S-T-I-K-S. Человек из Пекла. Книга 2. Часть 2 (СИ)

— Повезло мне. Очень повезло, — нехотя начал Дима. — Я ведь тоже немножечко кваз, — Клоп на этих словах поперхнулся, Шалый удивлённо уставился на Медоеда, а Алина с Карданом, вообще, на месте встали от удивления.
— Как так..? — спросил Шалый, тоже остановившись. Дима опёр руки о висящий на груди автомат и встав напротив спутников, поочередно посмотрел на каждого, чуть усмехнулся и продолжил:
— Повезло мне. Неудачно принял чёрную. Началась реакция. Но в стабе в это время гостил учитель нашего знахаря.
— Великий… — вытаращил глаза Клоп, остальные тоже были уже на пике удивления, судя по эмоциям. Дима мотнул головой, прервал напарника:
— Нет. До Великого ему ещё далеко было. Но толк в своём деле знал. В общем, вдвоём они сумели что-то там сделать со мной, подробности не знаю, вернее, не понимаю, не моя область. Короче, сумели они минимизировать мои изменения. Из их слов я понял, что мне очень повезло попасть к ним в самом начале изменений. Ну и что знахарей двое сразу. Иначе был бы таким же здоровяком, как ты, Кардан, — под конец Медоед растянул губы в улыбке. Невольно усмехнулись и остальные. — А глаза чернеют не всегда, от количества адреналина или что-то в этом роде, зависит, тоже точно не понял. Не мешает и ладно.
Кардан сощурился и сделал шаг вперёд, поинтересовался:
— И что ещё в тебе осталось от кваза?
— Ага, — поддакнул Клоп.
Медоед пожал плечами, ответил:
— Чуть сильнее, чуть быстрее, чуть выносливей, кожа твёрже стала, но не сильно, слышу лучше, — снова усмехнувшись, добавил:
— Жрать тоже вот, больше стал, — снова усмешки на лицах товарищей.
— То есть… одни плюсы остались? — Шалый. Дима задумался и спустя несколько секунд ответил:
— Нет, есть и минусы, но они психики больше касаются. Намного вспыльчивее стал, безрассуднее, например. Раньше это проблемой было, сейчас более-менее научился себя в руках держать.
— Так уж и научился… — совсем тихо буркнула Алина, отведя полыхнувший ненавистью взгляд.
— А на заражённых ты… — Шалый пытался сформулировать мысль. — Ну вот сейчас, в одиночку выскочил, это…
Медоед понял его и ответил:
— Это расчёт был. Я точно знал, что смогу их всех положить. И точно знал, что мы впятером сможем убить и других. Когда знаешь диспозицию и готов к стычке, обычно побеждаешь.
— А если бы мы не были готовы?
— Тогда бы кто-нибудь из вас умер, — пожал плечами Дима.
Шалый с остальными аж рты пооткрывали. Возмущение и негодование проявилось и в эмоциях. Медоед снова заговорил:
— Но вы были готовы. И никто не умер. В чём проблема?
— Да в том, что ты грёбаный псих! — выдал на эмоциях Клоп. — Я бетоном чуть в штаны не навалил, когда эти твари выскочили!
— Не навалил же, — снова пожал плечами Дима. — Мы справились, в чём проблема? — снова спросил он, уже оглядывая всех. Ответил Шалый:
— Наверное, проблема в разности подхода. Ты привык у себя на Приграничье к таким стычкам. Честно, до этого я сомневался и в половине того, что ты рассказывал. Теперь не сомневаюсь, — он снова глотнул живчика и продолжил. — Проблема и в том, что мы, — он выделил последнее слово, — не привыкли так сражаться. Если для тебя такая стая опасности не представляет, то для нас…
Дима перебил его:
— Извини, что перебиваю. Я тебя понял. И наверное, ты прав. Да, на Приграничье сражаются по-другому и твари там куда опаснее. Из этого я и исхожу. И ожидаю от вас того же. Моя ошибка, учту. Но в любом случае, всё кончилось хорошо, никто не умер и штаны у всех чистые.
— Это ты нас сейчас что, опустил что ли? — вклинился Клоп.
— Клоп! — Шалый. Медоед перевел взгляд и Клоп чуть стушевался.
— Хотел бы опустить, одним бетоном в штанах ты бы не отделался. Шалый правильно сказал, мы по-разному оцениваем опасности и поэтому реагируем тоже, по-разному. Для меня, так как я привык сражаться с куда более опасными тварями, эти, опасности, в общем-то, не представляли. Но я не учёл, что эту же угрозу вы оцениваете не как я, потому что не привыкли и не видели того, что видел я. Но сработали при этом, как я от вас и ожидал. И в чём, скажи-ка, я тебя опустил? — Дима начинал закипать, как всегда бывало в таких случаях. Даже тон изменился. Все это заметили. Шалый почему-то не был уверен, что вспыхни сейчас драка и они одолеют этого малого. Кардан ненавязчиво выступил чуть вперёд, Алина наоборот, чуть отступила, а командир отряда перевёл внимание на себя, заговорил:
 
— Успокойся, Медоед. Никто тебя ни в чём не обвиняет. Клоп просто отойти всё не может, вот и говорит глупости, так ведь? А нам всем нужно поработать со взаимодействием и взаимопониманием в таких ситуациях. Чтобы и ты не расчитывал на то, чего мы не можем и мы не недооценивали тебя, — он снова взглянул на своих. — А вообще, мастер-класс ты нам показал крутой и я бы хотел, чтобы и мы могли так же. Это, в свою очередь, повысит и прибыльность нашего предприятия.
Дима чуть усмехнулся, успокаиваясь. Слова Шалого всё же попали в цель, похвалу Медоед любил.
— Я тебя понял, Шалый. Попробую, но учитель из меня хреновый. И… извиняйте, на наезды реагирую соответственно.
Командир выдохнул про себя. Не хватало ещё сцепиться друг с другом из-за мелочи. В сущности ведь, Медоед прав. Всё кончилось хорошо, какие проблемы? И если он сможет научить их хотя бы чему-то, ценность отряда повышается пропорционально.
— Вот и ладушки. Двинули, — уже ко всем обратился Шалый.
Минут десять спустя Дима произнёс:
— Понял я, почему так много тварей было. Где-то неподалеку кластер подгрузился. Вот и пёрли туда.
— С чего ты так р-решил? — пророкотал шёпотом кваз. Остальные тоже заинтересованно посмотрели на парня.
— Шли все в одну сторону. И спешили к тому же. По идее, они по деревне той разбрестись должны были в поисках жратвы, а тут ломились толпой… да и вспомнил тоже, столб видел, но внимания не заострил.
— Чё за столб? — прогундосил Клоп.
— Перезагрузка. Кисляк в небо поднимается столбом, не поверю, что не видели никогда. Здесь, правда, почему-то не так заметно, как у Пекла. Я сразу и не допёр. Видно-то их за километры. Ещё с караваном когда ехал, через, наверное, месяц, замечать стал, что блёклые какие-то они, столбы эти становятся.
— О как… — протянул Шалый. — Я и не обращал внимания никогда… здесь особо в небо и не смотришь.
— Век живи, век учись, типа, — вставил Клоп.
— Ты, Клоп, всё равно дур-раком помр-рёшь, — Кардан тоже вставил своё слово и послышались смешки.
— Вечно тебе обосрать всё надо, Кардан, — наигранно обиженно ответил приятель и снова раздались смешки.
Следующие пара часов прошли спокойно. И в основном, молча. Клоп, разве что, иногда жаловался на заросли и буераки. Шли по лесу, пересекали лесные дороги, поля обходили, как и деревеньки, коих попадалось немного. Лес же, продолжал жить своей жизнью, несмотря ни на что. Среди ветвей метались орущие птицы, дезориентированные провалом в другой мир. Нет-нет, метались и белки, перескакивая с ветки на ветку. Крупных животных не было. Съели. Иногда попадались растащенные костяки. И тогда путники начинали вдвое больше вертеть головами. Один лишь Дима шёл спокойно, осматриваться ему нужды не было, эмпатия помогала. И ещё он СЛУШАЛ. Слушал окружающее и пока всё было спокойно. Да, в радиусе охвата эмпатии попадались и заражённые, но немного и в основном, слабые одиночки. Сильной стае в лесах делать нечего, только если кочуют с места на место. Об одиночных заражённых Дима даже не предупреждал, какой смысл лишний раз тревожить спутников.
Обойдя очередное поле и углубившись уже в березняк, Дима вдруг вскинул руку, сжатую в кулак. Остановились и присели, схватившись за оружие.
 
— Люди. Впереди. Трое, — коротко отрапортовался Медоед. Военных жестов, которым Диму научили ещё в детстве, напарники не знали. Вернее, только самые основные, вроде того, что сейчас выдал парень. Так что пришлось объясняться словами.