Любимая советника (ЛП)

Страх в голосе побуждает меня солгать, чтобы его успокоить.
— Да.
Он тут же затихает, за исключением неконтролируемой дрожи.
— Иди сюда, намори. Ты нужна мне.
Он думает, что я его пара, его намори. Мое сердце болезненно бьется в груди. Где Азарина, и почему она не здесь, не с ним?
— Я думал, ты умерла, — произносит он хриплым голосом.
Спрятав шприц за спину, наклоняюсь над Колтоном.
— Я здесь. Позволь мне помочь тебе.
Он тянется ко мне, но выглядит растерянным, так как крепления не дают ему сдвинуться с места. Вместо этого поворачивает руки, чтобы провести костяшками пальцев по моему лицу.
— Такая мягкая, мягче, чем я помню. Может быть, на этот раз ты отдашь мне свое сердце?
Я сглатываю, сдерживая эмоции.
— Конечно, — отзываюсь, прижимая шприц к его бедру и нажимая на спусковой механизм. Тут же веки Колтона опускаются, и все тело расслабляется, дрожь ослабевает. — Как ты себя чувствуешь? — спрашиваю я, вытирая пот с его лба.
— Как будто я…
Звук открывающейся двери заставляет меня повернуть голову, не обращая внимания на продолжение его фразы. Как только вижу незнакомое лицо, бросаю шприц и обхватываю Колтона за щеки, прижимаясь губами к его губам. Его реакция мгновенна, и он стонет, целуя меня в ответ. Обхватив руками мой подбородок, он погружает язык в мой рот.
Смутно я слышу резкий вдох, но он тут же забыт, когда Колтон обхватывает мои плечи, притягивая к своей груди. Краем глаза улавливаю шокированное выражение лица незнакомца и быстро запоминаю его лицо, чтобы потом найти. А после он уходит, и я вздыхаю с облегчением, прижавшись к губам Колтона.
— Отвлеклась? — бормочет он. — Так не пойдет. — Колтон углубляет поцелуй, фактически стирая все связные мысли в моей голове.
Прижавшись ладонями к его груди, я плавлюсь в его руках. Кожа мягкая, но твердость его мышц пульсирует под кончиками пальцев при каждом движении. Я легонько царапаю его ногтями, покалывание распространяется по моим губам и по контуру рта. Любопытное тепло проходит по всему моему телу, собираясь и нарастая в глубине души. Я стону и инстинктивно прижимаюсь бедрами к телу Колтона, ища разрядки.
Колтон закидывает связанные руки на меня и упирается ими в спину, крепко обхватывая ее. В ответ на призыв моего тела он сильно прижимает меня к своему члену. От его прикосновения у меня между ног собирается влага. Его размер впечатляет, и в моей голове разгораются фантазии, когда представляю, каково это — чувствовать его внутри себя.
Но это неправильно.
Он не знает, кто я, и я не могу воспользоваться им в таком состоянии, хотя мне этого очень хочется. И Колтон, очевидно, тоже желает этого. Он толкается в меня бедрами снова и снова, каждое движение агрессивнее предыдущего. Его губы захватывают мои, и ощущение эйфории усиливается, заставляя меня подозревать, что оно исходит от его поцелуя.
Подняв голову, я отворачиваюсь, когда он пытается последовать за мной.
— Колтон, остановись.
Его хватка на моей заднице усиливается.
— Ты всегда отталкиваешь меня или отказываешь в удовольствии. Неужели не видишь, что мы пара и что я жажду тебя? — Его голубой взгляд темнеет до сверкающего черного. — Мне казалось, ты говорила, что не равнодушна ко мне, но твои действия доказывают обратное.
— Я Натали, а не Азарина, — строго отвечаю я. — Ты испытываешь ломку от эликсира, и я здесь, чтобы помочь тебе. Я не Азарина, — повторяю, надеясь, что это повлияет на его разум.
Мгновение спустя вижу, как его взгляд очищается от тумана и становится острым. Хватка на мне ослабевает, и он пробегает взглядом по моему лицу.
— Натали?
— Да.
Колтон моргает, и чернота в его глазах медленно исчезает, чтобы снова открыть голубые глаза.
— Что со мной происходит?
— Ты испытываешь ломку, и это вызвало галлюцинации, но сейчас ты в порядке. Давай я принесу тебе воды, и, возможно, немного еды тоже не помешает.
Его член пульсирует между моих бедер, пока взгляд путешествует по моим губам.
— Я очень голоден, но не по тому, что ты предлагаешь. У меня на уме другие вещи.
 
Я судорожно сглатываю, не зная, как справиться с этим, все еще находясь в его объятиях. Уверена, что Колтон не причинит мне вреда, но он все еще слишком нестабилен, чтобы я могла ему полностью доверять.
— Колтон, я…
Он прижимается губами к моим, а затем проводит языком по стыку губ.
— Мм. Возможно, у меня были галлюцинации, но я не мог представить вкус твоих губ. — Прочищаю горло, но он продолжает: — Знаешь ли ты, что когда я положил руки на тебя в клинике, то хотел только одного — повалить на пол и погрузиться в твое великолепное тело? Я пришел в поисках чего-нибудь, что могло бы помочь мне расслабиться, снять напряжение, но ты поразила мои чувства до предела, сделав меня таким безумным, каким я никогда не был. Мои руки дрожали от желания прикоснуться к тебе. Везде. Наверное, хорошо, что ты вывела меня из строя, потому что не уверен, что смог бы долго удерживаться от искушения.
Дерьмо. Дерьмо. Дерьмо.
— Но теперь, — говорит он, проведя губами по моей шее, — ты там, где мне нужно.
От его поцелуев у меня покалывает в горле, и я глубоко вдыхаю, чтобы вновь сосредоточиться.
— Отпусти меня, Колтон. Я медицинский работник, который здесь, чтобы помочь тебе выздороветь, и ничего больше.
— О, ты определенно можешь мне помочь, — бормочет он. Колтон поглаживает местечко между плечом и шеей, и мне требуется все мое самообладание, чтобы не застонать.
— На самом деле я думаю, что ты можешь быть тем лекарством, которое мне нужно.
Быстрее, чем я успеваю сделать вдох, он меняет нас местами. Его руки по-прежнему прижаты к моей попке, но теперь он нависает надо мной, и его вес вдавливает меня в матрас. Я практически чувствую его всем телом.
— Помоги мне, Натали, — шепчет он. От того, как он произносит мое имя, кожа покрывается мурашками.
— Это неуместно, и ты просто хочешь отвлечься. Это не поможет тебе разобраться в корне твоей проблемы.
Колтон качает головой, заставляя серебряные пряди покачиваться взад-вперед.
— Даже если ты и помогаешь отвлечься, все равно ты самая возбуждающая из всех, с кем когда-либо сталкивался, и я не готов отпустить тебя.
Мне нужно, чтобы он замолчал. От его слов, его тела и голоса меня переполняет море желания, и я отчаянно пытаюсь не утонуть. Мое сопротивление падает, потому что я проявляю слабость к людям, которые эмоционально недоступны и нуждаются в заботе. Лия говорила мне на консультациях, что я потакаю людям и что это приносит больше вреда, чем пользы. Не хочу совершить ту же ошибку с кем-то, кто явно нуждается в твердой руке.
— А как насчет Азарины? — спрашиваю я.
Перемена, произошедшая с Колтоном, радикальна и почти пугает меня. Все его тело напрягается, как и губы. Его взгляд сужается до тонких щелей, а неоново-голубые глаза вспыхивают черным.
— Она — никто.
Выгибаю бровь, выражая недоверие.
— Ты звал ее. Где она?
Мышцы на его щеке напрягаются — единственный признак того, что мои слова попали в цель.
— Она мертва.
Колтон чеканит каждое слово, и это выглядит так, будто он взял мое сердце в кулак и сжал его. Я втягиваю воздух, и меня охватывает стыд. Несмотря на то, что стараюсь убедиться, что мы оба в безопасности в этой ситуации, я никогда не хотела причинить ему боль.
— Мне жаль, — шепчу я.
— Это не имеет значения.
Колтон отстраняется от меня, и как только я получаю свободу, перебираюсь на другую сторону кровати. Он лежит ко мне спиной, поэтому отчетливо вижу, как напряжены его плечи, и это вызывает во мне чувство вины. Надеюсь, я не сильно навредила ему.
На следующее утро я открываю глаза и вижу, что Колтон смотрит на меня с другой стороны кровати. Его взгляд напряжен, как будто он видит меня впервые. Я не двигаюсь, давая ему возможность обдумать все, что происходит в его голове. Он кажется вменяемым и спокойным, что не может не радовать.