Там, на неведомых дорожках... (СИ)
Начав приглядываться к пернатым, я также начал обращать внимание и на особенности другой живности. Ящерки, например, зачастую имели гребни, рожки, перепончатые ушки, у некоторых было по шесть лап, а у иных всего две. Белки были летягами, с перепонками для планирования между лапами, зайцы имели хвосты тушканчиков и их же прыгучесть, олени — четыре уха, лисы — три хвоста.
С насекомыми дело обстояло не лучше. Из знакомых были пчелы, комары, бабочки, из незнакомых — стрекозы в форме хитиновой феи, с руками и ногами человечка и головой насекомого, которые при попытке их рассмотреть или поймать нападали на меня, вереща что-то вроде «никс, никс»! Обоюдоголовые гусеницы-многоножки, одноглазые улитки, мокрицы с щупальцами вместо рта…
На охоту планировал уходить километров на пять от своего логова в различных направлениях, чтоб местное зверье раньше времени не поняло назначение лука и не стало меня сторониться.
Время было уже за полдень, надо было или идти на обед к ближайшему малиннику, и это займет часа два-три, или пробовать выйти на охоту, рискуя и вовсе остаться голодным. Я выбрал второе. Повесил за спину рюкзак, накинул сверху накидку из рогозов, колчан со стрелами прицепил к поясу, лук оставил в руках. Кинул пару веревок в рюкзак и туда же положил рубило. Хотел бросить туда же дубину, но передумал — тогда смысл ее брать пропадал, ведь я не успею ей воспользоваться если на меня нападут. Я замотал рукоять дубинки веревкой, оставив петлю, за которую ее можно было прицепить к поясу, повесить через плечо или на запястье.
Сначала я дошел до Огромки, потом отдалился от нее на две тысячи шагов на северо-запад и принялся выслеживать птицу. Занятие давалось нелегко хотя целей было много. Крупная птица была чуткой и предпочитала улетать, едва завидев меня, просто так, на всякий случай, а в мелкую пернатую дичь я просто не попадал из лука. Однако местные птахи не знали, что такое лук, и это обстоятельство сыграло мне на руку. Стрелял я шагов с десяти, потерял две стрелы, одну сломал, но зато подстрелил трех пташек. Убойной силы лука хватало чтоб стрела выходила навылет, и птица падала вниз. Однако при падении и последующей агонии риск потерять стрелу был очень велик, поэтому я стремился подбежать как можно ближе и свернуть шею или добить дубиной, которая висела в петле на правом запястье. Со сломанных стрел я снимал наконечники. Тушки подвешивал к поясу.
Одна птичка попалась мелкой, с галку размером, вторая была похожа на фазана с длинным хвостом, третья на здорового попугая с тонким утиным клювом.
В логово вернулся засветло, огонь еще не прогорел полностью, и я подкинул в него полешек. Затем задался целью освежевать самую крупную тушку. Нейросеть подхватила задание и, к моему огромному облегчению, выдала туториал на разделку. Следуя ему, я сначала выпотрошил и ощипал птиц, потом освежевал. От внутренностей отделил съедобные части — сердце, печень и желудок. Хотя, подумав, выбросил желудок. После этого отрезал птицам головы, или то, что от них оставалось.
Промыв выпотрошенную дичь, я насадил ее на деревянные прутья и разместил над очагом. Внутренности я порезал на кусочки, скидал в глиняный горшок, добавив к ним листья папоротника, несколько других травок с приятным запахом, хвои, пару съедобных корнеплодов вроде смеси свеклы и редьки, и залил все водой, подвесив горшок на треноге, установленной над очагом.
Я не забывал переворачивать дичь и помешивать варево. Кожица на тушках зарумянилась, жир капал на угли, взрываясь облачками пара. Пещера заполнилась одуряющими ароматами жареного мяса. Чтобы отвлечься от спазмов в желудке, я запросил нейросеть информацию об оперении стрел, после чего занялся сортировкой перьев и закреплением их на стрелах. Делая в стрелах с противоположных сторон два паза, я вставлял туда расщепленные перья, фиксировал смоляным клеем и приматывал крапивными нитями, пропитанными тем же клеем.
В этот вечер я впервые наелся до отвала, поглотив всю похлебку и одну тушку птицы, и тут впервые призадумался об устройстве отхожего места. Раньше нужду я справлял в ближайших кустиках, но человеческие экскременты — это не только пара килограмм фекалий, но и ценный химический реактив. Одним из вариантов усиления собственных позиций я рассматривал синтез пороха и создания оружия на его основе: гранаты, ракеты, огнестрел. Компоненты для создания пороха никогда не были тайной. В юности мы покупали селитру в садовых магазинах, серу и активированный уголь в аптеках и из них делали бомбочки и ракеты. Так что какой-никакой опыт в этом деле был.
Уголь можно добыть пережогом ивы, серу поискать в горах, а для производства селитры сделать компостную яму. Потом смешать эти ингредиенты в пропорциях 15/10/75 и получить порох. Выглядит все довольно просто. Полагаю основной затык будет в сере, если найду залежи в горах или хотя бы геотермальные источники, то можно будет заняться порохом.
Производство селитры, как я понимаю, тоже процесс не скорый, пусть перегнивает пока я буду искать серу. Отхожее место в любом случае пригодиться. Вырою яму, буду ходить туда по большому и по-маленькому, сбрасывать остатки животной и растительной пищи, накидаю сухой травы, золы, известняка, если найду, и закрою все это пластом почвы как крышкой или сооружу соломенную крышу или навес, чтоб еще и от дождя защита была. Ну и помешивать все это дело почаще и ждать пока появятся белые выделения или пробовать растворять компост в воде и выпаривать. Не знаю, правда, сколько времени на это потребуется, но думаю через месяц-другой можно будет начинать эксперименты. Корпуса гранат можно будет делать из керамики, корпуса — ракет из берестяных тубусов, но это так, прикидки, деталями пока озадачиваться рано.
Понимая, что от компостной ямы будет вонять, я расположил ее метрах в ста от пещеры. Срезал ножом пласт дерна метр на метр, углубил яму руками и керамической лопаткой на полметра. На первое время пойдет, а дальше буду дорабатывать по необходимости. Справил нужду, скинул туда головы и кишки, закрыл яму пластом земли, чтоб не так воняло и чтоб газы от гниения не улетучивались. Завтра сооружу нормальную крышу, навес из соломы и палку-говномеску.
Наличие туалета, даже такого примитивного, подняло настроение — я неуклонно двигался по пути прогресса. Похоже, жизнь здесь постепенно налаживалась. Перед сном я решил произвести инвентаризацию всего что имею на данный момент. Получилось примерно следующее:
1) Лук охотничий, 6–8 кгс, 1 шт
2) Стрела из стебля рогоза, оперенная, с кремневым наконечником, 6 шт
3) Кремневый наконечник для стрелы, 1 шт
4) Рубило из кремния, многофункциональное, 1 шт
5) Кремневый нож заподлицо с рукоятью, бытовой, 1 шт
6) Каменный двуручный топор, лесорубный, 1 шт
7) Кремневая рогатина с плавающим креплением двойной поперечины, охотничья, 1 шт
8) Деревяная дубина с веревочной петлей, 1 шт
9) Плетеный лыковый колчан, на 10–15 стрел, 1 шт
10) Плетенный лыковый чехол для рубила, 1 шт
11) Лапти из ивового лыка, 1 пара
12) Накидка из рогоза, 1 шт
13) Юбка из рогоза, 1 шт
14) Плетеный ремень из ивового лыка и крапивных веревок, 1 шт
15) Плетенный рюкзак из ивового лыка, крапивных веревок и березовой бересты, 25–30 л, 1 шт
16) Кровать из ивовых бревен, веток и соломы, 1 шт
17) Очаг каменный с вертелом и рогулинами, 1 шт
18) Отхожее место, 1 м3, 1 шт
19) Берестяные противни в ассортименте, 15 шт
20) Лыковые веревки, 1 м, 7 шт
21) Крапивные веревки, 1 м, 3 мотка
22) Глубокая керамическая чаша, 0.3 м, 1 шт
23) Плоская керамическая тарелка, 0.3 м, 2 шт
24) Плоское керамическое блюдо, 0.5 м, 2 шт
25) Керамическая плошка, 0.25 м, 1 шт
26) Керамическая кружка, 0.3 л, 2 шт
27) Керамический горшок, 5 л, 1 шт
28) Керамический горшок, 3 л, 2 шт
29) Керамический горшок, 1 л, 3 шт
30) Керамический горшок, 0.5 л, 4 шт