Два шага назад (СИ)

— Я быстро!
Влетев в комнатку, первым делом достал из шкафа рюкзак и сунул на самое дно деньги, забранные из личного хранилища. Оставлять их здесь — опасно. В «Титане» воров вроде бы нет, но всякое случается… Сверху полетели трусы, носки, сменная футболка, прочие житейские мелочи.
Когда выбежал на крыльцо, одетый как обычный городской житель, то едва не врезался в стоявшего прямо передо мной сослуживца.
— Коммуникатор не забудь, — напомнил он. — На тумбочке лежит.
— Ой, точно! — я опрометью вернулся обратно в комнату, удивляясь внимательности товарища. Схватил позабытый коммуникатор, и, с покаянной физиономией, в два прыжка выскочил наружу.
Хлопнула дверь, пикнув блокировкой замка. Взлетела подхваченная со скамьи сумка.
— Поспешим. Нас и так заждались.
***
До городка, где квартировал мой бывший батальон, нас подвез один из старослужащих, коему вздумалось после наряда навестить торговый центр и прикупить всяких бытовых безделиц. Распрощавшись с ним на парковке, Псих уверенно направился к автобусной остановке, при этом озабоченно вертя головой.
— Что высматриваешь?
— Магазинчик электроники или что-то подобное. Наушники нужны.
Идея обзавестись персональными наушниками, а не одалживать их у парней, пришлась по душе. Давно собирался, да всё как-то не срасталось. Люблю, когда фоном играет что-то мелодичное, или интересная книжка бормочет.
— Вон, — вывеска с крупными буквами «Техника на любой вкус» словно сама бросилась в глаза.
Молча проследив в указанном направлении, сослуживец, сутулясь и едва не цепляя плечами прохожих, торопливо зашагал в царство компьютеров и роботизированных кухонных помощников.
Наушники приобрели без консультаций продавца. Псих — самые дешёвые, я — такие же, как и одалживал у парней. Соотношение цена/качество вполне устраивали, а выбирать оказалось некогда. Наставник спешил.
Рассчитавшись, до остановки почти бежали.
Я буквально сгорал от любопытства. Хотелось узнать, что случилось и к чему такая спешка, однако немногочисленные жители, ожидающие автобус, заставляли держать рот на замке.
— Потерпи, — хмыкнув, проронил Псих. — Скоро пообщаемся. Билеты я купил.
***
Двухэтажный, с затенёнными окнами, автобус подъехал минут через десять. Все ожидающие с видимым удовольствием выстроились в очередь и по одному втянулись в прохладное, комфортабельное нутро салона, рассаживаясь тут и там.
Наши места оказались примерно посередине. Устроившись в кресле, я вопросительно посмотрел на наставника. Интрига интригой, но слишком долго находиться в неведении тоже нельзя. Нервы могут и не выдержать.
Он всё понял без слов. Достал коммуникатор, синхронизировал девайс с наушниками и молча протянул их мне, туманно прокомментировав:
— Послушай. До конца.
… Запись, несмотря на отвратительное качество, оказалась весьма занимательной. Практически информационной бомбой. Я слушал разговор двух людей, в которых без труда признал замкома бригады и Кано. Они обсуждали меня, Психа, делились соображениями о служебных делах. Судя по всему, офицеры не опасались прослушки и общались без кодовых слов и терминов, в открытую.
Судьба Карата, с которым у меня не было ничего общего, взволновала мало, зато упоминание о наркотиках заставило вздрогнуть. Выходит, в главном Хлюпа не соврал — таблетки действительно принадлежали «Титану».
Не обошли беседующие стороной и ту тётку, из автобуса, отчего я невольно принялся вспоминать её лицо, теряясь в догадках — видел ли я истинную внешность или грим.
Дальше стало ещё увлекательнее. Эти два дельца в форме так и не пришли к единому мнению, как поступить с бойцом, носящим позывной «Маяк», то есть со мной. Отложили «на потом», предварительно выдвинув несколько крайне пакостных версий возможного развития событий и посетовав на авторитет наставника.
Финальное заявление «Решу попозже» и вовсе оставило налёт чего-то неотвратимого, отложенного для особого, наиболее подлого удара.
С дел бригадных их трепотня переключилась на какие-то малопонятные полунамёки и вырванные из контекста фразы. Так, обычно, вспоминают прошлый рабочий проект, в котором оба принимали непосредственное участие и детали которого вспоминать — только время тратить. Один сказал, другой с полуслова понял.
 
Дважды мелькнуло название «Хозяева улиц». Очень хотелось, для понимания, воспользоваться сетью, но отвлекаться от прослушивания я не дерзнул, боясь упустить нечто важное, и до поры отложил самообразование. Тем более, что вскользь прозвучало упоминание некоего Цаха, «сделавшего» последнюю акцию практически идеально.
Назвал это имя или кличку мозгоправ, пожаловавшись, что по завершении мероприятия «пришлось избавиться от «дорогущего и высокоточного инструмента». Замком его недовольство частично поддержал, поведав о сложностях в поставках из-за этого «грёбаного жлобства Федерации и дебильных ограничений».
Вспомнили и про Акоку Бикилу. На планшет Кано поступило новое письмо от неведомого специалиста, в котором сообщалось, что данные дамочки настоящие, как и внешность (это безмерно удивило «титановцев», да и меня тоже), что официально она нигде не зарегистрирована и не работает.
Её взаимоотношения с законом оказались довольно натянутыми. По оперативной информации, женщина состояла в картеле среднего пошиба, квартирующем неподалёку от столицы, и имела статус переговорщика. Цитируемое урывками досье говорило о жёсткости и изворотливости данной особы, за всю свою жизнь не имевшей ни одного привода в полицию.
— Потому и катается сюда безбоязненно. Судимым, обычно, пропуска стараются не давать, — ввернул Кано.
Фактический адрес проживания, почерпнутый всё из того же досье, он, по привычке всех старых службистов, отчётливо доложил начальству.
Последние десять секунд записи были посвящены командиру «Титана». Опять же, мельком. Замком обмолвился, что «босс в столице, и, наверное, скоро ожидаются большие перемены. Сам, — это слово выделялось особо, — вызвал».
… Я снял наушники. Повертев пластиковые загогулины в пальцах, нерешительно протянул их владельцу, расслабленно полуприкрывшему веки и откинувшемуся на подголовник.
— Спрашивай, — негромко, но внятно потребовал он, подставляя открытую ладонь для своего свежеприобретённого имущества. — Люди позади, — имелись в виду пассажиров за нашими спинами, — смотрят фильм. Если не орать — не услышат. Перед нами никого.
Полуобернувшись, я отметил устремлённые в спинки кресел взоры и беспроводные гарнитуры в ушах.
Спрашивай… О чём?.. Ну, хорошо. Начну по порядку.
— Хозяева улиц?
— Банда. Входит в тройку крупнейших в стране. Её лидер недавно погиб. Выстрел произведен с очень приличного расстояния. Стрелка не нашли… Я для тебя закладку сделал. Потом посмотришь статью. Хороший журналист писал. Сжато и объективно.
— Цах?
— Стрелок. Очень меткий. Не то, чтобы снайпер, другой талант… Без всякой подготовки попадать навскидку с приличных расстояний. Да. Так точнее. Служил в бригаде, года полтора назад ушёл в столичный офис вербовщиком и ответственным за логистику. Изредка приезжает, хвастается… Я с ним мало знаком. Он в горячие деньки больше при руководстве отирался, много ездил в командировки. Но воевать умеет. Сильный. Законченная мразь. Пришёл в батальон спустя полгода после меня. Отличался жадностью и не брезговал ничем. Застрелил мирного из-за собственного плохого настроения. Его тогда вышестоящие прикрыли от тюрьмы ради сохранения патриотического имиджа «Титана». Потом сгладилось, про это предпочли забыть. Если сдохнет, вселенская справедливость только восторжествует… Поначалу таких беспредельщиков много было, от них постепенно избавлялись. Этот лучше всех пристроился.
— Высокоточный инструмент?
— Что угодно. От винтовки до пистолета любой модификации. Цах всем умеет пользоваться.
— Куда мы едем?
— К человеку, называвшему себя Майклом. Я хочу утрясти вопрос о твоём пребывании. Для того и организовал увольнительную.