Страсть. Часть первая (ЛП)

— Я хочу, чтобы ты легла на спину. Мы будем делать это медленно.
Я больше не уверена, что это то, чего хочу. Он в двух секундах от того, чтобы стать полностью обнаженным, и я уже несколько дней гадаю, как выглядит его член. Я вообразила его, основываясь на том, что почувствовала, когда он прижался ко мне. Знаю, что он толстый. Уже сейчас могу сказать, что он будет крупнее любого из мужчин, с которыми я была раньше.
Я двигаюсь на середину кровати, прежде чем растянуться на спине. Скрещиваю ноги в лодыжках, отчаянно пытаясь удержать юбку на месте.
Он подползает ко мне, пока его руки не оказываются на одеяле по обе стороны от моей головы. Николас сжимает коленями мои бедра. Я чувствую, как набухший член трется о мой живот через ткань моего платья и его брюк.
— Ты поцелуешь меня сейчас? — спрашиваю я, затаив дыхание. Мне нужно, чтобы он прикоснулся ко мне. Я хочу этого.
Он целует. Николас опускает лицо, пока губами не захватывает в поцелуе мои. Медленно, дразня меня своим языком. Его облизывания глубокие и неторопливые. Он стонет, когда я пытаюсь прикусить его нижнюю губу.
— Мне нужно заставить тебя кончить, — он шепчет эти горячие слова, прерывая поцелуй.
— Сейчас? — я практически задыхаюсь. Чувствую, как мое возбуждение скапливается у меня между ног. Знаю, что когда он протянет руку, чтобы дотронуться до моих трусиков, они будут насквозь мокрыми.
Он опускается ниже, оставляя поцелуи на нежной коже моей шеи.
— Расслабься, София, — его дыхание щекочет мою грудь. — Я обещаю, что это будет совсем не больно.
  
Глава 22
 
Николас
Понятия не имею, почему я, черт возьми, до сих пор не внутри нее. Как только София прошептала, что хочет, чтобы я затащил ее в постель, я почувствовал, как капелька предэякулята выступила на головке моего члена. Я все еще тверд, как стальной прут, но сегодня не обо мне. Я хочу, чтобы сегодняшний вечер был посвящен Софии.
Прежде чем прижаться к ее губам, я смотрю на нее сверху вниз. Она лежит на спине подо мной. Чувствую, как подергиваются ее ноги с тех пор, как я оседлал ее. Возможно, она пытается передать манеру поведения женщины, которая трахалась с бесчисленным количеством других мужчин, но ее тело говорит об обратном.
София тихо стонет в ответ на наш поцелуй, руками касаясь моего затылка. Я проникаю языком глубоко в ее рот, уговаривая ее язык коснуться моего. Я хочу, чтобы она наслаждалась им так же сильно, как наслаждалась бы, если бы я был по самые яйца глубоко внутри ее прекрасного тела.
Я отстраняюсь, чтобы увидеть, что делают с ней мои прикосновения. Я должен запечатлеть тот момент, когда она взорвется от моей руки, и это начнется сейчас.
Я скатываюсь с нее и прижимаюсь всем телом к ее боку. Ее грудь вздымается; короткие, учащенные вдохи выдают ее потребность.
— Ты собираешься раздеть меня? — она поворачивает голову, чтобы посмотреть на меня. — Если это так, будь осторожен, потому что эта ткань легко рвется.
Я хмыкаю.
— Буду иметь это в виду. Сегодня вечером, думаю, я бы предпочел увидеть, как ты кончаешь прямо в одежде.
София хмурится.
— Ты собираешься заняться со мной сексом, пока я одета?
Я провожу кончиком пальца по ее ключице, прежде чем опустить его вниз, к вырезу платья. Оно без бретелек, и очевидно, что она не потрудилась надеть бюстгальтер. Ее соски прижимаются к ткани, требуя внимания. Я обвожу правый сосок сквозь ткань платья, пальцем рисуя круговую дорожку вокруг твердого бугорка.
— Твои сиськи идеального размера.
— Я всегда это знала, — она улыбается мне. — Рада, что тебе нравится грудь поменьше.
До сих пор у меня никогда не было предпочтений. Ее тело — все, о чем мог бы мечтать любой мужчина, и это не только из-за чувственных изгибов.
Трей Хейл, возможно, и был тем, кто терся об ее задницу в клубе, но на нее смотрели десятки глаз. Когда она вышла из лифта, несколько мужчин обернулись, чтобы посмотреть, как она проходит мимо. София привлекает к себе внимание, даже если совершенно не замечает этого.
 
Потянувшись вниз, провожу рукой по ее гладкому бедру. Она не сопротивляется. Ее желание получить разрядку берет верх, и она слегка раздвигает ноги.
— Ты мокрая, не так ли? — я прижимаюсь губами к коже ее шеи. — Ты была мокрой с тех пор, как увидела меня в клубе.
Она тихо кивает.
— Ты хотела меня уже тогда, София? Ты хотела, чтобы я запустил руку тебе под платье и прикоснулся к тебе вот так? — я поднимаю руку вверх, пока пальцами не упираюсь в кружево ее трусиков.
— Да, — произносит она так тихо, что я едва могу разобрать.
Я отодвигаю ее трусики в сторону и провожу пальцами по гладкой плоти.
— Раздвинь ноги.
София закрывает глаза и широко раздвигает ноги, закидывая одну мне на бедро.
— Хорошо, — я сдерживаю собственный стон. Она такая чертовски влажная, что я мог бы просунуть свой член прямо в нее без всякого сопротивления. Я хочу этого. Хочу почувствовать, как ее тепло окутывает меня. Черт, теперь я понимаю, того мудака, о котором она говорила. Кто в здравом уме захочет барьер между ее киской и своим членом?
Я снова целую Софию. Языком исследую ее рот, когда скольжу одним пальцем, а затем и двумя, внутрь ее скользкой влажности.
— Ты кончишь для меня вот так.
— Да, — шепчет она мне в губы.
Я поглаживаю набухший клитор большим пальцем, наигрывая неровный ритм, который девушка пытается имитировать покачиванием бедер. Сейчас она гонится за этим. София хочет этого так же сильно, как и я.
Я чуть замедляюсь, и она сдавленно рычит.
— Нет.
— Если ты кончишь вот так, я не буду трахать тебя сегодня, — я прикусываю мочку ее уха. — Это твой выбор. Прими этот темп, или прими меня.
Она замирает на месте, но я не останавливаюсь. Я продолжаю свое нежное исследование ее тела, ускоряя темп движения большого пальца.
— Я хочу трахаться, — мурлычет она.
— Ты все контролируешь, — говорю я, скользя пальцами внутри нее и увеличивая темп. Я жестко трахаю ее киску, двигая рукой в лихорадочном темпе.
— О Боже, — ее голос резкий и глубокий. — Я близко.
Я это знаю. Ее влага покрывает мои пальцы, чувствую, как она стекает по ней, капая на задницу.
— Твоя киска в огне. Она такая мягкая, такая влажная, София.
Она задыхается, но не от моих слов, это от надвигающегося оргазма, который разорвет ее на части.
— Скажи мне остановиться, если хочешь мой член, — рычу я ей на ухо.
Но уже поздно. София опускает руку к моей, удерживая ее на месте, пока она объезжает мои пальцы, доводя себя до вызывающего крик оргазма, который почти заставляет кончить и меня.
***
Я держал Софию, пока она спускалась с вершины своего освобождения. Мне следовало раздеться, сорвать с нее трусики и трахать ее до тех пор, пока я сам не кончу, но я этого не сделал. Я прижимал ее к своей груди и прислушивался к ее дыханию. Оно замедлилось, прежде чем, наконец, успокоиться, а затем перешло в прерывистое дыхание сна.
Я осторожно высвободился из ее объятий, наблюдая за лицом девушки в поисках каких-либо признаков того, что я ее беспокою, но она крепко спала. Как только я выбрался из кровати, снял брюки и боксеры, натянул пару черных спортивных штанов и укрыл ее мягким одеялом.
Сейчас я на кухне, рядом стоит кружка горячего кофе, и я набрасываю план пока еще безымянной книги, которая последует за выходом «Причины действия».
Мои пальцы зависают над клавиатурой, когда я слышу едва слышный звук, доносящийся из коридора. Я поднимаю взгляд.
Бл*ть.
София стоит здесь, прислонившись бедром к стене. На ней больше нет платья. Сейчас она закутана в один из моих свитеров, серый, с большими пуговицами спереди, хотя застегнута она только на одну посередине, скрывая от моего взгляда свои сиськи. Однако ее черные кружевные трусики выставлены на всеобщее обозрение.