Расскажи мне сказку на ночь, детка (СИ)
– Ри, что происходит? – очнувшись наконец, напряженно спрашивает Джерри.
– Чарли поехал к Ханту, за Амандой, – говорю и сама себе не верю.
Что происходит, вообще? Как мы влипли в эту историю?
– Он сдурел один ехать?! – пугается Джерри и тут же орет в шоке: – Том! Том, ты где?!
Возвращаюсь к Кэт и строчу для Феррари:
«Откуда отправили сообщение? Есть адрес?»
Должен быть, иначе Чарли тоже не знал бы, куда ехать. Значит, Мэнди включила GPS у Ханта на телефоне… Да, это здорово, вот только я не рассказывала Аманде о том, что произошло со мной в лесу, и она не могла повторить мой опыт «вызова спасителя Чарли».
В ожидании ответа иду к лестнице, вспомнив, что комнату Осборна еще не осматривала. Поправляю рамку на стене, которую мы сломали в тот первый раз, когда поцеловались, и поднимаюсь наверх. Глубоко вдыхаю несколько раз, чтобы собраться с духом, и захожу в спальню. Осматриваюсь – и закрываю рукой рот, глотая отчаяние. На столе куча денег, какие-то счета, адреса… Руки не слушаются, пока перебираю все то, что оставил Чарли. Когда вижу записку, мне становится плохо. Я гипнотизирую ее с минуту, не решаясь прочесть. Зачем он оставил записку? Может, он еще и безоружный уехал?!
Я без понятия, есть ли у Осборна свой пистолет. Вряд ли, учитывая, что к Ханту в лес он приезжал с моим «подарком».
У меня ком из замершего крика в горле, но я заставляю себя развернуть страницу.
«Если что, не оставляй мою сестру, все ее данные – в документах. Наличку всю забирай. И, кстати... Не могу поверить, что ты уснула, так и не рассказав мне сказку. Надеюсь, тебя замучает совесть».
У Чарли очень красивый, аккуратный почерк.
И что значит – «если что»?
Я, как в тумане, спускаюсь на первый этаж и смотрю на ребят, которые ждут указаний, не зная, как поступить. Даже Том пришел. У него влажные волосы – видно головой под холодную воду сунулся, чтобы протрезветь.
– Феррари ответила? – спрашиваю у Кэт.
– Нет еще.
И в эту же секунду звучит волшебное «дзынь». Кэт испуганно опускает глаза на экран айфона, который сжимает побелевшими пальцами, и говорит:
– Ответила. – Она поворачивает экран ко мне. Там адрес.
– Хорошо. Том, звони в полицию.
Сама я не могу этого сделать, потому что руки ослабели.
Три гудка, и наконец раздается унылый голос Зака. Да чтоб тебя! Ну почему именно он дежурит сегодня?! Томми пытается объяснить ситуацию, но Зак начинает упираться, считая, что мы издеваемся, и я перехватываю трубку, включая громкую связь:
– Зак! Мы предполагаем, где Аманда! У нас есть адрес… – Но офицер прерывает мою речь:
– Послушай, Ри. Я ничего не могу сделать без сержанта. Он уехал домой час назад. Вы разминулись, прости. Он будет утром, наверное.
– Утром?! Ты шутишь?!
Но он не шутит. Я знаю, что в эту самую минуту Зак чертовски напуган. Он привык к спокойствию острова и боится серьезного вызова.
– Я назову тебе адрес, а ты решай сам, – умоляю.
– Хорошо, это ведь моя работа, – нехотя соглашается он, и я диктую улицу и номер дома. – Сейчас позвоню сержанту, и мы проверим. – Но вдруг Зак запинается и говорит: – Что за… Ри, вы там в своем уме?! Что за глупый розыгрыш?
– Ты о чем, Зак?
– Ты же дала мне адрес сержанта Салливана.
– …?!
– Только попробуйте еще раз позвонить сюда, хулиганы! Я вас всех засажу!
Связь обрывается, а мы вчетвером, пребывая в немом молчании, переглядываемся в шоке.
– Стоп. Ри, что происходит?
– Без понятия. Но если Чарли уехал по этому адресу, то будь это хоть здание парламента, меня это не остановит, – возмущаюсь и быстро шагаю домой.
– Я с тобой! – встревоженно предлагает Том, все еще не до конца оклемавшись. Но на ногах уже держится, и то хорошо.
Джерри и Кэт молчат. Они вообще не могут врубиться в ситуацию, потому что не знают всех нюансов.
Том перебегает через дорогу, садится в свой красный внедорожник и бьет себя по щекам, чтобы прийти в норму.
– Я поведу, куда тебе за руль? Дай мне две минуты, – прошу и мчусь домой. Беру запасной ключ под вазоном с пальмой и тихо пробираюсь в прихожую. В мыслях абсолютная собранность в эту минуту. Я как вектор мячика, запущенного в воздух: остановить меня сможет только внезапно налетевшее цунами.
– Ри! Я не хочу ссориться, но это слишком! Я позвонил твоим родителям, – клокочет заспанный дядя Эндрю, поднимаясь с дивана в гостиной. – Приезжала полиция! Это уже ни в какие ворота не лезет!
– Так ведь ты эту полицию и вызвал, – обрываю монотонную речь. – Перестань меня стеречь, я не маленькая.
Дядя тяжело дышит, не зная, что сказать. Даже статус жениха не добавил ему таланта в общении с подростками. Сейчас максимум его знаний исчерпан, и дядя не знает, какие еще рычаги влияния использовать. Эх, Энди, разве авторитетом становятся, выпячивая грудь вперед и пылая яростью? Нет, уважают таких, как Чарли, который ушел молча, чтобы решать чужие проблемы. Почему? Я не понимаю, почему он так поступил?! Какое ему дело до Ханта, до Аманды? Зачем он так рискует?
Я забегаю в свою комнату, и следом приходит Итон, которому давно положено спать.
– Ты в порядке? – виновато спрашивает он.
– Да. Иди спать.
– Прости, я все-таки сдал тебя. Волновался.
– Ничего, Итон, правда. Иди спать.
– Но…
– Выйди отсюда! – кричу, и в глазах брата проскакивают искры ужаса и обиды. Мне стыдно, что наругалась на него, но я еле дышу от волнения и не готова к разговорам. Брат неловко дергает край пижамной майки и молча уходит, опустив плечи. Ничего, завтра с ним разберемся.
Я нахожу смартфон на столе среди вещей, достаю из шкафа розовую коробку и сажусь там же, у бежевой стены. На часах 01:24, уже наступила среда, 17 февраля. Но сегодня я интересуюсь у гугла не о событиях прошедших эпох. Я скольжу пальцем по экрану и спрашиваю: «О’кей, гугл, как правильно зарядить Глок-17?»
Вообще, я против американских правил всеобщего использования оружием – из опасения, что оружие попадет в руки детей или дебилов. Или таких идиоток, как я, которые умудряются на пустом месте вляпаться в неприятности, потому что проводят социальные эксперименты над собой. С другой стороны, каждый должен иметь право себя защитить, особенно если ты на острове, а преступник почему-то скрывается в доме сержанта полиции. С третьей стороны, хорошо бы общество было идеальным и вообще не нужно было бояться, хранить в розовых коробках пистолеты и спасать любимых людей.
Но, как сказал мистер Килмор, мы не идеальны. Так что я спокойно смотрю три минуты видео на чертовом ютубе и вставляю магазин в пустой проем в рукоятке, затем щелкаю по кнопке, снова выпуская его. Кажется, все довольно просто. Пистолет серебристый, легкий, будто игрушечный из пластика, и в нем семнадцать патронов. Надеюсь, мне не придется использовать ни одного; я молюсь об этом, когда закрепляю черный пояс с кобурой на платье, набрасываю клетчатый мешковатый пиджак и выбегаю во двор.
Дядя больше не пытается остановить меня, только напоминает беспомощно:
– Я позвонил твоим родителям!
Что ж, снова я буду крайней. Но на этот раз у обвинений хоть повод появится.
Чарли уехал полчаса назад, и у меня кровь стынет в венах от мысли, что уже поздно. Я сажусь в машину и проворачиваю ключ зажигания, вздрагивая от резкого звука мотора, и только потом замечаю, что Джерри и Кэт зачем-то забрались на задние сиденья. Не уверена, что они понимают, куда и с какой целью мы едем, но мне некогда их отговаривать. Я давлю на педаль газа, и мы несемся домой к сержанту, живущему на другой стороне Ламлаша, на собственной вилле, которая досталась ему от родителей. Я никогда не знала точного адреса, да и зачем? Кто помнит адреса в местах, где вырос и может на ощупь, пятками, определить локацию без GPS?
– Что мы будем делать? – задает разумный вопрос Томми.
– Если Аманда там, то забирай ее в безопасное место.
– Это понятно. А в дом как мы попадем?