Путь Акогаре. Том 1 (СИ)
— Ну, Кен у нас известный скептик, а я более лоялен к таким историям, — продолжал допрос Тэгами, — Если в нашем мире есть многоглазые вороны и неломающиеся катаны, то должен и быть источник такой мистики!
— Тогда, источник всех злодейств тоже существует? — уточнил я.
— Демон Кодоку, отец остальных мертвецов, что прячется в тени. Все эти шесть тысяч лет скиталец пытается придумать как его побороть, но все попытки тщетны. Одиночество абсолютно.
А вот в это я верю.
За пятнадцать лет скитания я испытал томное веяние на собственной шкуре, этот скиталец может стать крайне правдоподобным объяснением всему происходящему, как и говорит писатель. Мне хочется задать ему вопрос, или хотя бы увидеть бессмертного воплоти, какой же он?…
Что же у тебя в голове, Чино Тэгами?
Если сила странника действительно сравнима с божественной, получу ответ на то, что волнует меня с самого начала нашего путешествия.
— А вы хоть о «Акогаре-но доу» слышали? — спросил Согия.
— Да-да! — вслед за Чино, одобрительно кивнул и я, — Меня отец по нему учил катаной махать.
— Ну, автор сего труда — Рёко Ша!
— Я читал, когда в лесу бродяжничал, мне приносили эту книгу.
— Вы не только на словах отшельники! Сейкацу огромен, но вы предпочли одинокие скитания, и жизнь в иллюзиях. Дали поглотить себя Кодоку… Так дайте и свету проникнуть в душу! — воодушевленно выкрикнул гробовщик.
— Ума приложить не могу, как при таком живом божестве, кто-то может предпочесть проповедников и катану в брюхе… — ворчал Чино, — А ты уже уверовал, Кен Кё?
— Частично.
— Скоро начнётся схождение, — выходя из воды, говорил Согия, — пойдёмте, вижу, и вы захотели увидеться с ним!
— Вы, чертяка, умеете нагнать интриги! — крикнул вслед писатель.
— А вот в твоих рукописях это получается постольку-поскольку — слишком спешишь раскрывать главные козыри, — спокойно критиковал он, — но это дело практики, не боись, придёт со временем.
— Да-да-да, — выдохнул Тэгами, — Со временем…
Впопыхах накинув свои лохмотья, наша троица оказалась на улице, там дорогу залило местными, создавая длиннющий туннель от врат Содатсу — импровизированную сцену. Гул разговоров стих, когда из чащи вышел долговязый юноша, что никак не смахивал на того, кто живет уже шесть тысяч лет, максимум — двадцать пять. На плечах сидел один из многоглазых воронов, наблюдая за каждым в толпе. По длине волос вышедший вполне бы составил конкуренцию Чино, их гривы отличались только собранностью пучка второго. Мгновение, и в его руках появился веер, Рёко замер на несколько секунд, после чего плавно перешел в движение. Подобно летнему ветру, спокойно колыщащему листву на деревьях, божество начало выполнять около боевые приемы — разводить руки в стороны, смещать тяжесть ног. Казалось бы, бред, но зрелище настолько завораживающее, что музыка в голове подставлялась сама по себе, а отвести взгляд от пляшущего в облаках горного дракона — задача не из возможных. Темп ускорился, играющий в подсознании сямисэн запрыгал, аки кузнечик по стебелькам травы. А ход танцора стал более обрывистым, в репертуар полились выпады, резкие свёртывания и развертывания главного атрибута — веера. Оно могло продолжаться вечно, но как только на лбу Ша выступили первые капли пота, тот уверенно смахнул их вместе с пристающими длинными волосами. Вытянул руки вверх и вновь застыл.
Сямисэн затих.
Благословение получено.
Последним элементом в игре стал дождь, что лёгкой моросью вымочил сухую землю.
— Это доброе знамение, — сказал Согия, — Странник вновь одолел засуху и заслужил милость природы.
— Очень красиво, конечно, но вопросы-то когда можно будет задать?
— Ну, сейчас Рёко отправится отдыхать в идзакаю, там его окружат местные, а когда разойдутся, мы сможем спокойно побеседовать. Вероятно, я даже знаю какой вопрос ты хочешь задать, Кен, — загадочно улыбнулся гробовщик.
* * *
Неужто в этом мире есть тот, кто может противостоять Кодоку? Это вселяет надежду, наша борьба не столь однобока, как мы об этом думали. Как я об этом думал, если точнее… Много же от меня ушло, пока скитался в отшельничестве, даже подумать не мог, что знаменитое «Акогаре-но доу» именно его авторства.
В лесу я зачитывался многими классическими произведениям китайской и японской философии, которые любезно приносились народом дарами «лесному духу», были там: «Искусство Войны», «Бусидо», сборники Конфуцианских учений. И средь них выделялось «Акогаре-но доу», оно учило настоящей жизни, а не слепому следованию воле господина, например. Прямо чешется уже повстречаться с автором этого монументального произведения… Интересно, как я раньше не слышал, что он является людям и, самое главное, что он и есть создателем катан Акогаре, воронов Унмэев? С чего бы ему не указывать этого в книге?
Перед встречей со странником всё тело безудержно трясло, я вроде не ребёнок, но одновременно внутри играли и страх, и уважение, хотя часть меня отказывалась верить в божественное начало Рёко, ибо, как сказал Тэгами: «У каждого мистического явления есть объяснение, иначе это просто миф».
Хорошо, что мы успели принять ванную до такой важной встречи, а то было бы неудобно выступать перед человеком подобного происхождения в грязном виде, хотя… Вряд-ли после стольких лет жизни он будет оценивать нашу внешность.
Идзакая была совершенно неформальным заведением, где подавались разные блюда и алкогольные напитки. Сесть можно было как и на традиционные татами, так и на стульчики у барной стойки. Здесь никто и никуда не спешит, еда заказывается медленно и в несколько заходов. Блюда к трапезе подаются не по порядку заказов, а по мере приготовления, то бишь те, что приготовить легче, принесут первыми, а которые готовятся сложнее и дольше — последними. Мы пришли туда поздней ночью, когда уже весь цивильный люд мирно спал, светился только фонарь у входа.
— Он там? — нервно спросил Чино.
— На всю деревню тут одна харчевня, — ответил Согия.
— … - вместо всяких разговоров я напролом вошёл внутрь. Почти пусто, только барный стул занял тот самый юноша, рядом с ним клевал закуски Унмэй. Наша троица, все как один, уважительно поклонились.
— Оставьте официоз, ребята, — успокаивающим голосом, начал Рёко.
— Мы пришли побеседовать, я хочу задать тебе вопрос! — быстро подходя к сидящему, тараторил Тэгами.
— А ты не созрел ещё, чтобы мне вопросы задавать! — странник ухватил юношу за пах, — Ха-ха-ха, — во время смеха румянец на его щеках горел.
Глава 5
Странник
Фарбы! Златая роспись кимоно, румянец на щеках, я вижу их! Бросил взгляд в окно, там кремом светилась луна, я вижу! Вывеска у входа, цвета апельсина, вижу! Глаза Согии, как бушующий в горах ручей, вижу! Сейкацу! Ты… Вовсе не серый? Ты… Полон радуг? Значит… Их теряют не все?… Да их утратил я один!
— Какое удивленное у тебя лицо, будто бога во плоти увидел! — рассмеялся Рёко, прищурив глаза, — Ладно, давайте вопросы начнёт задавать самый старший, а это… — он окинул нас оценочным взглядом, — Ты! — указал он на меня, — Кен Кё, если правильно помню — ожидая вопроса, он смотрел так, словно и сам знает о чем я думаю, но не хочет этим хвастаться.
— Да-да, — такая резкая манера речи Ша, убрала всю сонливость, — у меня только один вопрос — чего хочет Тэгами?
— Ха-ха-ха! Если скажу — пропадёт весь интерес!
— То бишь ты не ответишь?
— А кто вам гарантировал ответ, может, я вопросы послушать хочу?
— Глупо ты свой шанс потратил, — прокомментировал писатель.
— А этот ваш малец, смотрите, завидует! — указывая на Чино, раскатисто смеялся странник, — Следующий ты, Согия.
— Что случилось с моим Акогаре? — как по заготовке, выдал гробовщик.
— Хм… — скиталец заметно помрачнел и задумался, несколько секунд промычав, продолжил: — Он сейчас в очень опасных руках, вам не справится — даже втроём. Дай-ка сюда кодати твоего самурая, — Рёко вытянул клинок из ножен и провел по лезвию языком, кровь мгновенно впиталась в сталь, — Теперь этот меч может убить мертвецов, но, в отличие от Акогаре, остался таким же хрупким, будь осторожнее, — протянул обратно.