Анимаг и Оборотень (СИ)

— Что я спала с Драко? — не выдержала Роза, засмеявшись.
— Нет, что ты знаешь, что скрывается Люциус… — в глазах Роксаны был настоящий ужас, видимо, если поверить Скорпиусу и Драко она еще могла, но только не самому старшему Малфою.
Роза покачала головой, всем своим видом давая понять, что она не располагает такой информацией.
— Роза, тебя к директору, — шепнул ей проходящий мимо МакМиллан.
Роза закатила глаза. Она надеялась, что МакГонагалл не восприняла всерьез статью и не считает, что она нарушала правила замка с каждым вторым учеником школы. Однако в кабинете ее ждала не директриса, а Гермиона.
========== 33. Последствия статьи и тайн ==========
— Мама, что ты здесь делаешь? — накинулась с расспросами на мать Роза. — Это из-за статьи? Как ты вообще ее пропустила в печать? А твои слова в ней правда, что с Драко снимут все обвинения?
Гермиона ей не спешила отвечать, просто кивнув на стул.
— Если бы я показала свою власть, надавив на прессу, это только бы ослабило мои позиции, — покачала головой Гермиона. — Люди все равно говорили бы о тебе… так. Просто шептались бы, а сейчас все это продержится до очередной такой же сенсации. Тем более, ты сама дала повод…
— Прости, я не должна была, — Роза почувствовала, как ей становится стыдно, ведь она столько думала о Малфоях, но совсем не о своей матери, как на деле ее настоятельные просьбы скажутся на ней, просто из-за того, что она влюбилась. — У тебя правда большие проблемы?
— Да, — не стала врать Гермиона.
А Роза вновь почувствовала укол совести, виновато опуская глаза, хотя у нее была одна мысль, как исправить их положение.
— На самом деле мне все равно, что думают другие люди обо мне, — гордо подняла голову Гермиона. — Тем более я так же, как и ты знаю, что Драко далеко не самый опасный преступник на этой планете. Его отец куда опаснее. Более того, пропал старший Эйвери, жена объявила в розыск, но он будто испарился, хотя приходил ко мне совсем недавно, рассказывал свою печальную историю.
— Тогда что тебя волнует на самом деле? — нервно сглотнула Роза.
Ей отчего-то хотелось расплакаться. Навзрыд. Все рассказать маме. Пусть она и старалась убедить себя, что все к лучшему, разодранное человеческое тело не покидало ее снов. Наверное, мама ее возненавидит, если узнает, что она все это время покрывала Люциуса, да и вообще натворила столько дел, связала себя с одним человеком на всю жизнь, что несмотря на то, что она счастлива, где-то в душе она все равно несчастна, потому что руны — это темный ритуал. Что она не просто ради себя стала анимагом, а толкнула Скорпа на темную магию. Если он пострадает, то и она тоже.
— Мы с твоим папой… — начала Гермиона, поджав губы, а на ее глазах появились слезы. — В общем, он ушел из семьи.
— Как? — ахнула Роза, понимая, что виновата только она, она развалила свою семью, слишком рано перестала их считать своей семьей, буквально утонув в Малфоях, проклятые руны.
— Он не поддержал мое решение с освобождением Драко, — пояснила Гермиона. — Сказал, что я допускаю ошибку, а Гарри только мне потакает, что нельзя ему верить. Роза, прости, я ничего не смогла сделать. Но Рон сказал, что если ты войдешь в их семью, то у него больше нет дочери, что он устал нам что-то доказывать, значит должна учить жизнь.
Роза почувствовала, как по щекам текут слезы, хотя сама она сидела ровно, как статуя. Она никогда не думала, что папа может так поступить с ней и с мамой. И если в начале их отношений Роза прислушалась к отцу, проверив те «факты», которые он говорил, то сейчас она знала Малфоев лучше, они ей открылись, она бы никогда не просила освобождать, действительно, плохих людей. Дело было не только в том, что она сама почти Малфой, хотя по факту так оно и было, ведь все мужчины их рода создавали рунную связь уже после свадьбы, они со Скорпиусом просто миновали этот момент. Но она не считала нужным наказывать и Эвана Эйвери, ведь он был пешкой то в руках своих друзей, то в руках отца. Почему раньше за преступления, совершенные под Империусом освобождали, а сейчас даже не хотят слушать про подобное? В конце концов, Роза старалась не обижаться на отца, она решила доказать ему, что Малфои хорошие, тогда он поймет и ее, и маму, и вернется к ним.
 
— Так что там с Драко? — осторожно перевела тему Роза, чтобы со стороны не казалось, что отказ от нее родного отца имеет меньше интереса и переживаний, чем член семьи Малфоев. — Астории так и нет, я бы поняла, что в доме кто-то появился, я поставила оповещающие чары.
— Дата апелляции назначена, — грустно сказала Гермиона. — И судя по его словам, Астория до его отъезда получила приказ не покидать свое укрытие, поэтому она вряд ли появится.
— Может это и к лучшему, — выдохнула Роза. — Будет легче все сделать вместе с Драко.
Гермиона посмотрела на дочь. Да, она явно сомневалась, правильно ли поступает. Но Роза была безумно благодарна матери, что она пошла на все, ради ее будущей семьи и ее счастья, ведь в детстве ей казалось, что мама любит свою работу чуть больше, чем своих детей.
— Мам, все будет хорошо, честно, — Роза подошла к Гермионе, обнимая ее. — Я все исправлю, обещаю.
Вот только как исправлять, она не имела понятия. Им может удастся только в случае полного возвращения сознания Астории. Ведь абсурдность людской фантазии уже дошла до того, что ее убил Драко в одно из своих превращений, а когда перестанут следить за Мэнором, туда спокойно может вернуться и Люциус, ему будет достаточно, в свет выходить он не стремится.
— Очень хорошо, мисс Уизли, — похвалила ее МакГонагалл, после очередного урока, который был у них на следующий день после той отвратительной и мерзкой статейки. — Нет, правда, у вас большие успехи. У нас очень хороший темп. Думаю, что до конца учебного года точно управимся.
Роза поблагодарила директрису и направилась к Роксане, так как Скорпиус сегодня вечером был с Люциусом в лесу.
— Вижу, что тебе стало лучше, — улыбнулась Роза, присаживаясь на кровать сестры.
Однако Роксана демонстративно от нее отвернулась, даже не поздоровавшись.
— Эй, что случилось? — обеспокоенно спросила Роза.
— Ты мне трижды соврала! — Роксана, наконец, повернулась к ней.
— В чем? — не совсем понимала Роза, что имеет в виду кузина, если только что-то про статью…
Но вместо ответа Рокси протянула ей сложенный, как конвертик, пергамент, а на нем значилось для мисс Уизли.
Даже по почерку Роза понимала, что это от Люциуса. А его привычка называть ее мисс Уизли… Кажется, сова перепутала, принеся записку совсем не той мисс Уизли, ведь даже в самом письме ее имени нигде не было обозначено, только Роксанино.
Вчера я случайно наткнулся в лесу на кентавров. Думал, что они не захотят говорить со мной, но оказалось, что они видели, как я спас тебя, поэтому захотели отблагодарить, ответив на любой мой вопрос. Я задал твой, про сущности с душами. Ниже координаты места, где они обитают. Однако душу выбирать должен тот, кто собирается ее делить, поэтому это будет должна сделать сама Роксана, но только после того, как ты снимешь с нее остатки чар.
Л.М.
P.S. Спасибо тебе за Драко, я слышал, как люди обсуждают слова твоей матери из статьи.
— Ты просила за Драко, ты общаешься с Люциусом Малфоем, ты… — запнулась Роксана, чуть останавливая свой гнев. — Ты что-то знаешь о Даммене?
Роза медленно выдохнула. Один раз ведь она уже доверилась Роксане о своих чувствах к Скорпу, и она ее поняла, даже немного помогла. Может, и сейчас кузина даст ей какой-то совет, что ей делать с тем, во что сейчас превратилась ее жизнь?
— Он был здесь, — вскочила с кровати Роксана. — И ты мне не сказала? Роза, почему? Ты второй раз уже решаешь все за меня…
— А разве в первый раз было плохо, когда ты все узнала в нужный момент? — пыталась успокоить Роксану Роза. — Я же и сейчас делаю все, чтобы вы были вместе…