Алмазная Грань (СИ)
— Где я? — пытаюсь сказать, но закашливаюсь, и тело разрывается болью. Но она быстро проходит, видимо, меня накачали ядреным обезболивающим.
— Все хорошо, вы в больнице. Ранение и потеря крови, но операция прошла успешно. Теперь вам нужно поправляться.
Кто-то что-то говорит на ухо доктору. Он теряется, но все же кивает.
— Конечно. Но не более десяти минут, ей нужен покой!..
Они уходят, доктор напоследок улыбается улыбкой, от которой хочется жить. Но я боюсь улыбаться в ответ, потому что каждое движение причиняет боль. Я слаба, как никогда прежде. Даже после того, как меня откачивали от истязаний горилл в подвале, был гораздо больше сил…
— Виктория! Девочка моя!
Мир замирает… а затем падает вместе со мной в бездну. И тело сковывает пронзительным холодом.
Я знаю этот голос. Это мой ад. Мой кошмар, от которого я пыталась сбежать, но так и не сумела. Меня спасли для того, чтобы снова отдать в руки этому монстру!
Лукас садится на край моей постели. Я смотрю в его лицо, светлые глаза, в которых больше нет холодного льда непримиримости и жестокости. В них то, что видеть никому и никогда не приходилось. Восхищение, растроганность, благодарность… и то, что я там видеть не хочу.
Видеть следы вируса суки под названием Любовь.
Он сжимает мою руку. Это причиняет боль, но я ее не замечаю. Я в шаге от того, чтобы взвыть. Я не смогла сбежать. Я снова проиграла.
— Золотая моя… ты… ты спасла мне жизнь… ты закрыла меня собой… Виктория, моя неуязвимая и смелая… Моя Алмазная Грань!
Господи, о чем он? Кого я закрыла собой? Что он говорит? Это злая шутка? Так не бывает, так просто не может быть!
— Никто бы не сделал этого для меня… ты и Сашка, единственные. Он немного не успел… но ты, моя храбрая Грань, ты ради меня…
Силы тают. Чтобы не повалиться в беспамятство, я непроизвольно сжимаю его пальцы в ответ. И тут же волна чужих эмоций вливается в мою кровь и бежит по венам, не зная преград.
— Я теперь все для тебя сделаю. Что хочешь, проси. Все тебе отдам! Я не ошибся в тебе! Все, слышишь?! Моя любимая… ты ради меня едва не убилась!
Сознание пытается убежать от этой экспрессии. Я сжимаю руку Лукаса посильнее. И чувствую, как будто все его силы перетекают ко мне. Энергия глуши боль, бьёт ключом, заполняет, и это безумно хорошо.
Я как вампир. Только я пью не кровь, а его жизненные силы. Пью жадными глотками взахлеб.
— Ты… — его голос начинает дрожать. — Ты сделала это для меня? Потому, что я тоже тебе дорог?
Поднимаю руку с тентаклями капельниц, и больше не замечаю боли. Первый шок схлынул. И теперь в моей крови бурлит что-то незнакомое, темное, бездушное, похожее на холодный расчет. Ничего удивительного, если знать, у кого я отбираю силы в одно касание!
Кладу ладонь на его щеку, ощущаю легкую щетину. И понимаю, что каким-то образом обрела способность говорить, не вздрагивая от боли.
— Конечно, Михаил, — ложь слетает с моих губ легко, словно вдох и выдох. — Я просто не знала, как буду жить без тебя…
Мое тело и сознание буквально колотит от мощнейшего антидота чужих обнаженных чувств. Таких лакомых и уязвимых, пей до забвения, и никогда не будет много. Голос Лукаса все тише. А я ощущаю, что у меня хватит сил сейчас свернуть горы, только бы источник этой энергии находился рядом и продолжал держать меня за руку.
Он говорит о том, что откроет мне весь мир. Что теперь у него никаких сомнений в моей преданности и чувствах. Что он хочет видеть меня партнером и супругой. Что едва не погиб, когда понял, что в меня выстрелили — от мысли, что я могу умереть.
Эти чувства искренние. Фальшь никогда не насытит кровь энергией жизни. А я ощущаю, как внутри просыпается темное, злорадное естество.
Сжимаю его ладонь еще сильнее и, открыв рот, пью. Пью его силы из бокала обнажённой души жадными глотками. Не надо никаких лекарств. Я выпью того, кто сейчас так беззащитно отдан мне на растерзание.
Лукас меняется в лице. Подносит руку ко рту и заходится в приступе кашля. Пытается отнять руку, но я держу ее, словно канат, сброшенный с борта корабля в открытом море…
Его ладонь в крови. А мне стоит огромных усилий не улыбнуться.
— Спать… — имитирую слабость в голосе и закрываю глаза. Только тогда разжимаю пальцы, чтобы не убить ненароком своего персонального донора.
Но он сам идет в свою западню. Целует мои руки, шепчет, задыхаясь от нежности и надрыва, вздрагивая от переполняющих чувств.
А я упиваюсь собственной победой. И обещаю себе в этот момент взыскать сполна все, что мой персональный монстр, ставший ручным чудовищем, еще сможет мне дать…
Конец первой книги
Больше книг на сайте - Knigoed.net