Темный янтарь 2 (СИ)
Янис, да и многие другие пассажиры, в дискуссии не участвовал. Помог подняться на борт по штормтрапу нескольким людям, сообща вытащили молодую женщину – успела в воде скинуть платье, теперь судорожно плакала и задыхалась, вцепившись в пробковый пояс на груди – вообще жутковато смотреть.
Далее оставалось сесть на ворох обгорелых досок, слушать «вече» и смотреть на разбитую бомбой надстройку.
— Смотришь? – подошел давешний кривоногий отставной бегун, с ним трое матросов и военный капитан-связист.
— Смотрю, – признался Янис. – Можно что-то сделать?
— Нужно! – веско сказал капитан-связист. – Только специалистов убило. Вот, товарищ Михнев получается у нас за главного инженера, на борту еще кочегары и машинист уцелели.
— Я электрик, с катера, – Янис поднялся. – Что могу, сделаю…
— Сиди пока, – сказал связист, глядя на нелепые галоши на ногах не очень настоящего катерника. – Сначала нужен план работ. Странная ситуация: у нас тут с десяток толковых инженеров и специалистов, но все строго не по профилю.
— Вообще я тоже в прошлом торпедист, а это специальность прямо противоположного курса, – угрюмо сообщил товарищ Михнев. – К тому же я давно списанный. Но перебирать анкеты нам особо некогда.
— Воздух! – закричали от орудия.
Палуба ахнула, а потом взвыла от ужаса...
Янис понял, что в любом случае "Кара-Богазу" конец – не разбомбят, так люди сами перетопятся. Уже метнулась волна людей к борту, прыгали, цепляясь друг за друга, летели в воду, калечились.… Даже те, кто десять минут назад кричал с воды, умоляя поднять обратно на палубу, поддались необъяснимому безумию.
Михнев сдернул с головы капитана-связиста фуражку, нахлобучил на свою лысую голову, рявкнул:
— Бойцов ставь, капитан!
Яниса пхнули мечущиеся люди, теряя галошу, отшатнулся к почерневшей стенке рубки.
Туда же – на полуразрушенную надстройку – кривоногим, но прытким матерым котом взлетел Михнев – расправил и без того широкую грудь, заорал трубно, что пароходный гудок:
— Отставить панику! Военным – приготовиться к отражению налета! Остальные – все от борта! По паникерам будем стрелять! От борта, я сказал, вашу в якорь...! Отделению приготовиться к стрельбе!
По-правде сказать, никакого отделения с винтовками на палубе не имелось. Нет, и бойцов хватало, и винтовок тоже, но в предчувствии падения бомб это были уже не совсем военнослужащие.
— От борта! Заняться подготовкой отражения налета! В бога, вас в архангела… – ревел Михнев.
Кто-то остановился в замешательстве, но неудержимо прыгали за борт люди, вздрагивали леера, под бортом уже кто-то отчаянно кричал, идя ко дну.
Прозвучали выстрелы – стрелял в воздух капитан-связист, его ТТ, брызгая взблескивающими на солнце гильзами, мигом выпустил в сторону солнца весь магазин:
— Отойти от борта! – это уже Михнев хором с капитаном.
Толпились люди, хватались друг за друга, но уже на палубе. Орал насчет «отойти!» кто-то и на корме, щелкали затворами пришедшие в себя красноармейцы. Кричало море под бортом, одни люди плыли дальше от судна, другие пытались цепляться за свешивающиеся в воду канаты…
— Немцы мимо прошли, по носу на кого-то бомбить заходят… – неуверенно известили от орудия.
Самолетов и попавшее под удар судно видно практически не было – только точки на горизонте и дымы.
Янис выматерился про себя, многие на палубе вслух.
— Панику и мат прекратить окончательно! – приказал преобразившийся Михнев. – Командирам разобраться с составом! Механики, техники, флотские специалисты – срочно ко мне!
Пыталась разобраться обугленная, в пятнах крови палуба, отступала выворачивающая душу людей паника. Снова кого-то поднимали на палубу из воды. Капитан-связист защелкнул в пистолет новый магазин и ушел воспитывать болтливых зенитчиков.
— Товарищ Михнев, разрешите заняться работами? Там еще завал разбирать огромный, – обратился Янис.
— Давай, парень, вот вы трое – приступайте, – отдуваясь, приказал Михнев. – Сейчас организуем полноценную авральную бригаду. Третий помощник раненный, но жив, узнаем, может ли говорить. Тут с наскока не разберешься.
— План работ нужен, – вполголоса напомнил Янис. – И вообще план. Допустим, мы чинимся, идем к острову Вайндло.
— К Вайндло? – поднял короткую, но весьма мохнатую бровь Михнев. – Хотя отчего и не Вайндло.… Давайте, товарищи – без полундры, но быстро, дельно, умно работаем.
Издалека доносился рокот разрывов бомб – немцы продолжали атаковать кого-то несчастливого, а на палубе "Кара-Богаза" кричал от боли мокрый человек со сломанной ногой. Янис подумал, что пойти и наконец, заняться делом – самое время.
Отгибали загнутый взрывом лист обшивки, лом имелся единственный, матросы и примкнувший к ним связист работали обломками брусьев и металлическими штырями. Готовая подменить четверка ремонтников ждала своей очереди, приводила в порядок подходы.
— Насчет Вайндло ты, Ян, загнул, – прокряхтел один из членов сборной ремонтной команды. – Остров-то вон где должен быть, а мы южнее.
— Э, я что, штурман? Сказал «допустим, Вайндло», а там пусть умные люди решают, – намекнул Янис, чувствуя, как от усилий наливается болью не особо заживший бок.
— Тоже верно, – согласился матрос, ловчее перехватывая брус.
— Хлопцы, вот лично мне все одно – Вайндло, Майндло или вообще Хруйндло, я про морское не понимаю. Но нужно же куда-то идти, нужно чинить и надеяться, – справедливо пробурчал крепыш-сержант из армейцев.
Работали. В тесноте и гари трюма, расчищая, ругаясь: внизу не видно не зги, а сверху в пролом солнце бьет, слепит. Потом протянули от машинного лампу, Янис удлинил провод…
Во время налета работы не прерывали. Стукало орудие, завывали самолетные двигатели – пикировщики пожаловали. Вздрагивал корпус транспорта от близких взрывов бомб, звучали команды на палубе, короткими залпами трещали красноармейские винтовки – отбивался чем мог «"Кара-Богаз".
— Собьют, он, гад, на нас же и брякнется, всё насмарку пойдет, – предрекал веселый сержант.
Смеялась, не отрываясь от дела, ремонтная команда, сбивая пальцы, снимала кожух. Инструментов считай, и не имелось, каждый гаечный ключ на вес золота…
Улетели немцы, поддался упрямый кожух, добралась бригада до рулевых механизмов. Штуртросы, основной привод… на катере все было как-то попроще. Ну, Янис хотя бы катерное устройство в свое время осознал, товарищи по аварийной команде механизмы на ходу изучали…
***
11:05. Подрыв на мине парохода «Найссаар». Затонул.
11:10. Атака трех Ю-87 на транспорт «Лейк Люцерн». Одно попадание в крышку носового люка. Судно сохранило ход.
12:15. У острова Родшер нанесен авиаудар по «Второй пятилетке». Прямое попадание в корму. Теплоход затонул.
12:40. У острова Гогланд группой Ю-87 атакован «Иван Папанин». Прямое попадание в 3-й трюм. Пожар, судно продолжило движение.
13:10. Авиаудар восьмерки «Хейнкель-111» по лидеру «Ленинград». Атака отражена, попаданий нет.
13:10. Ударом авиации потоплен танкер №12. Тральщиками «Клюз», «Менжинский» и «Антикайнен» снято с танкера 75 человек.
13:20. «Иван Папанин» дошел и выбросился на мель. Начата высадка пассажиров на южную оконечность острова Гогланд.
13:25. Полузатопленная, с горящими надстройками, плавмастерская «Серп и Молот» выбросилась на мель у Гогланда. Начата выгрузка пассажиров.
13:40. Эсминец «Свирепый» и идущий за ним на буксире поврежденный «Гордый» атакованы четверкой Ю-88. Атака отражена, повреждений нет.
***
В следующий раз отбомбились немцы по "Кара-Богазу" плотно и густо, «юнкерсы» заходили неоднократно, но попадание было одно – бомба легла в первый трюм, транспорт остался на плаву, хотя сильный пожар тушили довольно долго. Может, пожар и помог выжить: еще трижды проходили над судном вражеские самолеты, но бомбы тратить не пожелали – судя по клубам дыма, посудина и так была обречена.