Расскажи мне сказку на ночь, детка (СИ)

– Ты же меня просто разорвешь, – доносится ее взбудораженный голос.
– Не бойся, я буду нежным… Боже, детка, возьми меня в рот. – Я нетерпеливо запускаю пальцы в волосы на ее затылке, и Ри, эта скромная экстремалка, погружает меня в нирвану. Дыхание вышибает из легких, и сущность, голодная и злая, слетает с катушек. Я резко поднимаюсь и тяну Рианну на себя, заставляя сесть мне на колени. Она обхватывает меня ногами, и я впиваюсь в ее рот, зверея от наших общих стонов. Дрожащими пальцами сдираю с плеч бретельки платья и какого-то убойного бюстгальтера, который даже рассмотреть нет времени.
Еще немного… еще немного, и я вдохну.
Под моими руками стройное тело плавится. Я с силой сжимаю гладкие бедра под платьем, не разрывая поцелуя; целую грубо и глубоко, чтобы притупить удушающую боль в горле, но легче не становится. Я ощущаю, насколько Рианна горячая между ног, и готов кончить от того, как сильно она хочет меня.
– …ты! …что?! – Дверь спиной вышибает Джерри, влетая в комнату, и на него наваливается полицейский. В первую секунду мне плевать на окружающий мир, а в следующую я впадаю в бешенство и матерюсь так, что стены осыпаются, донося понятный смысл: что за нахрен?! Оставьте нас в покое!
Снимаю с себя Рианну и быстро накрываю одеялом, пока она затуманенным взглядом смотрит вокруг, не понимая, что происходит. Натягиваю штаны и слетаю с кровати.
– Вышли отсюда! – ору, а в голове взрываются клетки мозга, который требует, чтобы его перестали выносить.
От неудовлетворенности я превращаюсь в мстительную тварь, и когда Джерри что-то там объясняет, мол, соседи позвонили в полицию, то я просто бью ему по роже. Ибо какого хрена устроили вакханалию, что даже полиция приехала?
Офицер, которого я запомнил – Зак, кажется, – осуждающе смотрит на меня и поправляет рацию на светоотражающем жилете.
– Соседи пожаловались, что у вас слишком шумно, – повторяет он.
– Да кто шумел, Зак? Никто не шумел, – возмущается Джерри, ощупывая щеку. – Только Том проснулся и орет во дворе. Так у него горе, он же не со зла.
Офицер упирает руки в бока и качает головой:
– Думаете, у нас работы нет, кроме как гулящую молодежь разгонять?
Думаю, нет. Думаю, что нынешние события – ЧП, а не норма в Ламлаше. А Зак, которому от силы двадцать два года, пытается понтоваться передо мной… Или не передо мной, учитывая, как пристально он вглядывается в девушку, которая сидит на кровати.
– Совести у вас нет, – нагнетает Зак. – Сейчас возьму и обыщу дом. Найду наркотики или пьяных несовершеннолетних – всех вас засажу.
Он бравирует в пустоту, потому что наркоты в доме нет, как и несовершеннолетних. Так что я даю добро на обыск и пытаюсь выставить парней за дверь, обещая уплатить штраф. Завтра. Завтра, мать вашу!!! Сегодня оставьте меня в покое!
– Рианна? – на прощание окликает офицер, и та показывает нос из-под одеяла.
– Зак, мы не делали ничего противозаконного, – отвечает моя девочка тоном королевы.
Офицер согласно кивает и снова крутит рацию, нервничает.
– Я всего лишь выполняю свою работу, – оправдывается он. Перед Рианной люди почему-то часто начинают оправдываться. – Кстати, это твой дядя позвонил с жалобой. Эндрю Дикинсон.
Круто. Поганый Лобстер воет под моим окном каждую ночь, а Том первый раз вышел во двор проораться, так сразу полиция. Даже в раю никакой справедливости.
Офицер продолжает топтаться на месте и пялиться на Рианну.
– Эндрю тебя ищет, – произносит он почти смущенно и со страшной обидой смотрит на нее, явно не одобряя выбор Рианны Ламлашской. Но мне все равно, меня трясет. Если я не займусь любовью с собственной девушкой в ближайшее время, то свихнусь и покроюсь забвением. Так что лучше бы всем убраться отсюда.
– Спасибо, что сообщил, Зак, я уже собираюсь домой, – отвечает Ри, не двигаясь с места, и полицейский наконец сваливает вместе с Джерри.
Я захлопываю дверь и прислоняюсь к ней спиной, растирая лицо ладонями.
– Если бы я был параноиком, то решил бы, что проклятый остров бережет тебя от грехопадения, – говорю с надрывом и хлопаю по бедрам, хотя у меня нет не только сигарет, но и карманов. Возбуждение схлынуло, но мне хватает увидеть припухшие губы Ри, чтобы демоны в голове снова заскандировали: иди и возьми! Возьми ты ее, сволочь, дай нам жить нормально!!!
 
– Пить хочешь? – спрашиваю, и Рианна кивает, всхлипывая. Сначала я пугаюсь, а потом понимаю, что эта маленькая заноза смеется, а не плачет. Она падает на подушку и буквально давится от смеха, хотя не вижу ничего смешного.
– Зак так на меня посмотрел, ты заметил? Чуть в обморок не упал. Он подкатывал ко мне во время местных состязаний по шахматам, но в итоге я его обыграла, и он мне этого не простил. С тех пор даже не здоровался со мной, сейчас вот первый раз заговорил.
Ри очень весело, она сползает с кровати на пол, пытаясь подняться, но мне из ее сбивчивой речи стало ясно только одно: этот Зак подкатывал к моей девушке, а теперь шарится по моему дому, будто я школьник с травкой.
– Принесу тебе воды, – ласково отвечаю и выхожу из комнаты, чтобы найти шахматиста и объяснить кое-что о пешках и чужих королевах.
В доме пусто. Народ испарился при первых признаках проблем. Только Том сидит на крыльце, закрыв руками голову. Джерри тоже еще здесь, его машина припаркована на улице, как и кабриолет Кэтти.
Зак, увы, оказался не очень храбрым. Ничего он не обыскивал. Разогнал людей и сразу уехал, оставив на крыльце выписку о штрафе, прижав ее пустым контейнером от торта. Кто, интересно, покусился на сухой кекс? Выглядел он отвратно.
– Том, иди спать, – прошу, хлопая приятеля по спине, но он начинает рыдать. – Том, ты же завтра будешь никакой, и толку от тебя?
– Я должен был забрать ее еще прошлым летом. Надо было силой в багажник затолкать и уехать. Я не могу… не могу…
– Ну и сиди, черт с тобой, – начинаю злиться и возвращаюсь в дом. На кухне беру бутылку воды из холодильника, притворяясь, что не вижу обиды в глазах Кэт. Она растерянно стоит посреди комнаты и смотрит на меня.
– Можешь лечь в гостевой, – предлагаю. – Не садись за руль в таком упоротом виде.
– Зачем ты извинился передо мной в колледже сегодня? Зачем сделал вид, что тебе не наплевать на меня? – обвиняет она, смахивая злые слезы с глаз.
– Потому что Рианна попросила, – говорю правду и ухожу, слушая проклятия в спину.
– Пошел ты, Осборн! Кому ты нужен? Я теперь с Джерри, понял? Мы с ним в твоей спальне трахались!
– Да мне пофиг.
Хоть кто-то сегодня лишился невинности. Но чем Кэтти думала, связываясь с Джерри? Красивая ведь девчонка, не глупая.
Господи, мой дом заполонили унылые островитяне. Один плачет, вторая орет, а Джерри еле плетется на кухню, вытирая кровь с разбитой мною губы. Жаль, это не Кэтти его разукрасила, он заслужил. Пьяную девчонку зажал, додумался.
Размышляю обо всем этом и вдруг застываю у лесницы. Какого черта? Мне же наплевать на них.
Но правда в том, что здесь и сейчас, несмотря ни на что, я не ощущаю одиночества. И несчастный Том, и панибратский Джерри, и даже Кэтти – они будто часть моей жизни.
Меня прошибает этой простой мыслью: у меня есть жизнь. Без Джейсона, без матери, без Лины. Просто моя. Не подаренная мне, не отравленная, а заработанная. Ясная, как эта ночь.
Эндорфины беснуются на полную мощность, когда я поднимаюсь к Рианне. Она уснула, свернувшись на одеяле, и я не хочу ее тревожить. Она выглядит, как ангел, который укрылся крыльями. Нежная, сладкая, близкая до щемящей боли в сердце.
Оставляю воду у кровати и возвращаюсь вниз. На диване вибрирует мой айфон, забытый и облитый пивом, и я нахожу сигарету с зажигалкой, прежде чем выйти в сад и прочитать сообщение.
«ПОМОГИ».
Перечитываю снова и снова, и еще раз, а потом глубоко затягиваюсь дымом и закидываю руки за голову, отталкиваясь пяткой от земли, раскачиваясь на садовом диване.
Я долго сижу, ни о чем не думая. Но пустота не ноет внутри, ее просто нет. В ней произошел Большой взрыв, и родилась вселенная. Не знаю, что со мной. Наверное, Рианна заразила мою душу сказками, и они наконец проросли во мне, как те цветы в прозрачной точилке.