S-T-I-K-S. Человек из Пекла. Книга 2. Часть 2 (СИ)
— Ты, Дим, потерялся. Или ещё не нашёл себя. Вот я, например, нашёл, — показал он на бутылку и продолжил пьяным голосом. — Я старый знахарь-алкоголик. Знаю, что будет завтра и через неделю, месяц. И доволен этим, чувствую себя на своём месте. А ты, нет. Может быть, обретёшь себя, лучше, чтобы обрёл. Иначе сложишь голову и не поймёшь, зачем жил. И месть, всё-таки, не та цель, ради которой нужно жить…
Он же, после того разговора и дал Диме хорошую наводку, попробовать обратиться к Команчу, своему учителю, в Конклав. Дал так же и свою «рекомендацию», пара слов буквально, фраза-шифр, чтобы выслушали. Но при этом и предостерёг, что могут возникнуть проблемы, если там поймут, кто есть Дима. А там поймут, в этом сомневаться не приходится. Потому, обращаться на свой страх и риск, в крайнем случае. Дал так же и координаты нужного стаба.
Вообще, очень много всяческих советов прозвучало от всех. Половину из них Дима уже и забыл из-за обилия других, последующих. Готовили его, что называется, всем миром. И парень понял, наконец, что все они, эти люди, его любят и волнуются за него. Только вот, теплее на душе от этого не становилось. Может, банальный эгоизм всему причина. Хочу и всё. Хочу найти и оборвать бородёнку этому старику, врезать в рыло так, чтобы сапогами накрылся и вскрыть от паха до глотки!
И одновременно с этим, пустота. Ни там, в Пекле, нет ему места, ни здесь, среди друзей, не обретёт он покоя, будто призрак… дитя Улья, но ещё не нашедший своего места в этом мире…
* * *Караван пришёл к полудню четвёртого дня. Обычно торговцы останавливались в Гвардейском на четыре-пять дней, если не требовался ремонт или ещё что-нибудь, требующее затрат времени. Ко всему прочему, экипажам машин, бойцам, требовался отдых. На Пограничье, фронтире Обитаемого пояса, расстояния между стабами довольно большие, да и сама территория очень опасна. Поэтому передвижение здесь, шумным караваном, грохочущим двигателями огромных машин, представлял собой сплошной стресс. Частые стычки с заражёнными не давали расслабиться. Пять приграничных стабов на маршруте, среди которых Гвардейский являлся последним и самым близким к Пеклу. Холм, как ни странно, Приграничьем уже не считался.
В этот раз задерживаться караванщикам не требовалось. Транспорт в порядке, люди тоже. Расположились торговцы, естественно, в гостевой зоне.
Договориться на проезд с торговцами труда не составило, разве что, встретиться с их человеком, который решал подобные вопросы, Диме удалось только на второй день. Встреча прошла в «малом», втором баре Крикливой в гос-вом районе. В том же здании располагалась и гостиница, так же принадлежащая предприимчивой женщине. На встречу Дима пошёл один, хотя тот же Нюхач предлагал свою компанию. Юноша отказался, мотивировав это необходимостью начинать уже решать вопросы самому.
Скрипач, являющийся в караване замом начальника охраны, как раз и отвечал за кадровые вопросы и пассажиров, если таковые находились. Был он высок и худ, кость тонкая, длинные пальцы. Лицо тоже, с тонкими чертами. Глаза, разве что, выдавали в нём опытного бойца и далеко не новичка в Улье.
На встречу Дима пришёл вторым, оно и понятно, ему из внутренней территории стаба добираться, а караванщики, вот они, этажом выше расположились.
Помещение бара являло собой практически полную копию такого же на Базе, разве что по стенам развешены «кожаные» атрибуты и несколько плакатов с полуголыми девицами, стены выкрашены в фирменный бордовый цвет, да пара пилонов в центре возвышались на добрый метр от пола.
Найдя взглядом нужного человека, Дима к нему и направился. Поздоровались, представились. Дима тянуть не стал, сразу обозначив свой интерес. Скрипач хмыкнул, другим взглядом посмотрел на Диму и спросил:
— А почему уехать решил?
— Надоело тварям голову подставлять. Хочу в более спокойные места податься. Долгов перед стабом нет, если это важно.
Собеседник усмехнулся, сделал глоток пива из стакана и снова спросил:
— А там, в более спокойных местах, тварей, нет что ли?
Дима чуть склонил голову набок и ответил:
— Таких, как здесь, нет. Я в отряде Мятного год отходил, знаю о чём говорю. Не смотри, что молодо выгляжу.
Скрипач хмыкнул, явно немного удивлённый.
— Тогда вопрос закрыт, знаю Мятного. О себе маленько расскажи? И где сойти планируешь?
Тощая и некрасивая официантка поставила перед юношей стакан тёмного пива и небольшую тарелочку орешков. Тянуть Дима не стал, отхлебнул и начал говорить:
— Да нечего, собственно, рассказывать. Провалился чуть больше года назад. Вытащили меня из Приграничья, повезло выбраться на рейдовую группу. Или они на меня всехали, не важно, в общем. С недельку пообвыкся, переговорил с пацанами, которые меня привезли, — снова отхлебнул. — Отвели к Винту, с ним с месяц покатался новичком. Потом и в основной состав отряда приняли. Как-то так. Сойти даже и не знаю где, думаю, вы лучше подскажете. Есть же наподобие стабы, где и порядок и хорошему стрелку, не понаслышке знакомому с тварями, работа найдется?
Скрипач снова хмыкнул.
— Хорошо, понял тебя. А с людьми воевал?
— Шесть лет контракта. Там… неспокойный у меня мир был…
— Это… сколько тебе, Медоед, годков, получается? — с сомнением посмотрел Скрипач.
Дима ухмыльнулся и ответил:
— Двадцать восемь. У меня, там, позывной был, Малой.
— Понятно, — протянул караванщик. — Что ж, не вижу проблем, чтобы тебя не взять. Условия обговорить осталось, сам понимаешь, просто так никого не возим.
Дальше разговор скатился к банальному торгу. В итоге договорились, что Дима будет в караване на правах вольного стрелка, то есть обязан в случае нападения участвовать в обороне и обязан отстоять, как минимум, одну смену в день. Жалование он станет «получать» едой, наличием шконки в пассажирском отсеке и патронами, плюс обычный процент с добычи. И сойти может в первом понравившемся стабе, предупредив до ухода каравана из этого самого стаба. Юношу условия вполне устроили, хотя Скрипач и норовил поначалу «срезать» пункт с процентами.
Разошлись довольные друг другом. Вечером через день, Диме нужно ждать здесь же, с вещами. А с утра уже, в путь-дорогу.
* * *Вечером этого же дня с «Шестёрки» вернулись Институтские с группой сопровождения из «Северян». Потрепанные. Нарвались, как водится в Приграничье. Но самое, мягко говоря, неприятное, столкнулись не со стаей или матёрым Элитником, а со скреббером. И ещё удивительнее, что небольшая продолговатая тварь их не убила. Всех, во всяком случае. Развлеклась с людишками и скрылась. Очень многие этот день начали считать вторым днём рождения. У Институтских погиб один стрелок, а у «Северян» трое. Ранены почти все, хорошо ещё, тяжёлых немного. На обратном пути к форпосту потеряли ещё двоих, тоже из Отряда, но там уже твари напали.
Всего этого Дима не знал, да и откуда. Его, на данный момент, больше занимали рассказы прибывшего вместе с караваном, известного в этих краях, да и вообще, много где, хвата Бесогона. Юноша, вместе с ещё десятком человек, сидел за соединённым в один большой, столом и слушал, под пиво, красочно описываемую, очередную историю хвата.
В бар, в это время, ввалились десяток человек в одинаковой одежде. Несколько из них явно раненые, у кого рука на перевязи висит, а кто хромает. Внимание сразу переместилось на них. Кто-то из рядом сидящих с Димой буркнул: