Криптоматерия (СИ)

— Тебя пытались убить, но я успел вмешаться. Не благодари.
— Я серьёзно!
— Ну ладно. — Джо откинулся на спину и подложил сцепленные кисти под затылок. — Холс послал своего ручного пса на охоту. На самом деле, Дисперсио не собирался тебя убивать, а должен был доставить на ферму, где уже маринуется твой приятель коллапсар.
— Подожди-подожди! — Диана закрыла глаза и подняла руки.
Поток информации уносил её со скоростью течения горной реки.
— Они схватили Картера? Но он жив?
— Насколько знаю, да.
— Давай сначала. Холс — это утильщик, верно? — спросила девушка. В мозгу всплывали статьи из буклетов и сводки новостей по «Голосу Граббиса».
— Угу. Утильщик-Монументалист, если быть точным. Один из трёх лидеров секты. Опасный парень.
— И он послал за мной ручного пса, который почему-то выглядел, как ты, — продолжила Диана, выжидающе глядя на Джо.
Тот продолжал сосредоточенно рассматривать потрескавшийся потолок.
— Дисперсио — репродукт, которого я создал по своему подобию.
— Ты создал? — не поняла Диана. — Хочешь сказать…
— Да, я — сбежавший шептун. И до этой ночи скрывался в логове врага. — Наконец, Джо посмотрел на девушку, таращившуюся на него. — Пришлось пожертвовать личностью Джо, чтобы спасти тебя.
— Ага, — протянула Диана, — значит, имя тоже ненастоящее?
— А у меня нет настоящего, все они похоронены. На ферме Холса и в Цехе я был Дистиллятором, а до получения Лицензии воплотителя меня звали Мелло. Воскрешай любое, я не против.
Он повернулся, облокотившись о локоть. В полумраке Диана увидела его открытое лицо, будто выставленное напоказ специально, чтобы она придумала для него подходящее имя.
— Я хоть и привыкла к Джо, но никогда не сомневалась в его фальшивости, — сказала она и протянула руку. — Приятно познакомиться, Мелло.
Он улыбнулся и неуверенно ответил на рукопожатие. Его ладонь оказалась холодной и влажной. Он тоже боится, догадалась Диана, хоть и пытается замаскировать эмоции в панцире из уверенно звучащих слов.
— И спасибо, что спас от своего двойника, — добавила девушка. — Думаю, самое время познакомить меня со своей удивительной историей. Не каждый день встречаешь сбежавшего воплотителя.
— По большому счёту, — проговорил Мелло и снова откинулся на спину, — в моей истории нет ничего удивительного, если рассмотреть отдельно каждый её фрагмент. Но кому-то пришло в голову сшить все их воедино в хаотичном порядке. И получилось лоскутное одеяло, которое я вынужден называть своей жизнью.
* * *
Ко дню окончания школы Мелло-11 был ничем не примечательным семнадцатилетним подростком-интровертом, готовым принять свою первую студенческую Лицензию. В школе Мелло обзавёлся всего одним другом, но с воодушевлением ждал возможности обрести новые знакомства в университете и встать на первую ступень взрослой жизни. Возможно, именно замкнутость и нелюдимость сыграли с ним злую шутку. Он стал одним из немногих уникумов, получивших Лицензию воплотителя в столь раннем возрасте.
Родители и старший брат устроили ему прощальный ужин, но Мелло не показалось, что кто-то из них горевал. Ещё бы, семье причитались солидные кредиты. Подумаешь, сын до конца дней отправится в Цех, при желании можно завести ещё одного, а вот прибавка в скудный семейный бюджет позволит скрасить будни, похожие на недоеденный обед из биомассы. Мать работала кассиром в супермаркете, брат доучивался в университете, а вот отцу повезло меньше — он был одним из сотен тысяч бегунов, убивающих колени на улицах Граббиса.
Впрочем, Мелло считал, что звание главного неудачника семьи теперь перешло к нему. Он не верил слухам, что жизни воплотителей невыносимы только со стороны, а на самом деле в перерывах между воплощениями они пребывают в сказочной эйфории. Об этом же твердил техник ЦВР, контролирующий первое воплощение Мелло, к тому моменту ставшего Дистиллятором.
— Расслабься, парень, — добродушно сказал облачённый в белое человек. — Забирайся в эту ячейку и представь, что готовишься к обычному сну.
 
Мелло залез в нечто похожее на просторный гроб со стеклянной крышкой. В нижней части ячейка соединялась с огромным прозрачным кубом, занимавшим три четверти секции.
— Мы начнём с простого, — продолжил говорить техник и показал устроившемуся внутри Мелло папку с изображением бело-зелёных кроссовок. — Посмотри. Вот твоя цель. Зафиксируй в памяти, и когда я закрою крышку ячейки, ты закроешь глаза и представишь себе эту пару кроссовок. Тебе не обязательно формировать в мозгу каждую деталь и особенность, достаточно общего представления. Твой мозг уже впитал изображение, а загруженный в контрольную схему ячейки протокол создания поможет тебе.
Тогда ещё Мелло ничего не понимал, но последовал указаниям техника. Просто закрыл глаза, представил кроссовки, и через минуту почувствовал руку на плече.
— Вот и всё, — сообщил техник голосом, искажённым улыбкой. Хоть Мелло и не видел её за маской. — Проще простого.
В прозрачном кубе громоздились десятки, а то и сотни пар бело-зелёных кроссовок.
— Так много? — удивился Мелло, ожидавший увидеть одну единственную пару.
— Конечно, — кивнул техник, сверяясь с дисплеем сбоку на ячейке. — Обули две сотни бегунков и потратили всего две единицы криптоматерии.
Отец оценил бы, с горькой усмешкой подумал Мелло, отметив издевательский символизм своего первого воплощения.
Со временем Мелло понял, как всё функционирует в Цехах. Существовали протоколы на воплощение всех разрешённых в Граббисе репродуктов. ЦВР запрашивали их в АБОО, порой удавалось добавлять новые предметы, но нечасто. Никакого смертоносного оружия, летающей техники или несуществующих прежде и чуждых человеческому виду вещей.
Конечно, бывали исключения. Парализаторы для полиции и коллапсаров, магнумы для Карателей, огнемёты для пограничников и строительная техника, включая реактивные ранцы для быстрого перемещения строителей. С такими протоколами действовал строгий количественный учёт и непременный контроль в лице изменённого сотрудника. Отклонения считались грубым нарушением ЭК. Ко всему прочему, ни один воплотитель не способен создать нечто, не входящее в доступную ему базу протоколов.
Одушевлёнными репродуктами занимались исключительно опытные воплотители. Создать наделённую самосознанием человеческую копию — не то же самое, что произвести на свет сотню табуреток за пятнадцать секунд. Одного протокола и помощи контрольной схемы недостаточно. Воплотитель должен уметь входить в особое состояние транса творца. Умение приходит с опытом, поэтому первые два года Мелло занимался одеждой, мебелью и продуктами. Затем перешёл на тесты с животными и лишёнными всякого самосознания человеческими оболочками. Первым же одушевлённым репом стала его копия.
— Единственный человек, которого я хорошо знаю — это я сам, — сообщил он технику-экзаменатору и получил соответствующий разрешающий протокол.
Реп получил имя Дис-2. Никаких внушённых ложных воспоминаний. Оказавшийся в плену прозрачного куба репродукт на полном серьёзе считал себя истинным Дистиллятором, а воплотителя в ячейке — своей работой.
— Произошла ошибка! — вопил Дис-2, колотя кулаками по внутренней поверхности куба.
Техникам пришлось усыпить буяна и отправить на доработку более опытному воплотителю. Тот подкорректировал личность Диса-2, после чего репа определили в клуб. Дальнейшую судьбу своей первой копии Мелло так и не узнал, как ни пытался.
— Ты перестарался, хотя потратил на удивление мало единиц, — резюмировал техник. — Буквально раздвоил себя на две равноценные личности, а этого нельзя допускать. Честно говоря, не думал, что у тебя с ходу получится такой трюк. — Он почесал затылок. — Ну ничего, отточишь навыки.
 
И он отточил. Со временем Мелло-Дистиллятор занялся исключительно одушевлёнными репродуктами для поставки в репо-клубы. Научился корректировать личности, жонглировать качествами и воспоминаниями. Много времени он посвящал продумыванию персонажей, на одних получал протокол, другие же так и оставались пленниками его разума.