Призрачный обряд

Алхимик не мигая смотрел на меня.
Я повторил, встряхнув его:
– Понял?!
Он кивнул.
– П-понял… Но эт-то… алхимический ог-гонь! Его так просто не пройти…
Я посмотрел на длинную огненную стену. От столбов расползлось кроваво-красное пламя с фиолетовыми языками. Монахи использовали против нас наш же прием в деревне.
Границ у огненной стены не было видно.
– Ты же алхимик. Придумай что-нибудь, чтобы справиться с алхимическим огнем. Не дай монахам его забрать!
Я оставил мальчишку и направился к оставшимся монахам. Они окружили повозку. Один тащил за ногу окровавленное тело солдата. Другой добивал и так едва живого стражника. Третий пытался справиться с лучником, взобравшимся на крышу повозки. Остальные выжившие монахи трясли повозку и лупили по ней. От их ударов по дереву расходились алые формулы с непонятными символами. Похоже, повозка была защищена алхимически. Только благодаря этому монахи еще не добрались до тех, кто находился внутри. Трусливые слизняки. Спрятались за заклинаниями, послав своих людей на смерть.
Увидев меня, монахи зашипели. Они явно не были готовы к сопротивлению и сейчас решали, что делать.
Я прыгнул, пронзая мечом глаз одного из них. Обжигая, на руки брызнула горячая кровь. Она больше походила на лаву. Я стряхнул капли, чувствуя, как по тыльной стороне ладони расползается ожог, а кожа начинает лопаться.
Проклятье! Это что еще за?..
Монах упал к моим ногам, а другой рассмеялся.
Позади раздался крик. Я обернулся, выпуская из виду группку убегающих монстров. Два огромных черных монаха, каждый ростом как два человека, нападали на алхимика. Он уже едва держался, упав на колени и создав вокруг себя купол, похожий на тот, который сотворили Рэйден и Дайске.
Я не успею… Как разорваться, чтобы быть и там, и там?..
Небо внезапно потемнело. Над пространством между крепостью и рощей пролетели разноцветные тени. Я даже не сразу понял, что это… люди?
Нет, не люди. Призраки. Ободранные, серые, в истлевающих одеждах и с гниющей плотью. Те самые, что были свидетелями нашей с Рэйденом свадьбы.
Рассыпая снежные брызги в прыжке, они почти впечатались в наст, окружив черных монахов.
Когда худые, а кое-где и вовсе сгнившие до кости руки вцепились в монстров и начали их раздирать.
Я отвернулся. Не знаю, почему они мне помогают, но благодаря им у меня есть шанс…
Монахи уже успели добежать до рощи. Преследовать их не было смысла – они все равно быстрее. Но людей они не получат.
Я раскрыл веер и побежал. Захлебываясь воздухом, сокращал расстояние между нами, пока не оказался так близко, что смог бы достать до того, который тащил солдата. Прыгнув, отсек веером ему руку, а затем и голову. Поняв, что я буду биться до последнего, другой монах удивительно быстро схватил мертвое тело и отрубленные конечности и в невероятном прыжке преодолел рощу.
Я поднял с земли стражника, который вдруг тихо застонал. Все еще жив? Хорошо. Теперь, когда стало понятно, что эти монстры без труда могут проникнуть в крепость, каждый солдат на счету.
Я подошел к заколдованной повозке и уложил воина на землю. Раненый товарищ упал рядом с ним. Бросив мельком взгляд на повозку, я отвернулся и направился к алхимику. На залитом кровью лице отражался ужас перед призраками. Но они даже не смотрели в его сторону. Призраки смотрели на меня.
– Мы защитили алхимика…
– Но упустили монахов…
– Они ушли и забрали тела…
Все, кроме одного. Тот, что изнутри был похож на гниющее дерево, остался здесь.
Без Рэйдена мне не справиться. Я безумно хотел увидеть его. Спросить, как он. Прижать к себе, прикоснуться. А вместо этого тащил ему труп монстра.
– Не гневайтесь, повелитель…
– Мы вернемся в бамбуковую рощу и будем ждать ваших приказаний.
Они взвились в воздух, став похожими на истерзанные битвой знамена, и исчезли в жемчужно-серых тучах. Призраки помогли мне и собираются служить дальше. Но почему? С чего вдруг считают своим повелителем? Какой бы ни была причина, отказываться от таких воинов я не собирался.
 
Теперь нужно было как-то вернуться в крепость. Тело Арым, уже обуглившееся и превратившееся в черную головешку все еще висело между столбов. Они, как и веревки, ни капли не пострадали.
– Его не обойти… через него не перепрыгнуть… – Измученный алхимик следил за мной настороженно-восхищенным взглядом. – Я не знаю такого заклинания… не понимаю, как справиться с огнем… М-мы теперь не п-попадем в крепость?
Его начинало отпускать после схватки. Зубы стучали, а в голосе явственно проступала паника.
Я посмотрел на зачарованную повозку. Добротная, богатая, явно принадлежащая не последним людям. И кому же пришло в голову притащить сюда мальчишку?
– Ты не знаешь заклинания, потому что это Мертвая Алхимия.
Оставалось надеяться, что Рэйден и Дайске что-нибудь придумают.
– М-мертвая?
Огонь вдруг побледнел. Под телом Арым появилось что-то похожее на арку – полупрозрачный проем, в котором мерцали золотисто-оранжевые искры.
Я поднял тело монаха, которое все больше напоминало древесный ствол с кривыми, торчащими в разные стороны лапами-ветками.
– С-стойте… вы собираетесь т-туда идти?
Алхимик трясся как осиновый лист и едва стоял на ногах.
Я кивнул.
– Н-но… что, если это ловушка? Вы можете сгореть!
– Вот и узнаем.
– А как же… как же мой господин? И…
Он в растерянности посмотрел на повозку.
– Твой господин под надежной защитой.
Даже не выглянул посмотреть, что происходит с солдатами, предпочел отсиживаться внутри.
– А наши воины?.. Им нужна помощь… лекарь… Вдруг монахи вернутся!
– Все, кому действительно нужна помощь, ее получат.
Пока алхимик растерянно переводил взгляд с меня на повозку и обратно, я шагнул к переливающимся бледными цветами вратам. Ощущение было таким, будто нырнул в теплую воду. Я беспрепятственно прошел сквозь огненную стену и оказался перед растерзанными в щепки вратами.
При моем появлении все в крепости замерли. Дайске с Рэйденом стояли впереди, готовые принять удар на себя. Дайске шептал какое-то заклинание, должно быть поддерживая эти самые врата, а Рэйден создавал уже знакомые щиты, закрывая ими вход в крепость.
За их спинами стояли заключенные с ржавыми мечами и стражники из армии генерала. Еще несколько крестьян, вооруженные мотыгами и лопатами, сбились в кучу позади воинов и расширившимися от ужаса глазами смотрели на ворота.
Несколько мгновений никто не шевелился. Тишина стояла почти оглушающая. Слышны были лишь завывания ветра где-то вдалеке.
Я посмотрел на Рэйдена. На его щеках блестели влажные дорожки слез. Взъерошенные волосы торчали во все стороны, а измученные мной губы, едва начавшие заживать, кровоточили.
Не представляю, что ему пришлось вынести, пока меня не было. Не желая подвергать его новой опасности, я бросил черного монаха в снег.
Дайске шумно выдохнул и опустил руки. Без сил он упал на колени рядом с телом монстра.
Рэйден попытался его поддержать, но сам согнулся под тяжестью тела алхимика.
Мы, не отрываясь, смотрели друг другу в глаза, пока застывшие люди не начали отмирать.
– Он… Он что, умер? Господин Ван погиб?
Су Тхи шагнул ко мне.
Пора было уходить. Лишние разговоры мне сейчас ни к чему. Да и мое присутствие никак не поможет отвести подозрения от Рэйдена. Я оторвал взгляд от него и тихо приговорил:
– Вам нужны новые ворота, защищенные алхимией. Вряд ли это сильно поможет, но сможет задержать монахов. Это, – указал я на одеревеневшее тело, – поможет найти их слабые места. Снаружи люди. Среди них есть алхимик и несколько солдат. Впускать их или нет – решать вам.
И, пока никто не начал задавать вопросы, я вновь взмахнул веером, поднимая вокруг себя снежные вихри.
Скрыться удалось на удивление легко. Я снова выбрал крыши. Никто не догадался поднять голову и посмотреть вверх. Я опустился на корточки и принялся наблюдать за происходящим внизу.