Призрачный обряд

Но я не мог оставить Ванжан на растерзание отцу и министрам. Они растащат страну по клочкам. Все, кому не лень, разворовывают казну, люди голодают от неурожаев и непомерных налогов. Бунты – лишь вопрос времени. Армия слаба, неумела и плохо вооружена.
Ванжан слабеет с каждым часом. Если наши соседи прознают об этом, то исход будет один: война. И мы ее не выиграем. А еще есть кочевники на юге и востоке.
Но больше о Ванжане позаботиться некому. Я не смогу бросить свою страну.
Внутренний голос издевательски рассмеялся:
«А если голубоглазый лекарь попросит?»
Я знал, что ради Рэйдена пойду на многое, если не на все. Даже в это безумное путешествие я отправился из-за него. Но выбирать между ним и Ванжаном я не мог.
Возможно, он согласится отправиться со мной в столицу. Я подкуплю его всем, чем смогу. А если он откажется, то заберу силой.
Я кивнул самому себе, соглашаясь с этим решением, и вернулся к чтению дневников. Небо понемногу светлело, костер уже догорел, лишь обуглившиеся головешки слабо тлели, навевая мысли о черных монахах.
Василиск спал, а я бездумно пялился на исписанные страницы. Нужно и мне немного отдохнуть. Но из-за усталости и напряжения сна не было ни в одном глазу, и я обреченно ждал того момента, когда мы продолжим наш путь.
На одной из последних страниц что-то заставило меня остановиться.
Изображение ночного неба. Завитки облаков, луна, туманная дымка и склонившиеся к земле стебли осоки. Рисунок был настолько искусен, что казалось, будто осока колышется.
Я не сразу понял, что в рисунок вплетены два столбика иероглифов.
Первая надпись словно была частью изображения – она казалась неотделимой от него. Элементы иероглифов переходили в облака и стебли.
Я присмотрелся.
«…И дрожишь, как прекрасный цветок…»
Походило на строчку из стихотворения. Но из какого? И почему только одна строка, да еще и такая?..
Мозг будто сам дал подсказку. Древний сундук в Павильоне Дождей. Нацарапанная на нем надпись из незнакомого стихотворения:
«Молодой господин, ты изящен…»
«И дрожишь, как прекрасный цветок…»
Конечно! Не хватает еще одной строки.
Если подумать, в том сундуке лежали маски для представлений и несколько черных ханьфу. И золотая вышивка на верхнем халате была той самой, что нарисована в дневнике! Не хватало только гор. Верно! На том халате были еще вышиты горы, а вместо луны – полумесяц. Может, это подсказка? Чутье твердило, что с этим стихотворением что-то не так. И я во что бы то ни стало должен понять что.
Второй столбик являл собой наскоро начертанные иероглифы привычного языка:
«Учение о всемогущих богах древности».
Демонов сборник поэзии, который я не удосужился прочитать! Должно быть, так и пылится где-то в моих покоях.
Я снова уставился на рисунок. Наверное, в нем скрыт какой-то смысл, недаром же таинственный лекарь нарисовал его в своем дневнике, а мастерица вышила на ханьфу. И оторванные друг от друга строки из стихотворения…
Я спрятал дневники в сумку и прикрыл глаза, заставляя себя хоть немного поспать.
И тут же я увидел Рэйдена, неспешно бродящего по той части дворца, где жили мы с матерью. Верно, я поселю его именно там. Пусть меняет все как пожелает, но я хочу, чтобы он жил там. Это место идеально ему подходит. А от одной мысли, что он будет ходить по тем же местам, где ходил я, и спать в той же кровати, в которой спал я, мертвецкий холод понемногу отступал.
Наверное, я начал проваливаться в сон, потому что отчетливо видел картинки, которых никогда не существовало в реальности. Вот Рэйден бежит ко мне и крепко обнимает. А вот мы, переодевшись в двух аристократов, сбегаем из дворца на праздник в город. Или, притворившись двумя учеными, идем выпить в Дом Услады, где запираемся в комнате, но без сароен. Только мы, вдвоем…
Предчувствие тревоги заставило сон развеяться мутной дымкой. Я открыл глаза и резко сел, хватаясь за меч. Костер погас лишь недавно – от него к небу все еще тянулась ниточка сизого дыма. Василиск спал, свернув тело в броне тугими кольцами. Я судорожно оглядывался, пытаясь понять, что не так, и не находя ничего необычного.
 
Все тот же редкий лес с засохшими от старости и холода деревьями. Все тот же овраг, в который мы вчера спустились, чтобы переночевать. Все было прежним. И все же что-то было не так.
Я осторожно поднялся на ноги и осмотрелся. Прохладный ветер принес с собой насыщенный аромат каких-то цветов и почему-то моря. Чиркнув по щеке, ветер швырнул мимо лоснящееся воронье перо. Я инстинктивно выбросил руку вперед, ловя его двумя пальцами.
Странно, мы давно не видели здесь ни одной птицы. Откуда бы ему взяться?
Я посмотрел вверх, ожидая увидеть стаи воронья, но все небо было затянуто рваным белым туманом. Он дрожал и колыхался, как старая ветхая ткань.
В спину словно врезались сотни бабочек. Сзади летели мириады темно-фиолетовых цветочных лепестков. Я обернулся. На другом конце оврага стояли трое мужчин. За спиной одного из них развивался плащ, но почему-то казалось, что это два вороновых крыла. Другой, согнув руку, вращал кистью. Над его ладонью завивались вихрями цветочные лепестки.
Третий, стоящий посередине, заложил руки за спину и смотрел на меня, насмешливо наклонив голову.
Это были первые люди, которых мы встретили за все время путешествия. Хотя что-то подсказывало, что называть их так – ошибка. Возможно, они были алхимиками? Или еще кем-то, но точно не обычными людьми.
Я пнул носком спящего василиска, который так и не шевельнулся.
– Просыпайся…
Тот, который удерживал в воздухе цветочные лепестки, с издевкой крикнул мне:
– Он не проснется. Теперь придется справляться самому…
Они стали приближаться. С каждым мгновением я мог рассмотреть их все отчетливее. И с каждым мгновением я понимал, что это кто угодно, но не люди.
Их ханьфу были бы слишком богатыми даже для дворца, соперничая с одеяниями короля. Волосы распущены, а полупучок на макушке удерживали шпильки, украшенные гравировкой и драгоценными камнями. И судя по мастерству работы, отдано за них было по меньшей мере состояние.
Но самым странным было не это – как ни старался, я не смог разглядеть при них никакого оружия.
Они приближались, а я пытался понять, как с ними справиться. В том, что они намерены сражаться, не было никаких сомнений.
– Зачем же простой смертный пожаловал в наши владения?
Тот, который управлял цветочными лепестками, разглядывал меня с нескрываемым любопытством. Двое же других по-прежнему хранили молчание.
Я тоже молчал. Просто смотрел на них, выискивая возможные слабости, которых, казалось, не было вовсе.
Неожиданно тот, что стоял в центре, криво ухмыльнулся.
– Ты же знаешь, он не простой смертный. Он – принц Сунлинь из северного королевства людей. Ванжана…
Незнакомец в плаще, похожем на вороньи крылья, наигранно улыбнулся.
– Принц? Разве так выглядят принцы? Скорее, это нищий крестьянин, который забрел к нам по ошибке. Возможно, он шел в соседний город – продать рис или… себя…
Откинув голову назад, он громко рассмеялся, а я понял, что до этого не замечал их странного макияжа.
Они будто готовились к Джеоншину, нанеся на веки замысловатые рисунки. У того, который по-прежнему заставлял лепестки кружить по воздуху, по векам тянулись длинные изломанные ветви с темно-фиолетовыми цветками. У стоящего посередине были нарисованы веера. Этот необычный макияж занимал почти все лицо, и казалось, что его глаза скрыты маской. У того, который был в плаще, на веках застыли вороньи крылья.
Крылья… Я ведь уже видел этот рисунок. Видел… Извращенец, прячущийся в ширмах! Конечно! В последний раз он приходил ко мне именно в таком виде. Еще спрашивал, понравился ли мне его макияж к Джеоншину.
Незнакомец перестал смеяться и уставился на меня, заметив мой пристальный взгляд.
– Похоже, принц слишком серьезен. Не оценил мою шутку.