Агентство "Экзорцист": RUBEDO (СИ)

— У вас работают учителя, служившие на флоте?
— Что? — опешила директриса.
— Кто-нибудь из ваших учителей служил на флоте? — повторил я.
— Да. Насколько мне известно, преподаватели труда и физкультуры. Зачем вам?
— Мы может сегодня подъехать и поговорить с ними?
— До пяти. Потом они уйдут — рабочий день закончится.
— Постараемся успеть.
— Я предупрежу их, чтобы не смылись раньше.
Попрощавшись, я вернулся к монитору и погрузился в поиски того, кто разбирается в магии чисел.
  
Глава 39
 
Моё занятие прервал звонок одного из подчинённых Глории. Выслушав его, она повернулась к нам.
— Готовы послушать, что удалось выяснить?
Когда мы с Кейси выразили согласие, девушка продолжила:
— Проверили алиби химика и второго, учителя английского. Когда убили Виннер, химик вёл урок в восьмом «Б», это подтверждают лаборантка и дети. А классный руководителя шестого «А» во время её убийства был дома.
— И кто это подтверждает? — спросил я.
— Никто. Он живёт один.
— Ясно. А что со вторым убийством?
— Классный руководитель проводил замещение в пятом «В». Дети это подтверждают. А химик был на уроке в десятом «А». Опять же, ученики свидетели.
— Получается, ни один из них не мог совершить эти убийства?
— Ну, строго говоря, Нокс имел возможность прикончить Виннер, но тогда Мердок убил кто-то другой. А это, по-моему, бред.
— Бред, — согласился я. — Надо забрать у криминалистов верёвки, которыми были привязаны Виннер и Мердок. Хочу их кое-кому показать.
— Я поручу это кому-нибудь из своих, — кивнула Глория, беря телефон.
— Поедешь в клуб вечером? — спросил, пока она разговаривала, Кейси.
— Да надо бы. Будет шоу, соберутся артисты. Хочу с ними пообщаться.
— Я попросила привезти сюда верёвки с узлами, — сказала, положив трубку, Глория. — Зачем они тебе, Крис?
— Думаю показать их в «Пленной Сакуре».
— Хорошая мысль, — одобрил Кейси. — Ты узнал насчёт флотских?
— Есть такие. Трудовик и физрук. Предлагаю съездить посмотреть на них.
Через двадцать минут мы подкатили к школе. Дождь почти прекратился, но небо было затянуто свинцово-серыми тучами. Деревья стояли мокрые и понурые, казалось, по городу растекается уныние.
— Слушай, Крис, — сказала вдруг Глория, пока мы шли к крыльцу. — Я вот, что вспомнила: ты сказал, тебе директор клуба посоветовал поискать того, кто умеет плести макраме, так?
— Ну, это, по-моему, прикол был. А что?
— А то, что в кабинете информатики я видела макраме. В них горшки цветочные висели. Я только что это вспомнила.
— Хочешь сказать, убийца — училка? — с сомнением спросил Кейси.
— Да нет, конечно. Может, эти штуки купили в магазине, но проверить стоит.
— Ладно, как скажешь.
— Трудовик ведь служил на флоте, а макраме могли сделать дети на его уроках.
— Скоро узнаем.
— Хорошая школа, — после паузы заметил Кейси. — Смотрите, какое поле футбольное. Даже искусственной травой покрыто. Нехилые бабки в это вложены.
— У этой школы спортивных наград навалом, — отозвалась Глория. — Там куда ни плюнь — непременно либо в медаль, либо в кубок попадёшь. Сейчас сам всё увидишь.
Директриса встретила нас в коридоре второго этажа.
— Приходил ваш коллега! — выпалила она сходу. — Расспрашивал про наших учителей. Алиби выяснял. Вы что, серьёзно подозреваете кого-то из работников школы?!
— Мы должны рассматривать все возможности, — ответила Глория. — Иногда лишь для того, чтобы их отбросить.
— Ага. Ну и как, отбросили?
— У ваших учителей алиби.
— Ясно. Кто бы сомневался! — видно было, что директриса торжествует. — А теперь вы решили взяться за кого?
— Я вам звонил насчёт учителя труда и физкультуры, — сказал я.
— Помню. Они на первом этаже, правое крыло.
Трудовик оказался кучерявым мужиком лет пятидесяти, в сером комбинезоне, из карманов которого торчали карандаши, ручки и линейки. Очки в старомодной роговой оправе были сдвинуты на лоб.
— Да, служил, — сказал он, отвечая на вопрос Глории.
После того, как мы представились, он провёл нас в каморку, где хранились электроинструменты и стояли стол и два стула. Трудовик расположился на одном из них, а мы остались стоять. В этой крошечной комнатке пахло опилками и растворителем. В пластмассовых кейсах лежали дрели, перфораторы, болгарки и фрезы. В углу находился большой сварочный аппарат.
 
— Сначала на крейсере, а потом на подводной лодке, — продолжал трудовик. — А что?
— Кем вы служили? — спросил я.
— Слесарем КИП.
— Что это значит?
— Контрольно-измерительных приборов. На мне была аппаратура.
— У нас к вам всего пара вопросов.
— Ну, давайте.
— Вы умеете делать морские узлы?
— Конечно.
— И «штык»?
— Куда ж без него?
— Макраме в кабинете информатики плели вы?
— Не я лично, а дети.
— Но на ваших уроках?
— Да, десятый класс года два назад.
— Вы их научили?
— Конечно, а кто же?
— Где вы научились плести макраме? — спросила Глория.
Трудовик неожиданно усмехнулся.
— Летом по журналу. Жена взяла на дачу кипу, ну, я и полистал. От нечего делать. Вообще, увлекательная штука. Расслабляет мозги.
— Где вы были и что делали вчера с четырёх до шести вечера и сегодня утром с девяти до одиннадцати? — задала вопрос Глория.
— Вчера ездил на работу. После школы подрабатываю тут неподалёку, делаю откосы в новом доме. Часов до семи был там. А сегодня с половины девятого я здесь. Из школы не уходил, у меня сегодня «окон» нет, — добавил трудовик с усмешкой.
Глория всё записала.
— Кто может подтвердить, что вы вчера делали откосы?
— Стивен Феллпс из домоуправления. Он, конечно, над душой у меня не стоял, но пару раз видел.
— Ясно, спасибо. Это пока всё.
— Если что, заходите.
Когда вышли в коридор, Кейси спросил:
— Куда теперь? К физруку?
— Да, — кивнула Глория. — Что скажете про трудовика, парни?
— Вряд ли он убил этих тёток, — ответил Кейси. — Но отлучиться вчера с работы, конечно, мог.
— Запросто, — согласился я. — Но сомневаюсь, что он убийца. Просто интуитивно. Могу ошибаться.
Спортзал был рядом. Мы нашли физрука в подсобке. Он сидел за столом и заполнял журнал инструктажа.
— Здрасьте! — кивнул он, когда мы представились. — Садитесь сюда, — он указал на клеёнчатый топчан возле стены. — Что вы хотите знать?
— Вы служили на флоте? — спросил я.
— Было дело.
Физрук был рослым, наголо выбритым парнем лет двадцати пяти, широкоплечим, с крупными и выразительными чертами лица. На щеках пробивалась сизая щетина.
— Умеете завязывать морские узлы?
— Ну, да. А что?
— Где вы были вчера с четырёх до семи вечера и сегодня утром с девяти до одиннадцати? — это уже Глория.
Физрук фыркнул.
— Я подозреваемый?! Из-за каких-то узлов?
— Просто ответьте, пожалуйста, — попросила девушка.
— Да ради Бога! Вчера я был на соревнованиях по самбо. Начались в половине пятого, отсюда я вышел в четыре, так как было семь уроков, и закончил их в три тридцать. С соревнований ушёл около восьми. Вместе с тренером. Телефон дать?
— Давайте, — кивнула Глория.
Учитель взял листок и записал на нём номер.
— Держите. Время моего прихода он тоже может подтвердить: мы встретились в спортклубе в половине пятого.
— А что насчёт сегодняшнего утра? — напомнил Кейси.
— Без четверти девять пришёл на работу. До сих пор тут, как видите.
— У вас были «окна»?
— Нет.
— Вы никуда не выходили?
— Нет. Можете охранника спросить.
— У вас должен быть другой выход из спортзала, — заметил я.
— А, да. Точно, — препод усмехнулся. — Но у меня были уроки. Куда бы я пошёл?
Полицейские поднялись. Я тоже встал. Разговор был явно исчерпан.
— Это всё, спасибо, — кисло сказала Глория.