Агентство "Экзорцист": RUBEDO (СИ)

Резерби успел подняться на ноги, но был на моих глазах сражён пулей: из подкатившей тачки выскочили люди и принялись расстреливать дезориентированных противников. Один из них подбежал к упавшему Резерби и прицелился, собравшись выпустить вторую пулю ему в грудь — для верности. Недолго думая, я воспламенил его, превратив в живой факел. Пока живой! Человек завертелся, издавая вопли ужаса и боли. Его товарищ тем временем обошёл автомобиль. Раздались хлопки, и через пару секунд он появился снова — значит, застрелил второго полицейского. Софи нигде видно не было. Третий направился ко мне, однако револьвер держал стволом вниз.
Встав на колени, я выстрелил в него практически в упор. Человек удивлённо остановился, опустил взгляд себе на живот, а затем, охнув, осел на тротуар. Я повернулся, чтобы сразить и второго противника, но тот оказался проворнее: подскочив ко мне в два прыжка, сильно ударил по пистолету ногой снизу, и пушка, описав дугу, шмякнулась на асфальт. Вторым движением противник попытался ударить меня рукояткой револьвера в висок. Я, естественно, выставил блок, вскочил и врезал ему ногой по физиономии. Голова нападавшего дёрнулась, он попятился, пытаясь сфокусировать взгляд.
Можно было легко добить его, но тут я сообразил, что меня пытаются взять живьём. А значит, нападавшим поручено доставить непоседливого детектива к нанимателям. То есть, именно к тем, кого мне и нужно было повидать.
Решение следовало принять за считанные секунды. Мой противник пришёл в себя и двинулся на меня. Стрелять он по-прежнему не собирался. В мою сторону полетел кулак. Мгновенно выставив невидимый барьер, я остановил удар, но рука была так близко к моему лицу, что вполне можно было подумать, будто я его получил.
Покачнувшись, я живописно рухнул на бок. Нападавший склонился надо мной, размахнулся и ударил ещё раз. Так же попав в невидимую преграду. Я закатил глаза и замер, изображая отключку.
— Сюда! — крикнул мой противник. — Он готов!
Ага, значит, гнались именно за мной! Видимо, хозяева поручили своим клевретам доставить надоедливого детектива, чтобы выяснить, кому и что известно об их деятельности. Что ж, давайте поболтаем.
Меня подхватили и понесли. Засунули на заднее сиденье машины.
— Всё, гони! — раздался знакомый голос. — Да быстрее! Не слышишь сирены, что ли?!
Тачка рванула с места. Я лежал, закрыв глаза и притворяясь мешком с костями. Надеюсь, Софи жива. Главное — что наши преследователи убрались, оставив моих спутников в покое.
  
Глава 19
 
Поездка оказалась недолгой. По ощущениям не прошло и получаса, как машина остановилась, и меня вытащили из неё.
— Что-то долго он в отключке, — заметил один из похитителей. — Проверь, Мак, не дал ли дуба. Нам велели доставить его живым. Если сдох, не хочу и думать, как взбесится лорд!
Моего запястья коснулись холодные пальцы.
— Нормально, — произнёс другой голос через десять секунд. — Сердце бьётся. Думаю, оклемается. Если нет, обольём водичкой. Мигом взбодрится.
Я мог бы «очнуться» уже сейчас, но не хотел облегчать своим похитителям жизнь. Пусть потаскают меня ещё немного.
Через некоторое время и массу усилий меня доставили на второй этаж — это я понял по движению кабины лифта. Там похитители внесли меня в какую-то комнату и усадили в кресло, пристегнув к нему руки и ноги.
— Так, ты зови лорда и его приятелей, а мы пока приведём спящую красавицу в чувство, — задумчиво проговорил один из них. — Кажется, его мозги пострадали сильнее, чем я думал.
— Надеюсь, когда лорд придёт, этот парень уже сможет разговаривать, — заметил его собеседник, а затем раздались удаляющиеся шаги, и спустя секунду хлопнула дверь.
Вспомнив о планах облить меня водичкой, я тихо застонал, приоткрыл глаза и нашёл взглядом сначала одного, а затем другого похитителя.
— О! Пришёл в себя! — обрадовался тот, что стоял справа. — Смотри-ка, Джо. Даже принимать душ не пришлось. А жаль.
— Где я? Кто вы такие? Что вам от меня нужно? — выговорил я, старательно имитируя заплетающийся язык. Поморгал, делая вид, будто не могу сфокусировать взгляд. — Башка болит…
 
— Да, досталось тебе знатно, — усмехнулся тот, что стоял слева. — Но ты об этом не переживай. У тебя проблемы посерьёзней здоровья.
— И какие же?
— Скоро узнаешь. С тобой серьёзные люди хотят поговорить. Скоро придут.
— Мне бы доктора. По-моему, у меня сотрясение мозга.
— Как пить дать, — кивнул похититель. — Но врач тебе не полагается.
— Почему это?
Мужик усмехнулся и отвёл глаза. Видимо, считал, что скоро меня прикончат.
На этот разговор, в общем-то, и оборвался. Я не переживал: он и так не клеился.
Ждать дорогих гостей пришлось минут десять. Наконец, дверь открылась, и в комнату один за другим вошли Бартенс-младший, генерал Самертон и герцог Дербиш. Все трое выстроились передо мной и мрачно уставились, глядя сверху вниз.
— Полагаю, нам не требуется представляться, — проговорил генерал, прервав молчание. — Вам, господин Блаунт, известны наши имена. Как и полиции. Я прав?
— Совершенно верно. Увы, но мои показания давно там, где им и положено быть. Думаю, вам лучше явиться с повинной. Может, так выгадаете для себя хоть что-нибудь.
Бартенс зло усмехнулся. Я был удивлён, что его выпустили. Видимо, пока не хватало улик для ареста, и человека с таким общественным положением надолго задерживать без предъявления обвинений полиция не решилась.
— Мы знаем, что ты всё выболтал фараонам, — проговорил он. — Проклятый шпион! Из-за тебя многое придётся отложить. Но зря ты радуешься, думая, что всё нам испортил. Улики подчищены, и добраться до нас будет куда сложнее, чем тебе кажется! У полиции больше нет свидетелей. А показания — просто бумажки. Сами по себе они ничего не доказывают. Люди ведь могут ошибаться и врать. Наши адвокаты камня на камне не оставят от обвинения!
— В каком смысле: нет свидетелей? — осторожно спросил я.
— В прямом, господин Блаунт, — ответил за Бартенса герцог Дербиш. — На карту поставлено слишком многое, чтобы рисковать. Так что ни Раскуль, ни Рессенс, ни её брата, ни доктора Улаффсона, ни даже вашей милой подружки-горничной, имевшей глупость дать показания, в живых больше нет. Вы один, господин Блаунт. Но и это ненадолго. Мы оставили вас только на время, чтобы узнать, что именно вам известно и что конкретно вы сказали в полиции. Лучше быть предупреждённым об этом заранее. Уверен, у вас куча пробелов. Всего выяснить вы не могли. Как же мы поступим, господин Блаунт? Будете упираться, вынуждая нас применить особые меры, или расскажете всё добровольно?
Они втроём стояли и ждали ответа, а я думал о том, что Софи мертва! Ещё недавно я радовался, что девушку оставили в покое, но эти уроды, зачищая в панике следы, убивали всех, кто имел хоть какое-то отношение к их железнодорожной афере!
Во мне закипали злость, гнев, ярость, ненависть — ядерный коктейль, который я не собирался удерживать внутри. Правы эти трое или нет, считая, что полиции до них не добраться — плевать! Они убили Софи, и этого достаточно, чтобы не дожидаться вмешательства полиции. Тем более, в дело были замешаны потусторонние силы. А это уже по моей части.
Удерживавшие меня путы распались. Освободившись, я поджёг сразу обоих похитителей. Вид горящих людей вызвал у троицы растерянность, однако через несколько секунд мои враги взяли себя в руки.
— Так это правда! — прошипел герцог Дербиш, глядя на меня исподлобья. — То, что о вас говорят! Вы чародей!
Я собрал воздух вокруг него и двоих других. Посмотрим, как они станут дышать!
— Задыхаюсь! — просипел через секунду Бартенс. — Надо его прикончить! Давайте, быстрее! Врежем все вместе!
Генерал Самертон издал короткий рык, сложил пальцы в какую-то фигуру и выкрикнул короткое заклинание — кажется, на аккадском языке. Я с ним был знаком плохо, но примерное звучание представлял.
Остальные последовали примеру генерала. Пока двое их парней корчились на полу, превращаясь в головешки, Бартенс, Дербиш и Самертон быстро менялись: увеличившись в размерах, они стали похожи на огромные уродливые статуи демонов, отлитые из ещё не остывшего белого металла! Всю троицу окутывало густое синее сияние. Воздух в комнате потрескивал от напряжения.