Когда мы разведемся? (СИ)
Алиса была очень зла. Она даже не представляла, что может так злиться на Глеба. Она соскучилась по нему, они уже двое суток не виделись, получается! А он так спокойно ушёл. Попросили его…
Поняв, что провести ещё один тоскливый вечер в одиночестве ей не под силу, собралась и пошла ночевать к тёте Любе. Завтра пойдёт от неё сразу на работу.
Пропуск был с собой, потому по пути зашла на территорию центра и тихонько подкралась к окну приемного покоя. Глеб и Раиса Ивановна были там, пациентов не было. И ведь так и не звонит!
Глеб был небритый, с тёмными тенями под глазами. Ещё бы, столько дежурить. Ну всё, дождётся он у неё!
Распинав и разровняв снег под окном, чтобы не было следов, Алиса ушла за угол и отправилась к тёте Любе.
Тётя Люба была очень рада ей. Алиса пояснила, что Глеб на дежурстве, а она заскучала.
— Вот и правильно сделала, что пришла, дочка!
Тётя Люба усадила её ужинать, к чаю достала протёртую смородину, которую Алиса обожала, и Алисе сразу стало легче.
Когда пришла с работы на следующий день, Глеб спал, как убитый. Даже не услышал её.
— Откуда это к нам такого красивого дяденьку замело? — ворчливо пробормотала Алиса, но сердце наконец-то успокоилось.
Она вымоталась за эти дни, устала морально. Сходила в душ, попила чай, и улеглась спать, обняв наконец-то любимого мужа, который так и не побрился.
Проснулась Алиса оттого, что этот бессовестный приставал к ней.
Открыв один глаз, она увидела при свете ночника, что Глеб явно побывал в душе и побрился. Ну спасибо хоть на этом!
Она встала и молча ушла в туалет. Потом умылась, почистила зубы и пригладила волосы. Всё же три дня не виделись, не быть же пугалом. Посмотрела на часы, было десять вечера. Хорошо, что завтра суббота!
Алиса вернулась в постель, Глеб сразу придвинулся и вновь залез рукой под её кофту от пижамы.
— Наглость — второе счастье, да? — язвительно спросила Алиса.
— Ну прости дурака, пожалуйста, — Глеб уткнулся лицом в её волосы. — Так соскучился, думал, с ума сойду.
— Да ладно? — она моментально растаяла, но не собиралась сдаваться. — Сам себе поставил задачу, сам потом парился? "Прости дурака", "бес попутал" и ещё тысяча и одна отмазка для оправдания идиотского поведения? Руку убери.
— Не уберу. Я твой муж.
— Прааааавда? А не знаешь, где был мой муж три дня? Оставил меня одну, не беспокоился? Даже не позвонил ни разу! Хотя знал, что с дежурства всегда он звонит!
— Ну Алиса…
— Что? Ладно хоть, есть к кому пойти! Вчера у твоей мамы ночевала! А то всё одна да одна!
— Мама мне сегодня уже прямо с утра позвонила, вставила по первое число, — улыбнулся он.
— Я не жаловалась на тебя!
— Я тебя умоляю, как будто это нужно! Вечно всё знает обо всех. Полчаса орала на меня, половина слов нецензурные, не думал, что она такие слова-то знает.
— Так тебе и надо!
— Чёрт! Тридцать один год прожил, и не знал, что я такой ревнивый! Ну честно… Просто в глазах темно было! Простишь?
— А что изменилось? Сейчас уже не темно в глазах?
— Было время подумать и одуматься. Ну Алиса…
— Прощу, если откажешься от дежурств. Хватит.
— А я уже отказался, заявление написал. Больше никаких дежурств, официально.
— А я вот позвоню, спрошу у главного?
— Телефон принести? Позвони, спроси.
— А что вдруг так? Отказался?
— Хочу все ночи проводить с тобой рядом. Не хочу больше дежурить.
— Ну наконец-то! — Алиса обняла Глеба за шею, и он сразу потянул её на себя, начал целовать.
— Погоди-ка ещё! — Алиса уткнулась носом в его плечо. — Знаешь, есть такие картинки, или карикатуры, там такая тётка встречает мужа в дверях со скалкой или со сковородкой?
— Ну? — его плечи тряслись от смеха.
— Ещё одна подобная демонстрация, Глеб, и я встречу тебя в дверях сразу и со скалкой, и со сковородкой, понял?!
— Понял, понял! Сам больше не хочу таких демонстраций…
Алиса легла повыше и сама начала горячо целовать Глеба, а он сжимал её в объятиях что было сил. Так соскучился…
* * * * * * *
Середина апреля.
Бледная Алиса вернулась в "столовую", где они, пообедав, пили чай с Ларисой Владимировной. Алисе нравилась Лариса Владимировна, хотя и была "просмешницей" (как сказала бы Раиса Ивановна). Лариса Владимировна была замужем и воспитывала двух сыновей, но она больше всех подшучивала над Алисой и Глебом, когда они находились в стадии романа.
Алиса ещё раз вымыла руки, обтёрла лицо влажной салфеткой и опустилась за стол.
Пять минут назад она, на глазах у Ларисы Владимировны, выскочила из столовой, зажав рот рукой.
Лариса Владимировна внимательно смотрела на неё красивыми зелёными глазами, подведёнными чёрным цветом.
— И давно это у тебя, Алиса Павловна?
— С неделю. Никак после отпуска не восстановлюсь, видимо. Экзотическая кухня дала себя знать. Когда у нас гастроэнтеролог из краевой приедет? Надо мне анализы сдать, УЗИ сделать и подойти. А то как переем, так полощет. Переживаю.
— Тебе сколько лет, Алиса Павловна? — Лариса Владимировна, подперев подбородок кулачком, внимательно смотрела на Алису смеющимися глазами.
— Тридцать четыре.
— Ты меня старше на пять лет, выходит. А когда я замуж вышла, мне было девятнадцать. Но когда вскоре после свадьбы начались вот такие проблемы, я знала, что мне надо не к гастроэнтерологу, а к другому доктору.
— К какому? — испугалась Алиса.
— Ты реально что ли такая наивная? Или надо мной прикалываешься? Почему к гастроэнтерологу-то? Почему не ко мне, Алиса Павловна?
Лариса Владимировна была гинекологом.
— Ааа, фу ты, я уж перепугалась! — Алиса выдохнула. — Лариса Владимировна, не удивляйся моей реакции, я тебя не хотела обидеть. Ты же не знаешь: у меня в анамнезе десять лет безуспешного лечения бесплодия и два неудачных ЭКО.
— Ммм, — протянула Лариса Владимировна. — Тогда прости мои шутки. А причину нашли?
— Неа, — Алиса покачала головой. — Не переживай, я привыкла к ситуации, ты меня не обидела.
— "Эти дни" когда были в последний раз? — задумчиво спросила Лариса Владимировна.
— Ещё до отпуска, недели за две.
— А вернулись вы когда?
— Три недели назад.
— Странно. И часто у тебя они нерегулярно идут?
— Обычно регулярно. Но несколько раз бывали подобные сбои.
— И всё же, Алиса Павловна! Гастроэнтеролог когда ещё будет, а я тут. Есть такое правило: надо исключить все причины. Все, даже те, которые кажутся невозможными. Знаешь, всякое бывает. Слишком много совпадений — задержка большая, тошнота… Замужество опять же, море, солнце…
Пойдём-ка ко мне, пока обед не закончился.
Алиса пошла, чтобы не спорить.
— Вот, держи тест и банку, иди пока в туалет и делай тест. А я аппарат пока включу, сделаем УЗИ.
…- Посмотри, Лариса Владимировна, вроде, две, но вторая бледная, — Алиса трясущейся рукой протягивала тест.
— Ну и что — бледная? Две. Иди сюда за ширму, раздевайся, ложись.
Алиса послушно улеглась. Она столько раз проходила через эти процедуры, ставшие привычными. Но тест? Насколько он достоверен?
— Ну, а я что говорила! — торжествующе воскликнула Лариса Владимировна. — Ай да Глеб Андреевич! Ай да молодец!
— Что? — Алиса не верила.
— Смотри. Тут у нас плодное яйцо, расположено там, где надо, в матке. Ну и по размеру судя, как раз месяц где-то срок. Недели четыре — четыре с половиной.
Алиса схватила её за руку ледяными ладонями.
— Ты чего, Алиса Павловна? Почему глаза такие испуганные.
— Это точно?!
— Зачем мне тебя обманывать, тем более, зная, через что тебе пришлось пройти?
… Они сидели за столом Ларисы Владимировны, заполняющей на компьютере протокол УЗИ. Алиса плакала. Начала тихо, но чувствовала, что расходится всё сильнее.
— Ну ты чего? — Лариса Владимировна погладила Алису по голове, и Алиса кинулась ей на шею.