Принцесса из села (СИ)

— Ну как прошло? Ты переговорила с Арманом?
Я побежала к подруге, поспешив прикрыть ей рот. Как только подбежала, так и сделала — протянула к ней руку и прикрыла рот. Ира посмотрела на меня, затем на ладонь, прикрывающую ей губы, в итоге что-то пробубнила. Я рассмеялась, убирая руку.
— Я же говорила, ни слова об этом. Ты ничего не знаешь, — пригрозила пальцем я, напоминая подруге. — Никаких сплетен, ничего. Я тебе вообще ничего не говорю. Поняла?
Ира вздохнула, но всё же кивнула.
— Поняла.
— Вот и хорошо. — Я пододвинулась ближе, переходя на шёпот. — Да, Арман согласился. Сейчас буду договариваться с Германом.
— Не боишься?
Я отодвинулась.
— Боюсь. Ну и что теперь? Всегда бояться?
— Вот это правильно! Вот это по-нашему! Молодец, подруга!
— Какой-то день сегодня длинный, не находишь?
— Не знаю, я вот прогулялась, вроде как даже заново родилась. Готова ещё хоть сутки отработать.
— Да ты просто монстр, — подмигнула я подруге. — Ладно, пойду навещу начальника.
Вот уже в который раз за день я подходила к этому кабинету. Странно, что это напрягает меня, учитывая, что раньше я вообще жила возле него. По-доброму кивнув секретарше, я открыла дверь и вошла внутрь. Ноги не подкосились, но вот в груди что-то сдавило. Наверное, впервые в жизни я поняла значение словосочетания «бабочки в животе». Теперь я не могла смотреть на него спокойно. Я и раньше не могла этого делать. Но теперь… после его поцелуя… мне казалось, что я упаду в обморок только от одного взгляда на него.
— Вероника, — он поднялся с кресла сразу, как только я вошла.
— Герман, — слабо кивнула я. — Сколько лет, сколько зим, не правда ли? — попыталась отшутиться я.
Герман усмехнулся, глядя в пол.
— Да уж. — Он посмотрел на меня. — Ты хотела что-то сказать.
Я помотала головой.
— Я всё уже сказала в сообщении.
Он начал приближаться.
— Может, ты хочешь сказать что-то по поводу того… что произошло. Между нами…
Я чуть не поперхнулась. Закашлялась. Герман поспешил помочь. Но я вытянула руку, показывая, что всё у меня под контролем.
— Просто… — выдохнула я. — Я же уже сказала, что всё как-то слишком быстро.
— Хорошо, — кивнул он. Понимающе, но твёрдо. — Тогда поговорим об Армане, — указывая на диван, он двинулся за своё рабочее место.
Я присела.
— Говоришь, Арман согласен.
— Да, пока что у нас преимущество. Журнал — как средство массовой информации может в информационном поле может действовать активнее, чем при помощи показов или рекламы в салонах красоты. К тому же, — постепенно начала погружаться в обсуждение я, — если ты помнишь, я как раз обучалась на факультете журналистики, поэтому вполне смогу управиться с журналом. Если позволишь, я могла бы попробовать и сама.
— Вероника, — вздохнул начальник. — Это не одно и то же. Я не сомневаюсь, что ты была прекрасным студентом, но для того, чтобы руководить журналом, нужна практика. Нужно понимать, как всё работает. Это не так просто.
Наверное, мне стоило бы обидеться на такие слова. И тем более не грех было зацепиться за слово «была». Как это была? Я до сих пор есть! Только в отпуске! И всё, между прочим, ради тебя! Но я промолчала. Поступила как взрослый человек и не стала вредничать.
— Хорошо, — немного расстроилась я. — Как скажешь.
Герман, заметив это, поднялся с кресла, подошёл ко мне и присел рядом. Я сидела, опершись о спинку, немного сгорбившись. Он осмотрел меня — губы, глаза, ресницы. Затем его взгляд ушёл выше. Он поднял руку, нежно коснулся волос и пригладил их. Я снова не смогла ничего сказать. Хотела. Я же так хотела сказать, что не нужно торопиться. Я же уже говорила. Но нет… И я, и он всё прекрасно понимаем. Он понимает, что я и сама хочу этого не меньше его…
Он пододвинулся ближе, я уже была готова закрыть глаза… Как вдруг раздался громкий стук. Дверь приоткрылась, снаружи кто-то спорил. Голоса были знакомые. Первый, очевидно, Ксении, которая объясняла, что туда нельзя. Но вот второй… Я же слышала его. И пока я пыталась вспомнить, внутрь, словно бестия, ворвалась черноволосая стерва со стрижкой в стиле каре.
 
— Дорогой братик, — она склонила голову вбок. Внезапно девушка резко сорвала очки, уставившись на меня, словно на труп. — А ты что здесь делаешь?
Во взгляде этой стервы перемешалось всё — злоба, ненависть, зависть и враждебность.
***
— Я спрашиваю ещё раз: что она здесь делает?! — верещала ведьма, тыкая пальцем в меня.
В ответ на это Герман подскочил с дивана и сам начал тыкать пальцем в собственную сестру.
— Что здесь делаешь ты?!
Я лишь тихо задалась риторическим вопросом:
— Что я вообще делаю?
— Пускай убирается, — кивнув на дверь в приказном тоне заявила черноволосая.
— Тебя не должно тут быть! — продолжил настаивать на своём босс. — Ты нарушила условия договора!
Девушка скривила лицо, глядя на брата, как на идиота.
— Что? Договор? Ты это про тот? Устный? Ну так поди докажи, чё вообще был какой-то договор. Ты же деловой человек, Гера, должен знать, что договор без подписи не считается действительным.
Девушка расслабилась, отмахнулась от брата и зашагала в сторону рабочего места босса. Важно обогнув стол, она села за кресло, сложив ногу на ногу.
— Ничего не изменилось, Гера, — оглядывая помещение. — Ты всё такой же консерватор? Сделал бы что ли ремонт какой. Ты же не ходишь в одном и том же белье постоянно, — девушка усмехнулась.
— Не называй меня так, — тихо произнёс Герман, подходя к столу. — Почему ты здесь? — сразу перешёл к делу начальник.
— Захотела проведать тебя, — игриво ответила девушка. Для неё это была игра. Чем сильнее злился брат, тем сильнее её это забавляло.
Я поднялась, немного смущённо глядя в пол.
— Мне, наверное, лучше уйти, — тихо сказала я.
Диана выглянула из-за брата, довольно глядя на меня.
— Я тебе сразу так и сказала. — Она махнула кистью, указывая на дверь. — Давай, проваливай побыстрее. Позволь взрослым людям поговорить.
Я проглотила всё и даже с добавкой. Самой стало стрёмно и противно. Но я не могла ничего сделать. Не могла вмешиваться в эти разборки. Это не моё дело.
— Нет! — послышался гневный возглас Германа. — Останься! — теперь приказывал уже он. Я замешкалась, дёргаясь из стороны в сторону.
— Я… — не знаю зачем открыла рот я, ведь ничего толкового выдавить всё равно не смогла.
— Сядь, — более спокойно произнёс Герман, указав на диван. В его взгляде я прочла извинение. Может, мне показалось, но мне так сильно хотелось, чтобы всё было именно так, что я повиновалась и села обратно.
Диана не упустила момента для очередной насмешки.
— Какая послушная у тебя собачка.
То, что было дальше, не ожидал, кажется никто. Никто, кроме Германа. Начальник подошёл к сестре, схватил её под руку, сдёрнул с кресла, как какую-то вещь и, не отпуская от себя, произнес, глядя в глаза:
— Будь моя воля, я прикончил бы тебя прямо тут.
— Твоя воля? — усмехнулась Диана. — А что тебе мешает? Твоя послушная сучка? — она посмотрела на меня. Я успела заметить этот демонический взгляд, эту дьявольскую улыбку. Успела. Я успела испугаться. Но уже через несколько секунд я боялась не её, а Германа, который одарил родственницу звонкой пощёчиной. Я зажмурилась. Закрыла лицо руками. А спустя ещё какое-то время услышала смех. Тихи, но злобный. Он постепенно перерос в нечто большее, превратившись в истерику. Устами Дианы смеялась не девушка — смеялся сам дьявол, закатываясь, прерываясь и заливаясь хохотом по новой.
Я открыла глаза. Герман уже стоял в стороне. Он сам был в шоке от того, что натворил. Но куда сильнее он был в шоке от сестры, которая вела себя как ненормальная.
— Вероника занимает твоё место. Ты больше не совладелец.
Диана тут же замолчала.
— Не поняла, — она наклонила голову вбок.