Шерловая искра (СИ)

Однако… со слов Мираза выходило, что разъярённое божество уже не отпустит свою сбежавшую жертву.
— Неправда. — возразила я, — Ведь сослуживец Рона тоже жив, и без помощи камня.
— Вряд ли. — покачал головой старик.
— Рон?! — я с отчаянной надеждой посмотрела на мужа.
— Он прав. Пришёл ответ родителей — моего товарища больше нет. Они не писали, думая, что я тоже… погиб. Не хотел тебя пугать.
— Друг мёртв, тебе стало хуже, шерл истощён… Это всё неправильно! Нужно искать, нужно думать! Неужели выхода нет?! — взмолилась я.
— Есть. — возвращая лёгким способность снова дышать, ответил Мираз.
  
51
 
Старик, как показал дальнейший разговор, действительно истово верил в мистическое происхождение недуга Рона. Во все эти отметины проклятого места, печати смерти и прочие фантастические вещи.
Мне, честно признаться, со своими традиционными и, соответственно, более приземлёнными взглядами на жизнь, очень сложно было искренне и безоглядно принять его трактовку первопричин проблемы и даже использовать дедовы формулировки как-то неловко. Мозг продолжал каждому его заявлению искать хоть какое-то логичное обоснование. Получалось, правда, не всегда.
С одной стороны, я бы, как и посчитала с самого начала, охотнее согласилась, что муж, съев ядовитую ягоду, заработал себе что-то вроде язвы желудка в крайне агрессивной форме. Такой вывод можно было сделать по характеру симптомов, сопровождавших его болезнь.
С другой, как человек в прошлой жизни много путешествовавший, не могла отрицать существование так называемых мест силы и со знаком «плюс», и со знаком «минус».
Мы ведь в своих поездках по стране и за границей не только помогали решать деловые вопросы, но и в отдыхе сопровождали своих клиентов. А куда стремится каждый любознательный, энергичный человек, попадая в чужую страну? Конечно же побывать в самых её диковинных уголках, особенно если они связаны с мистикой и овеяны тайнами древних легенд.
Смело могу утверждать, не всё, что толкуют про подобные места улыбчивые экскурсоводы — враки. Есть они — участки земли, которые способны наполнять бодростью, ощущением полёта, счастья и временным иррациональным чувством эйфории.
Длиться, кстати, это состояние может довольно долго. Как и ощущение подавленности, тягостной апатии, упадка жизненных сил, приобретённых в других — «отрицательных» точках планеты.
Никогда не забуду поездку с немцами-экстремалами в район Чернобыльской аварии. Уж не знаю, чего люди желают найти в таких местах, каких впечатлений заиметь, и что за странная тяга такая к зонам массовых трагедий… Лично я после той «экскурсии» самым натуральным образом заболела.
Понимаете, дело даже не только в том, что в рукотворной катастрофе погибли люди — сама земля… ох, она как будто не смогла простить то великое зло, что оставил за собой человек. Страшно. Всё время, что мы находились там, не покидало абсолютно параноидальное ощущение, что кто-то ступает след в след и пьёт-цедит по глотку саму жизнь. Неведомая жуть, посылающая в спину мстительные стрелы проклятия. Неловко в этом признаваться, но в тот момент казалось именно так.
Ветер в листве. Шевеля оперением,
Сквера колышется сумрачный свод.
Тихо скрипит Колесо Обозрения,
Неба царапая угольный грот:
Горестно, горестно крутится, лязгая
Старых кабинок лохматая ржа.
Нет, не смотри! Эта тихая вязкая
Фата-моргана заманит кружа.
Стёкла разбитые — жёлтыми ризами
Голодно смотрят и немо зовут
В ниши кабин, где на сумрак нанизаны
Дюжины душ, не нашедших приют.
Нет, не гляди. Убегай, поворачивай!
Ты не из этих, кому не свезло.
В спину тебе проскрипит озадачено
Не получившее трапезы зло…*
Вероятно, что-то подобное подцепил Рон на Хирговом капище. А может действительно… Не мне — недавнему гостю в этом мире — судить, насколько «живы» боги неба Синцерии. Ведь невозможно и совершенно неблагодарно было бы отрицать тот факт, что кто-то там явно желает помочь. И не менее настойчиво, чем Хирг тянется когтистыми лапками за душой Рона.
 
Вот где-то за этими размышлениями и пришла мысль о том, что поселили меня здесь не для того, чтобы я, веселья ради, одарила людей банальными пуговицами. Думается, ждут от меня чего-то более серьёзного и значимого. И я обязательно пойму, чего именно. Точнее, кажется, уже догадываюсь. Но об этом позже.
Всё по порядку. Отменить воздействие, полученное от голодного кровавого божества возможно, по версии мархаратского эскулапа очень даже просто — противодействием сил светлых богов. И более никак.
— Логично. Прелесть, а не дед. — была первая мысль, — И как всех этих Гроссов с Эринами организовать на сию милость?
Мой мысленный вопрос вслух более сдержанными выражениями практически продублировал Рон.
— Вам необходимо ехать в столицу. — прозвучал ответ.
— Точно! — подхватил муж, — Там же в самом центре Гордеро стоит храм всех богов. Вообще всех.
— Да не нужен вам тот храм! — сердито возразил Мираз и продолжил поучительно, как нерадивым школьникам, — Истинное место силы не в самой церкви, сколько говорить. Святой родник рядом с поселением в лесу окрест столицы — вот, куда идти следует.
— Родник?! — напряжённо переспросила я, вороша смутные воспоминания.
— Он самый. Старые, да мудрые именно возле него Гордеро возводили. А потом уж храмовники для удобства своего и церковь поставили.
— Во сне моём тоже что-то шептали про родник. Я думала, что просто пить хочу, вот и мерещилась вода.
— Э-эх. Вот и скажи, что не ве… — Мираз осёкся, быстро глянув на Рона, не решаясь даже при нём обозвать меня ведьмой (обещал же), — …ве-едут вас светлые боги к спасению.
— Соглашусь с вами. — заново переоценивая значимость сна, признала я, — Только не пойму, чем мы им так дороги.
— Время всё расставит по своим местам. — в лучших традициях китайского святого учителя Лао-цзы** с философской физиономией изрёк наш старец.
— Всё это хорошо. — возвращая нас к прозе, заговорил Рон, — Но если мы действительно нашли выход, возникает масса вопросов, как осуществить задуманное.
Проблем, в связи с предполагаемым отъездом, действительно нарисовалась масса.
Начиная с простейшего — на дворе зима, это доставит массу неудобств в столь длительном путешествии. Более того, у святого родника Рону нужно не просто побыть, а пожить.
Далее, не знаю, что перечислять вперёд. Взять, например, инициированное мною же производство пуговиц. Ладно, эту задачу можно переложить на Насуаду с Идриль. Ничего особо сложного уже не требуется — лишь довести до ума то, что запланировано.
Кузнец доработает пресс для штамповки металлических изделий, мастеров, которые будут вручную доводить их до товарного состояния можно набрать по окрестным деревням. Им же поручить изготовление пуговиц из дерева, кости и керамики. Кстати, на этот труд можно прекрасно подряжать людей с ограниченными возможностями. Таких немало, им — честный хлеб, производству — сотрудники на кропотливую работу.
Мастериц на все виды красивых декоративных пуговиц более сложного исполнения тоже привлекать из близлежащих селений, может даже и из города. Цех поставить, естественно за пределами замка, организовать общежитие и охрану. В этом Нэсси прекрасно поможет Мелькор.
— Как, всё-таки, ладно сложилось, что тётушка появилась в нашей жизни. — снова подивилась я на очередное удачное стечение обстоятельств. — Отцу на счастье, нам в помощь и в радость.
Отказаться от доходов, которые сулила моя идея, было легко. Честное пионерское. Во-первых, новый, так сказать, бизнес переходил не кому-нибудь, а в родные руки. Нэсси — натура деятельная и очень ответственная — дело не загубит. Да и Идриль рядом. Во-вторых, мы с мужем и так не бедствовали, чтобы сказать, уж пропадём без этих денег. А вот руки нынче решительно требовалось освободить. Придумаю ещё себе полезное занятие.