Прикосновение Силы (ЛП)

Пока Райн лишь казался спящим, то кожа короля Завьера была мертвенно-бледной, и другой человек тоже был мертв. Из-за комментариев Тохона во время экскурсии по замку, я знала, что ему нравится отнимать жизни своими способностями. Но он не убил Райна. По крайней мере, пока. Интересно, это кома мешала ему избавиться от принца?
Кто был следующим? Я подозревала, что вид Керрика в пустом гробу принесет Тохону неописуемое удовольствие. Странное чувство зародилось внутри, словно хотелось защитить Керрика. Я отогнала эти мысли и начала рыскать под столом.
Дешевый сосновый гроб запихнули под стол, на котором лежал пустующий. Не нужно было открывать его для понимания, что я туда помещусь.
Я быстрым шагом покинула эту отвратительную комнату. Ранние часы до рассвета подходили для поисков по замку лучше всего. Большинство обитателей работало до поздна и не покидало кроватей до середины утра. Я пробыла здесь достаточно долго и знала, что Тохон поступал также.
После возвращения фонариков в мою комнату, я пошла в лазарет, освещенный серым светом, и разбирала кучу способов отправить сообщение Зеппу про Райна. Все они казались невозможными. Будучи в отвлеченном состоянии, я не заметила странное движение слева от себя. Я заинтригованно прокралась между конюшней и оружейной. Прислонившись к стене оружейной, я огляделась вокруг здания.
Одинокая фигура двинулась вдоль забора пастбища к северо-западному углу территории. В памяти что-то дернулось. Селина упоминала сад… Лилий Смерти! Я побежала за человеком, срезая через пастбище. Он (или она) был полным идиотом?
В слабом свете северо-западный угол казался трупом из деревьев и кустов. Человек изчез в зелени, и я надеялась, что Лилии не атаковали. По мере приближения к саду, отчетливее виднелись Лилии и отдельные стебли. Лепестки были согнуты под странными углами. Сначала показалось, что Лилии Смерти схватили кого-то, но потом я поняла, что лепестки были широко раскрыты, открывая внутренюю часть цветка.
Я подошла к ближайшему из них. Он не шевелился. Растение было прибито к металлической раме, не позволяющей лепесткам закрыться. Кто-бы сюда не пришел — он мог не бояться быть съеденным. Даже пресловутые лозы Лилии были туго обернуты и завязаны узлами на металлической решетке.
Тохон? Для чего. Понятия не имею.
Я повернулась, дабы уйти, но сзади послышалось шуршание.
— Доброе утро, моя дорогая, — сказал Тохон, шагая между двумя Лилиями. Он нес с собой сумку, — ты уже закончила шпионить или это лишь часть твоих планов на день?
Я не должна была удивлятся уведомленности Тохона о моих поисках.
— Ты не кажешся расстроенным.
Он пожал плечами.
— Смотри сколько хочешь. Единственный человек, способный пробудит Райна, мертв. Кроме того, ты застряла здесь и не можешь рассказать Эстрид или Керрику мои секреты. И даже не думай, что сможешь отправить послание. Мои люди верны и выдадут тебя. Ты не хочешь разозлить меня, моя дорогая
Холодок прошелся по мне — волоски на коже встали дыбом. Я указала на Лилии Смерти, меня тему разговора.
— Почему они… открыты нараспашку? Что ты делаешь с ними?
— Если цветки открыты, мне проще извлечь из них токсин.
Я тарашилась на него в ужасе.
— Зачем?
Он улыбнулся моей реакции.
— Знала ли ты, что Гильдия Целитилей пыталась добыть токсин Лилии разнообразными способами? Вещество распадается, стоит Лилии завянуть. Но если достать его из живого растения, токсин сохраняет свои свойства, — Тохон полез в свою сумку и достал шарик оранжевого цвета. — Во время моей работы с Гильдией выяснилось, что лишь я один могу извлекать эти мешочки с токсином. У меня иммунитет к яду. Но если кто-то другой полезет внутрь — Лилия ужалит его.
Мешочек в руке Тохона был похож на те два, что я спрятала в своих покоях. Для чего Лилия Смерти дала их мне?
— Я знаю для чего токсин нужен был Гильдии, но зачем он тебе?
— Моя дорогая, я не верю, что ты настолько наивна. Думай изощереннее!
Существуют более простые способы убить, но токсин вызывал медленную и мучительную смерть. Пришло осознание безумной связи. Симптомы от токсина совподали с первыми двумя стадиями чумы. Оба приводили к смерти, но некоторым удавалось выжить после отравления ядом Лилии. Так как я сомневалась, что Тохона волновали эти совпадения или поиск лекарства от того и другого, то что он может найти полезным? Он называл своих людей верными, но, по моим наблюдениям, они были больше напуганы нежели верны.
 
— Ты изпользуешь токсин для угроз людям.
— Знал, что у тебя есть темная сторона, — Тохон сиял от гордости. — Удивительно, насколько угроза иньекции токсина эффективна. Они сделают все, что я скажу, и расскажут мне всю необходимую информацию. Помни об этом, моя дорогая.
Он только что подтвердил, что мне не найти здесь союзников.
— Раз уж у тебя дотаточно времени слоняться без дела каждое утро, не думаю, что тебе нужно еще три дня в лазарете. Ты можешь начать помогать мне сейчас, — Тохон жестом приказал следовать за ним.
Пока мы шли по замку, он спросил.
— Ты уже нашла мою лабораторию?
— Нет, — я надеялась, что не найду ее во время своих вылазок. Я могла только представить ужасы, что ожидают меня.
Тохон повел меня через дворец в основание одной из башен. Внутри была построена еще одна винтовая лестница. Тохон поднялся по лестнице, вместо того, чтобы спуститься, как я ожидала. Мы кружили по кругу, пока он не остановился несколькими этажами выше. Он открыл дверь.
— Почему ты думал, что я могла найти твою лабораторию, если запер дверь? — спросила я.
— Я полагал, что Мерзкий Керрик научил тебя вскрывать замки.
Я пораженно хмыкнула.
— Что смешного?
— Он бы не научил меня. Думаю, он боялся, что я не сдержу свое слово, и ему придется снова приковывать меня к дереву.
Тохон цокнул.
— Не удивлен. У него такие ужасные манеры.
Он открыл дверь. Пролившийся солнечный свет напомнил мне его вечный сад. Но столы и оборудование заполняли длинное узкое пространство. Окна высоко на стенах впускали внутрь свет. В лаборатории пахло ванилью и анисом.
Я была счастлива, что мои ожидания не оправдались. Я узнала несколько устройств, например, дистиллятор, который извлекал масла и другие лечебные жидкости из растений. В Гильдии целое здание было выделено на исследования. Казалось, Тохон скопировал его но в меньшем формате.
Он взял из стопки таз и поставил на стол. Достав мешочки с токсином, он разложил их. Я насчитала десять.
— Ограничен ли запас? — спросила я.
— В каждой Лилии Смерти есть два мешочка. Когда их достают, цветок вырастит другую пару, но на это уйдет несколько месяцев, — он указал на блокнот, — я отслеживаю сбор мешочков.
Тохон открыл ящик, полный шприцев. Взяв один, он толкнул иглу в мешочек, наполняя шприц токсином.
Чувствуя отвращение от его жутких действий, я спросила.
— Что мне требуется делать? Мне нужно проверить пациентов.
Тохон показал на стул.
— Садись, моя дорогая. На это не уйдет много времени.
Меня охватило беспокойство когда я села. Он постукивал по шприцу, убеждаясь, что внутри нет пузырьков воздуха.
Поворачиваясь ко мне со шприцем в руке, он сказал.
— Этой ночью состоится один из этих кошмарных королевских балов. Ты будешь моей спутницей. Надень зеленое платье.
В моем мозгу отложились только «бал» и «платье», но я не могла оторвать взгляд от шприца. Лишь когда он поставил его на стойку, я расслабилась.
Он улыбнулся.
— Твои эмоции настолько занимательны, моя дорогая! От ненависти ко мне ты можешь перейти к восхищению, отвращению, а затем к вожделению и снова сначала. Как я могу определить, которые правдивы, если ты и сама не знаешь?
 
— По крайней мере, я непредсказуема.
— Правда, — он нагнулся перед моим стулом так, что мы были лицом к лицу. — Единственное, что я знаю, это то, что ты получаешь удовольствие от лечения пациентов в лазарете. Ты наконец-то делаешь то, что должна была. Приятно, правда?