Агентство "Экзорцист": RUBEDO (СИ)

— О, Господи! — вздохнул, закатывая глаза, Кирзби.
Невилл на это никак не отреагировал. Мельком заглянул в платок, сложил и убрал обратно в карман. Сцепил руки на животе. Вид у него был довольный, как у нашкодившего кота, который знает, что обвинить его ни в чём нельзя, и потому на сей счёт совершенно спокоен.
  
Глава 16
 
Я во время этой мизансцены блуждал взглядом по кабинету и только теперь заметил, что над диваном висит небольшая картина, изображающая гибель парусника «Королева Виктория», затонувшего у берегов Норвегии в сороковых годах позапрошлого века. Такая же, только размером поменьше, висела у нас дома. В полутёмном кабинете премьер-министра, куда из-за задёрнутых даже утром штор не проникал солнечный свет, свинцовая серо-зелёная гамма картины произвела на меня тягостное впечатление, чего не бывало прежде.
— Вас мы более не задерживаем, — привлёк моё внимание лорд Саймон. — Показания ваши запротоколируют в отделении, потом немного… побудете под присмотром, а там можете быть свободны до самого суда, когда вам, возможно, придётся выступить свидетелем. Впрочем, у нас и так достаточно материалов. Правильно я понимаю? — он метнул взгляд в Невилла, тот слегка качнул головой — мол, обойдёмся, без частных детективов. — Прекрасно! — премьер-министр поднялся из-за стола. Я тоже встал. — Сейчас капитан отвезёт вас для дачи показаний, — при этих словах Резерби вскочил, подтянулся. — Нет ли у вас каких-нибудь вопросов? Если это будет в наших силах, мы постараемся удовлетворить ваше любопытство.
— По правде сказать, — отозвался я, — есть.
— Меньше знаешь, как говорится, — негромко пропел Невилл.
— Кто тот убитый, которому выстрелили в рот? — спросил я, проигнорировав его замечание. Я должен разобраться в событиях, участником которых стал в последнее время. Дело не в играх «Беллерофонта», а в том, что в дело оказалась замешана демоническая сущность, явно представлявшая опасность. — Я так и не узнал, кто из списка жив.
— Что вы имеете в виду? — спросил Невилл.
Похоже, он был рад смене темы.
— Я подумал, что, если выяснить, кто из членов «Беллерофонта» жив, то станет ясно, кем был убитый, тело которого осматривал доктор Барни, — пояснил я.
— Генерал Самертон оказался слишком ретив, — ответил премьер-министр. — Ему захотелось обойти своих сообщников, и он поторопился связаться с лордом Кирзби прежде них, рассчитывая получить контракты за спиной у других членов «Беллерофонта». Речь ведь идёт о громадных деньгах, и жадность сгубила генерала — его бывшие товарищи решили такое вероломство не спускать.
— Кто его убил? — спросил я. — Бартенс-младший?
Питер Саймон вопросительно глянул на Невилла.
— Да, ваш несостоявшийся противник, — подтвердил тот. — Как вы догадались?
— Из-за способа, которым был убит генерал Самертон. Я однажды слышал, как Бартенс обсуждал с приятелем, Готли, достоинства нового охотничьего ружья, и понял по разговору, что он страстный охотник. А генералу выстрелили в рот картечью.
— Вам не откажешь в сообразительности, — заметил премьер.
Я помолчал, остальные тоже. Когда пауза начала затягиваться, заговорил Невилл:
— Выглядите чем-то огорчённым, господин Блаунт. Что у вас на душе? Выгладывайте. Расстроились, что не доведётся поучаствовать в судебном процессе? Или из-за того, что ваши сведения ничего особо не изменили, ибо нам и так всё было известно?
— Да, — ответил я.
Не объяснять же про демона.
— Прекрасно понимаю терзания вашего самолюбия. Но успокойтесь: если вам от этого станет легче, могу сказать, что полного списка участников заговора у нас не было. Эти люди десятилетиями учились оставаться незаметными, так что фамилии, которые вы назвали, серьёзно упростили дело. Сами мы вышли только на Бартенса, а затем уж, имея ваш список, вычислили и выследили барона Латтери. Кроме того, стало ясно, почему был убит металлопромышленник. Возможно, вы читали о его гибели.
— Читал. Террористы бросили в него бомбу.
— По приказу фон Раскуль. Ею же руководил, естественно, любовник, Бартенс. Таким образом «Беллерофонт» избавился от конкурента, которому изначально собирались отдать один из главных контрактов на строительство железной дороги.
 
— Мне показалось, что в полиции к моим словам отнеслись то ли с недоверием, то ли без… В общем, не обрадовались, что я назвал таких важных людей, — я нарочно не глядел в это время на Резерби, чтобы не сложилось впечатление, будто речь конкретно о нём.
Невилл понимающе кивнул:
— Мы предполагали, что те, кто нас интересуют, вращаются в высших слоях общества, но такие фамилии и титулы… они кого хочешь напугают, — он тонко улыбнулся, давая понять, что сам-то не из пугливых. — Но всё это не имеет большого значения. Понадобится лишь больше… аккуратности. Мы постараемся избежать гласности. Вероятно, предложим виноватым… сойти с арены, скажем так. Их судьба в любом случае останется на высочайшее усмотрение, — он красноречиво возвёл очи к лепному потолку.
— Только что речь шла о том, что процесс будет громким.
— Это при неудачном раскладе. Будем надеяться, что обойдётся. Скандал нам ни к чему.
— Мне кажется, нам пора перейти к более важным делам, — воспользовавшись паузой, вмешался Кирзби, в течение последней минуты нетерпеливо ёрзавший на диване.
— Ещё что-нибудь? — спросил меня, даже не взглянув на управляющего земледелием, лорд Саймон.
Я почувствовал, что пора уходить.
— Нет, благодарю. Для меня было честью познакомиться с вами. Простите, что отнял столько времени.
Питер Саймон протянул сухую жёсткую ладонь.
— Удачи вам. Вы сообразительный молодой человек и можете далеко пойти.
На этом разговор был окончен, и я вышел из кабинета в сопровождении Резерби.
— Сейчас в управление, — проговорил тот, снимая с вешалки пальто. — Запишем ваши показания. Потом определим на конспиративную квартиру — посидите немного под присмотром, пока не арестуем душегубов. А то ещё укокошат вас как важного свидетеля. Уж и пытались ведь?
Я молча кивнул.
— Если за дело действительно взялся герцог Дербиш, следует опасаться, — сказал капитан. — Это человек серьёзный и обстоятельный, он привык доводить дела до конца.
  
Глава 17
 
Мы спустились по мраморной лестнице в фойе, где дежурный полицейский вернул мне мой арсенал. На улице нас дожидались два автомобиля — один побольше, другой поменьше и полегче. В обоих сидели полицейские в гражданском, но, помимо них, в первом я с удивлением увидел Софи. При моём появлении девушка смутилась и покраснела.
— Садитесь ко мне! — проговорила она, когда я подошёл. — Можно? — добавила она, обращаясь к Резерби.
Тот равнодушно кивнул.
— С вами поеду, — он дождался, пока я усядусь рядом с девушкой, и сам устроился с водителем.
Обернулся, подал знак товарищам в лёгкой машине, и оба автомобиля тронулись в путь.
— Вы сердитесь на меня? — спросила Софи, глядя на меня ясными голубыми глазами.
Разговаривать в присутствии полицейских не хотелось, но не ответить было бы невежливо.
— Не знаю, — честно сказал я, подумав несколько секунд. — С одной стороны, не ожидал, то вы проявите в этом деле… инициативу. Но, с другой, конечно подставлять лоб под пулю с шансами пятьдесят на пятьдесят не входит в число моих любимых занятий.
На самом деле, девушка избавила меня от необходимости убивать Бартенса, так что я ей был, скорее, благодарен. Но признаться в этом не мог.
— Так вы меня прощаете? — с надеждой спросила Софи.
— Придётся, — улыбнулся я.
Девушка просияла.
— Я надеялась, что вы не станете долго дуться.
— Долго? Значит, вы были уверены в том, что рано или поздно я сдамся?
Софи пожала плечами и улыбнулась. Минуту мы молчали, глядя по сторонам. Ехали по набережной. Снег сошёл практически везде, оставшись только в углах, но и там сочился на апрельском солнце талой водой. Серый мокрый лёд лежал по краям Темзы, готовый сдать позиции в любой момент. Весна вступала в свои права уверенно и настырно.