Тьма под кронами (СИ)

Не от костра, конечно: это наконец-то включился в дело эльф. Деревья, обступившие наш лагерь, вспыхнули: одни просто загорелись, а другие заверещали и отпрянули. Я понимал, что кругом еще полно энтов, но их было почти не отличить от обычных деревьев, которые тоже пошли ходуном. Их будто обдало мощным горячим ветром, зародившимся в центре лагеря и подувшим сразу во все стороны.
Эльф что-то кричал. Вернее — говорил, вполне ровным тоном, но слова эти звучали громче крика. Они грохотали, переливались с мощью колокольного звона.
Противник отступал, и у меня не было ни малейшего желания его преследовать. Не оказался насаженным на ветку через жопу — и то славно! А вот Бирн как раз ломился через чащу, изрыгая ругательства. Волшебный клинок, которым он орудовал, блестел в свете огня и магии Ойли.
Скоро северянин вернулся. Он выглядел чрезвычайно довольным собой.
— Победили!
— Да, этой ночью нашему небольшому отряду сопутствовала удача. Надеюсь, что она не оставит нас впредь. Вы оба отлично показали себя, как и в Дарвике.
Я срубил несколько горящих ветвей и побросал их на тело поверженного энта. Для верности всякую гадость всегда лучше сжечь.
— Не такие уж они и страшные! Я убил как минимум троих: одного здесь, двоих вон там. Если бы воины Дарвика были под началом приличного командира вроде…
Вроде Бирна, видимо? Может, он и имел право немного похорохориться, но меня эта бравада слегка вывела из себя. Северянин хорошо сражается, но слишком много говорит. К тому же…
— Он спал.
— Что?! Да нихера я не спал!
— Я думаю, друзья, эта деталь уже не имеет существенного значения. Как говорится, победителей не судят: я намерен руководствоваться в походе именно этим принципом.
— Возможно. Но он спал на посту.
Бирн разозлился, что понятно. Шагнул ко мне, сверкая глазенками и совсем не дружелюбно держа меч перед собой.
— Я. Не. Спал.
— Мы оба знаем, что это ложь. Может, она и не имеет значения. Но это ложь.
— Ты, уродец, очень много говоришь. — довольно абсурдное со стороны Бирна обвинение. — А я тебе не Оуэн. Я подобного не позволю.
Покойный сир Оуэн тоже думал, что не позволит. Ну-ну…
— Можешь не признавать, но ты облажался. Дерешься славно, но это не все, что от нас требуется.
— Я облажался? Я?! Нихера подобного! И ты, паскуда, зовешь меня лжецом?
Не стоило продолжать разговор, конечно, но я опять не уследил за языком. Все-таки был еще в горячке боя, трудно владеть собой в подобной ситуации. Я уже давно не человек, но человеческие слабости не стали совершенно чуждыми.
— Зову. А стоило назвать еще после истории про зуб и Поющих Мечей.
Бирна будто ушатом ледяной воды окатили. Миг назад он весь пылал — чуть ли не как горящий в костре энт, а теперь похолодел. Мои слова задели его за живое по-настоящему.
— Лучше, сука, больше такого не повторяй.
— Повторю или нет, правда не изменится. Из спящего на посту такой же Поющий Меч, как из Оуэна — паладин Милто.
Не уверен, что я на самом деле думал именно так. Скорее просто хотелось слегка поддеть этого самодовольного говнюка, который нас своей расслабленностью чуть не погубил. И даже самую малость не благодарен за то, что его спасли.
Можно было и не спасать, кстати. Но тогда пришлось бы драться с энтами одному, а это не очень весело. Ладно: предположим, он правда из знаменитого отряда. Но история про зуб дракона с самого начала смердела наглой брехней. Нет давным-давно никаких драконов, а вот болтунов по свету хватает. И их надо ставить на место — лучше поздно, чем никогда.
— Если ты, гад, не извинишься, то…
— Лучше погоняйся еще за энтами. Убеди себя, что не проспал атаку. И на том закончим разговор.
— Вы правда собрались устроить драку, друзья?.. Не сказал бы, что это отвечает моим интересам, ведь вы оба на меня работаете.
Справедливое замечание.
— Если хотите выяснить, кто здесь лжец и кто спал на посту… — продолжил Ойли. — То будьте любезны отложить мечи, которые принадлежат не вам. На кулачную драку я, так уж и быть, посмотрю. Но лучше обойтись без нее. Ваш конфликт никому не нужен.
 
Драться между собой глупо, но я понимал, что сам спровоцировал северянина. Эх, не зря годами вырабатывал привычку помалкивать: как ляпну — так вечно какая-то хрень происходит. Но может, Бирн станет более собранным и спокойным, когда получит по харе? Многие от этого хоть немного, да умнеют. Я воткнул меч в землю.
Бирн этого не сделал.
Нет, серьезно. Этот говнюк в самом деле попытался меня зарубить — по крайней мере, так разумно к трактовать ситуацию, когда мне на башку с размаху от задницы опускают меч. Еле увернулся.
Спросить Бирна, какого рожна он творит, времени не было. Промахнувшись, он тут же рубанул еще раз — наискосок, да так, чтобы не позволить мне самому схватиться за меч. Краем глаза я поймал лицо Ойли: эльф, хоть и велел не пускать в ход оружие, следил за нами с интересом и ничего не предпринимал.
Что один мудак, что другой. Обожаю свою работу!
Я вытащил кинжал из рукава и запустил его в Бирна. Стоило бы метить сразу в рожу, но надежда утихомирить северянина пока не угасла. Так что целился в кольчугу, просто чтобы сбить напор противника. Бирн плевать хотел: сообразил, что железные кольца этот клиночек все равно не пробьет.
Он снова занес меч, но теперь уже слишком предсказуемо. Когда дерешься с безоружным, легко расслабиться. Я не стал отступать или уклоняться, а бросился прямо на северянина — и успел подставить руку, заблокировать удар в самом начале. Северянин боднул меня в лицо: нос хрустнул, но я боль чувствую весьма притупленно. Хер меня таким ударом остановишь.
Я рывком вывел противника из равновесия, зацепил ногу, использовал свой вес — и мы вместе рухнули на землю. Бирн продолжал сжимать меч и еще вполне мог сделать какую-то гадость, а мне пришлось повозиться, чтобы вытащить нож из сапога. Наконец я все-таки прижал лезвие к шее северянина.
— Достаточно? Уймешься, победитель энтов?
— Пошел в жопу! Можешь резать!
— Я мог тебя вообще не спасать. И убить мог тоже. Успокойся.
Но Бирн, прижатый мною к земле, не успокаивался.
— Можешь, сука, убить! Можешь сделать это, но знай: да, я последний из Поющих Мечей! Это факт. Режь меня, образина, но это правда!
Надо признать: звучало похоже на правду. Я все-таки хватил лишнего.
— Два нелюдя! Зря, сука, с вами связался… Но если ты, чудище сортирное, меня не убьешь — так и быть, дойдем до горы вместе. А едва только ступим на вершину — след мне простынет!
— Похоже, Бирн, тебе в самом деле пора успокоиться. Я полностью согласен на эту тему с Гором.
— Да шел бы ты в задницу, эльфья рожа! Я нанимался охранять тебя, а не жечь людские крепости! И не бросать людей, которые… да ну нахер. Чего тебе объяснять?.. Я всякого говна наслышался об эльфах. Оказывается, мало слышал!
— Давай вернемся чуть назад. — спокойно отвечал Ойли, пока я продолжал держать колено на груди Бирна и нож у его горла. — К тому моменту, когда ты сказал, что готов дойти с нами до горы. Это правда?
— Правда, мать твою! Херово слушал? Сказал же: я из Поющих Мечей. Что бы уродец твой на эту тему ни думал. Поющие Мечи от заключенных контрактов не отказываются. Это не по-нашему. Но обратно я, сука, с вами не пойду! Выбирайтесь как знаете. До горы — и я сваливаю!
— Звучит замечательно. Тебя, Гор, это устраивает?
— Мне все равно. Я защищался.
— Безусловно. В таком случае, Гор, я бы предложил тебе убрать свое оружие и оставить Бирна в покое. Рассчитываю, что и Бирн не станет махать мечом — я, кстати, велел ранее этого не делать. А потом мы быстро соберем вещи и продолжим путь, потому что спать этой ночью уже явно не доведется. Вы оба хорошо меня поняли? Никто не имеет возражений?
Я кивнул, Бирн тоже пробурчал что-то утвердительное.
* * *
Дальше мы шли в полном молчании, никто ни с кем не говорил. Огромный пролом в теле горы, явно вход в исполинских размеров пещеру, был виден уже давно — но поднимались мы очень медленно. Лошадей пришлось оставить: склон становился все более крутым, тут и там его покрывал лед.