой росли дубы и клены, их ветви были белыми и голыми, поблескивая как кости. Вокруг сгущались тени, они лавировали между громоздкими корпусами машин, фургонов и транспорта, вырисовывающимися из темноты.
Пока они шли, ледяной дождь перешел в снег.
Глава 14
Габриэль
Крысы хлынули по коридору в сторону Габриэля. Адреналин захлестнул его.
— Выходите за мной!
Он крутанулся, распахнул двери и протиснулся внутрь. Селеста и Хорн следовали за ним, дрожа от страха и ужаса, но двигались быстро. Он захлопнул двери. Несколько десятков щетинистых, горбатых грызунов разбились о стекло.
Габриэль втянул в свои изголодавшиеся легкие холодный, насыщенный кислородом воздух и бросился на Альварадо. На открытой парковке не укрыться. Ближайший автомобиль находился в двадцати метрах от него. Единственное прикрытие, которое он мог получить, — это человек.
Почувствовав движение, Альварадо начал поворачиваться, но Габриэль настиг его первым. Он ударил прикладом пистолета по черепу с достаточной силой, чтобы оглушить его, но не настолько, чтобы вырубить. Одной рукой приставил нож к горлу противника, а другой направил пистолет на женщину с ирокезом.
— Брось оружие и отшвырни его, — прохрипел Габриэль. Его горло саднило. Ему нужен был воздух. Он не мог вдохнуть достаточно кислорода.
Альварадо повиновался. В его голосе звучала ненависть.
— Ты мертв, слышишь меня? Просто ты еще не знаешь об этом.
— Не сегодня. — Габриэлю пришлось согнуть колени и немного присесть, чтобы его голова не стала мишенью, а короткое крепкое тело Альварадо оказалось между ним и пулями женщины.
Поджигательница с ирокезом выругалась. Она пригнулась и направила на него винтовку.
— Бегите! — хрипло крикнул Габриэль. Хорн и Селеста вышли из входа в торговый центр под ледяной дождь. Оружие Поджигательницы повернулось в их сторону.
— Я застрелю тебя! — Габриэль выстрелил в ноги женщины. Куски асфальта разлетелись по ее ногам. Она отпрыгнула назад, и ее оружие снова метнулось к нему.
— Давай! — закричала Селеста. Хорн застыл, как олень в свете фар. Она толкнула Хорна, чуть не сбив его с ног, но это заставило его двигаться. Селеста и Хорн бросились в темноту. Они в безопасности, по крайней мере, сейчас.
Габриэль переключил свое внимание на текущую задачу. Он стиснул челюсти. Он должен убить Ирокез. У нее нет прикрытия, ей негде спрятаться.
В голове промелькнул образ, неожиданный и непрошеный. Симеон инструктирует его в старом, испещренном граффити спортзале, учит убивать безжалостно и эффективно. Он готовил его к тому, чтобы стать бездумным, не рассуждающим солдатом, способным убивать как вражеских комбатантов, так и невинных соратников.