До включения (СИ)

— Крыска, что встала? Вяжи его! Ты какая-то ушибленная сегодня.
— А-аа, Тё… ха. Крыска, да вяжи его! — неожиданно захихикала пироманка около меня.
— Ладно, чем вязать-то? — послышался голос Ксюшевой.
— Что увидишь, тем и вяжи! — ответила пигалица, прижимающая моё тщедушное тело к полу.
— Кхм, я мог бы пойти просто погулять, — предложил я.
— НЕТ! — неожиданно крикнуло то ли три голоса, то ли два и эхо.
В итоге мне нацепили кляп, наушники, подумали, надели прищепку. Сжалились, вытащили кляп. Прицепили к стулу кучей проводов и шнуров, после чего покинули меня.
За что? Зачем?
* * *
То, чем они занимались я не отсматривал потом, как и обещал им.
Равно как и не ставил в туалет камер, хотя это Крыска предлагала. Это уже за гранью нормальных извращений.
Вот в ванне кто-то из них, скорее всего Алла, оставляла свой ПТ в режиме камеры.
Я спрашивал у Киры, зачем и почему?
Она ответила:
— С детства директор говорила, что завидует нам. Якобы мы живём в мире, где можно записать всё, чтобы потом было что вспомнить. Так что я с момента, когда мне подарили ПТ на 12 лет записывала всё! И я знаю, что я буду этим дорожить.
Вот ответ Аллы на такой же вопрос был проще:
— Это прикольно. Мне нравится смотреть на себя. Хотя, в начале, я просто хотела попробовать всё, что упустила из-за службы. Я думала, что у молодёжи так принято. Но я прелесть! Сам посмотри на видео.
Кристина Ксюшева:
— Как это почему? Это же возбуждает!
Файнберг:
— Если бы девочки так не хотели бы снимать, то я бы была против этого. Ладно, сняли первый раз на память и потом разок уже без гримас. Но не каждый же раз! Ты что меня снимаешь? Сожгу!
Но не сожгла.
Моё же отношение менялось. Если я вообще не понимал смысла в записях, то потом просто привык ещё с Кирой. Стал коллекционером своего маленького счастья.
* * *
В состоянии странной мумии в тот день меня оставили на три часа.
Я провёл их с пользой, просто спал.
Неожиданно, сквозь сон, до меня дотронулась рука и выдернула из дрёмы.
С меня сняли путы.
— Сходи в туалет, хлюпик. Мы про тебя… забыли, — поведала Алла.
— Ясно. Наигрались? — спросил я и вышел в коридор, но ответом мне была тишина.
Сделав то, что нужно, я вернулся в свою комнату и хотел убрать беспорядок, но как только я вошёл, то ко мне подлетела Алла и поцеловала, при этом что-то влив мне в рот.
Откашлявшись, я спросил:
— Убить хочешь? Что это?
— Ты добровольно отказался от того, что я хочу. Теперь у тебя нет выбора, хлюпик, — вытерев каплю в уголке рта, ответила эта парящая над полом девушка.
— Что. Ты. Мне. Дала? А?! — я чувствовал какой-то странный прилив сил. И в том числе ниже пояса.
— Это просто тонизирующее средство.
— Ты дура… — успел сказать я. — Кедрял?
Если для девушек в Космофлоте этот препарат использовали для поднятия выносливости и общего тонуса организма, то у мужчин он «популярность» приобрёл на Земле.
Мощнейшее возбуждающее средство для мужского пола. На пять-шесть часов человек превращается в похотливое животное. Но у мужчины вырабатывается иммунитет после первого применения на продолжительное время, а у некоторых навсегда.
— Алла, может это перебор? — спросила Крыска.
— Ты сама это вчера предложила, как запасной план! — Ответила комендантша. — Не притворяйся милой, когда сама всё закрутила!
Они там ещё припирались, но смущало то, что за ними стояла Риса с блаженной улыбкой. А мой мозг уже начал подавляться желанием.
Блондинка подошла ко мне, сняла с меня домашние штаны вместе с трусами и толкнула меня на мою кровать.
— Ярик прости, но это интересно, — облезнулась девушка с таким похотливым лицом, которого я не видел у неё раньше. — Алла, поможешь?
— Помогу. Ты можешь с ним не разговаривать, это бесполезно. Минут через десять он станет не таким заторможенным, если помнить отзывы. А будет весьма инициативным. Если бы Ксюшева мне не сказала, то я никогда бы не узнала, что у моей «витаминки» есть такой эффект. Жаль, что он подействует только раз, иногда наш хлюпик слишком болтлив и заморочен. Ларис, какую позу из статьи ты выбрала?
 
— Просто направь, когда я сяду.
Я воспринимал информацию, но из чувств осталось только зрение. Слова я потом уже услышал на записи.
«Товарищ Рабица, я тебе припомню!» — пообещал я себе.
По своей воле я не мог пошевелить ни рукой, ни ногой. Я превратился ровно в то, что Кира называла «бревном с веточкой для девочки».
Собственно именно в такой позе, без моей инициативы из-за боязни причинить боль я и был использован девушками для лишения девственности.
И сейчас с моим тройным гаремом всё пошло по второму кругу.
Но, если в первый раз Файнберг была второй и не выражала особой эмоции, почти сразу молча сбежав из комнаты, чтобы только через пару дней вернуться к процессу уже без боли.
То вот сейчас возбуждённого лица блондинки хватило бы мне без всякого допинга, чтобы я согласился на этот эксперимент.
И вот тут веточку схватила комендантша холодными ручками, натянула презерватив, чем-то смазала его и направила в отверстие подруги, не предназначенное для этого дела.
— Я… Ярик. Я боялась, я сомневалась, но, кажется, это мне нравится больше обычного… блаженство, — сказала девушка, больше не издавая звуков.
Чувствовал ли я удовольствие? Нет.
Работало только зрение и мозг. Но первичный эффект прошёл спустя несколько минут и отголосок удовольствия я всё-таки почувствовал. Как только я шевельнул рукой, то ко мне подошла Алла и поцеловала.
— Ну, как самочувствие? Молчишь? Идеально! — а потом обернулась и спросила. — Ларис, ты скоро?
— Да-аааа… всё! *цензура* это просто *цензура* девочки! — ответила Файнберг.
— Стой. Не вставай. Немного передохни, и я хочу кое-что попробовать, — скомандовала Ш.А.Г.
Вот только моё одурманенное тело их не услышало, хоть и слышало.
Так что через пару секунд Файнберг, замершая и глубоко дышавшая, всхлипнула или причмокнула, после чего резко вскочила.
— Ярик, ты нас вообще слышишь? Что ты сейчас дёрнулся? — спросила Риса.
— Да не слышит он нас, что шумишь? Кедрял у некоторых мужиков по отзывам вообще память на момент применения блокирует, а те, кто что-то помнят, говорили об эффекте «пассажира». Не парься. Сейчас нам просто нужно им управлять. Эй, куда встал? — разглагольствовала комендантша, когда моё тело встало и направилось к блондинке. — Не шевелись, посмотрим, что он будет делать.
А моё тело подошло к той, кто только что был сверху. Подвёло к кровати, нагнуло и начало пристраиваться к привычному для него месту действия.
— Стоп! Риса, сопротивляйся, он не туда лезет! — скомандовала Алла и куда-то улетела, почти сразу вернувшись.
— Да что сопротивляться-то, я не против. Но, эй, ты что сделала?
— Пластырем закрыла твою… ему вход, куда не надо, — ответила Ш.А.Г. и направила «веточку» снова в том же направлении.
Но только раньше моё тело бездействовало, а теперь уже пассивна была Риса.
— Ну, у вас тут процесс пошёл, я пойду, перекушу что-нибудь, — зевнула Шишкина и схватила молчаливую Крыску за руку, как я потом видел на видео, и покинула эту комнату.
— Ярик, знаешь, а я тебя люблю. Хорошо, что ты меня не слышишь. Хихи… ой, или слышишь… — после этого она замолчала, так как тело ускорило темп.
Всё это время Алла пила шампанское и ела тортик на кухне, а Кристина Ксюшева сидела в сторонке, злобно смотря на кумира страны.
— Я не хочу. Я хочу не в попку, — спустя пять минут молчания пробормотала Крыска. — Я хочу в обычное место.
— Хватит уже. Я уже всё поняла.
— Что Вы… ты поняла?
— Можешь не притворяться. Ты спалилась кучу раз, что ты «трезвая тётя Кристина». Вот, скушай тортик.