Принцесса из села (СИ)

Мама начала наливаться гневом.
— Так это вы тот злостный тиран, что житья не даёт моей дочери! — она открыла калитку, выходя прямо к Михаилу, замахнулась и как могла попыталась огреть бедного зама. Я рванула следом, с криками пытаясь остановить разгорячённую матушку.
— Мама! Мама! Это не он!
Мама немного остыла. Тем временем Михаил уже пятился назад, боясь открыть рот и сказать лишнего. Улыбка сползла с его лица, он выглядел, мягко говоря, обеспокоенно.
— Всё хорошо, мама, — встала я перед ней. — Это Михаил, мой коллега. Бывший коллега. — Я обернулась к Михаилу, оценив ситуацию. После снова вернулась к матери. — Он тоже не любит босса, — решила сгладить ситуацию я.
Михаил молчал. А что ещё ему оставалось делать? Оценив нас пристальным взглядом, матушка наконец успокоилась окончательно. Но не смогла не оставить последнее слово за собой.
— Смотрите мне тут! — пригрозила пальцем она.
— Мама, нам нужно поговорить, — тихо сообщила я.
Мама недовольно покачала головой, после чего ушла обратно по своим делам. Отец, слабо кивнув коллеге, тоже удалился в сарай.
— Что всё это значит?! — тихо, но недовольно начала я.
Михаил, активно жестикулируя руками, отвечал:
— Вероника, Герман себе места не находит. У него и так куча проблем, сестра заявилась совсем не вовремя. А теперь это. На нём лица нет!
— Мне какое дело? — продолжала настаивать я на своём. — Меня что, должны волновать его проблемы? Если вы забыли, я уже не его секретарша.
— Ну… официально ты ещё работаешь на компанию.
— Плевать мне на ваши официальности! — резко вырвалось у меня. Пришлось оглядываться, надеясь, что мама с папой не услышали мой недовольный возглас. Я схватила Михаила под руку и отвела в сторону. — Плевать! — начала я с того, чем закончила. — Так Герману и передайте. И ещё скажите, что я больше не желаю его видеть. Никогда.
— Боюсь, это невозможно, — развёл руками Михаил.
— Это ещё почему?
— Потому что тогда он точно сойдёт с ума.
— А мне плевать!
Я сложила руки на груди.
— Вероника, — теперь уже Михаил взял меня за плечи. — Послушай, Герман даже не знает, что я здесь. Он думает, что я просто взял больничный. Хотя… — на секунду Михаил задумался. — Наверное, если бы я просто сказал, что не хочу работать, он бы среагировал точно так же.
— Решили заделаться спасителем?
— Я не знаю, что между вами произошло. Да и это не моё дело. Но то, что происходит с вами теперь, я просто не могу игнорировать. Мой лучший друг впал в апатию, одна из лучших работниц нашей фирмы сбежала, никого не предупредив. Что мне делать, Вероника?
— Почём мне знать?
— Пожалейте бедного Михаила, — зам сложил ладони вместе, словно пытаясь молиться.
Я тут же ударила по ладоням.
— Прекратите этот цирк!
Развернулась и, без предупреждения и лишних прощаний, отправилась домой.
— Постойте.
Замерла. Опустила голову. Закрыла глаза. Чёрт. Он же просто так не отстанет… А лишние разговоры с матушкой мне точно не нужны. Она с ума сойдёт, когда узнает, зачем Михаил приехал на самом деле. А после того, как сойдёт с ума… мало чего она с ним сделает. А если и не с ним, то машину точно подпортит. Боже… Я подняла голову к небу. Ну за что мне это всё.
— Вероника, — голос Михаила стал приближаться. Я развернулась, стараясь сохранять равнодушное выражение лица. — Просите о чём угодно. Я сделаю всё, что скажете, лишь бы ты вернулась.
Я отрицательно помотала головой, не оставляя заму никаких шансов.
— Это невозможно. Прошу, уезжайте. Уезжайте, и не возвращайтесь.
Михаил поджал губы.
— Тогда мне не остаётся ничего, кроме как ждать тебя здесь, пока ты не согласишься.
Я скривила лицо, чуть ли не взмолив об окончании этого ужаса.
— Ладно, — наконец пришла я в себя. — Как хотите. — Развернулась и уверенно зашагала к дому.
Следующие три часа я не находила себе места, пытаясь не попадаться на глаза Михаилу. Тот уселся в свой авто, открыл окно, откинул спинку сидения и то и дело поглядывал на наш дом. Решив скоротать время перед телевизором, я не смогла просидеть в спокойствии долго — пришла мама и устроила мне допрос с пристрастием. Конечно, этого стоило ожидать.
 
Так как за всё это время я не придумала ничего умного, чтобы как-то объясниться перед родителями, пришлось снова излагать как есть. На вопрос: «почему он не уезжает» я ответила: «потому что в компании все волнуются, что потеряли такого хорошего сотрудника, как я». Сначала во взгляде мамы промелькнула гордость, но очень быстро гордость сменилась недовольством. Мама уже было собралась прогонять Михаила, как я подскочила с кресла и поспешила её остановить.
— Сам уедет, — сказала я. — Он же не будет ждать тут вечно. Зачем нам устраивать скандал, если всё можно устроить мирно?
Мама нехотя согласилась.
Ближе к вечеру, когда я основательно подустала от телевизора и осушив пятнадцатую кружку кофе, в которую чудом не добавила самогон отца для расслабления, я выглянула в окно, надеясь увидеть там уехавший авто. Но Михаил всё ещё стоял напротив дома, выглядывая из открытого окна.
Сжалившись, я отыскала в холодильнике хлеб и колбасу, нарезала бутербродов, заварила чай и вынесла всё это заму, чтобы он хоть немного перекусил. Михаил с благодарностью принял угощения. Как бы он не пытался вытянуть меня на разговор, говорить я с ним не стала.
Прошло ещё несколько часов. За ужином мама недовольно поглядывала то на меня, то на авто, ожидавшее снаружи, но так и не решалась проронить слова. Наконец она не выдержала и спокойно произнесла.
— Это не может продолжаться вечно. Я сейчас же пойду и прогоню его отсюда.
Мама поднялась, отложив вилку и закинула полотенце на плечо. Я тут же подскочила следом.
— Нет! — крикнула я. Мама остановилась. — Нет, — уже спокойнее произнесла я. — Пускай стоит. Если не уедет до завтра, попрошу его подвезти меня до города.
Мама посмотрела на меня прищуренными глазами.
— Ты уверенна?
Я уверенно кивнула, хотя была совсем не уверенна в том, что делаю. Опять собственноручно вляпываюсь в неприятности…
После ужина я собралась было выйти к Михаилу, чтобы отнести ему оставленную мамой порцию, но задержалась, помогая с уборкой стола. В итоге, когда я вышла, заметила группу молодых людей, подходящих к автомобилю Михаила. Молодые люди присвистывали, разглядывая иномарку и явно были настроены недружелюбно. Они заметили хозяина, сидящего внутри и начали расспрашивать его, задавая провоцирующие вопросы. Михаил вышел, пытаясь хоть как-то отбиться от издёвок парней. Но именно это стало его главной ошибкой… Через несколько секунд, после того, как он покинул авто, сбоку на него налетел один из шайки и сбил его с ног сильным ударом по лицу.
Я обронила тарелку и побежала прямо к ним.
***
— А ну пошли вон! — кричала я, приближаясь к шайке хулиганов.
Конечно же, никто меня не послушал. От моих слов по всей округе разнёсся довольный гогот. Молодые люди были только рады новой жертве.
— Пацаны! — крикнул один из группы. — Глядите, чё за фифа нарисовалась.
Меня тут же начали окружать с разных сторон. Некоторые и вовсе успели обойти со спины.
Раздался выстрел. Парни пригнулись, обглядываясь и выискивая источник шума. Некоторые и вовсе поспешили спрятаться за автомобилем Михаила. Тем временем зам, валяющийся на земле, выглядел не очень. Он дотронулся до рассечённой губы, из которой текла кровь.
— А ну быстро разбежались! А ни то все быстро в падаль превратитесь!
Я поняла, что кричит папа. Посмотрела в сторону дома — отец уверенно надвигался на хулиганов с ружьём в руках, готовый сделать второй выстрел. Хулиганы зашушукались. Начали поступать предложения побега. Некоторые из них тут же дёрнули в неизвестном направлении. Некоторые остались, включая и самого главного, который явно не собирался оставлять всё как есть. Он сорвался в мою сторону, я быстро побежала к дому. Прозвучал ещё один выстрел, хулиган упал, выругавшись всеми известными ему ругательствами. Папа подошёл к тому и ударил его другой стороной ружья в живот.